Путь от змеиного хвоста - katss

что у бабы в доме попросту обязан быть хоть какой-то прикормленный, а в идеале и окольцованный мужичонка. То есть качество данного индивидуума её не слишком смущает. Пьяненький, гулященький, самый завалященький — лишь бы был.

— Тебе меня не жалко? — риторически вопросила у мелкого. — Не прикидывайся дурачком. Эта мадам сейчас опять попытается взять в оборот. Ты хочешь ещё неделю терпеть обивание ею нашего порога и сватовство то одного неликвида, то другого? Или тебе беляши глаза застили? Слав, беляши с говядиной или бараниной не стоят всего того человеческого мусора, который она с радостным лицом крёстной феи притащит под нашу дверь с попыткой набиться в гости на борщ.

— Да, я как-то успел забыть об этой стороне медали, — с долей ужаса сглотнул племянник. — Сиди дома. Если что, я вон лучше товарища куратора на баррикады выпихну. У него и возраст подходящий. Пусть посветит мужественным бритым профилем, раз мой у неё всё равно не котируется… Товарищ лейтенант, давайте так: мы вам — Лискины котлеты, вы нам — дипломатическое прикрытие от этой старой ведьмы? — Дима уставился на малого со сложной эмоцией неверия.

— Это что, шутка?

— К сожалению, нет, — включила кофе-машину. Налила и себе супа, села с краю. — С ней, знаете ли, всё как в том анекдоте… Рабинович спорит: "Или вы мне будете рассказывать за мадам Перельман? Это пожилой человек? Дважды смеюсь! Это любой жопе затычка! Ей в субботу сто лет, а в заднице горят пионэрские костры! Она плохо видит? Зато хорошо слышит! Или вы не видели её глаз? Таки я вам скажу, у неё даже зрачки давно приняли формы замочных скважин…"

Славка не слишком весело захрюкал в чашку, обозрев слегка воздетые, острые брови куратора. Я пожала плечами:

— В общем, это на редкость упёртая личность. Которую так, с ходу, и послать-то зазорно… Но вот отделаться без потерь почти невозможно. Она ровно в том возрасте, когда женщине уже терять нечего: с бывшим мужем, после двадцати лет совместной жизни, за которые он полрайона покрыл, простите, развелась. Карьера сложилась, дети выросли, внуков ей в удвоенном количестве состряпали. Квартира как игрушка, две дачи и огород. Почёт и уважение везде — даже у соседей. Во многих областях куча деловых связей и знакомых. Но вот эту патриархальную установку из её головы с модной стрижкой и колом не вытешешь… Года два назад я уже прикрывалась Евстигнеевым. Ещё раньше звала на помощь Гошу — мой друг с горшкового детства… А в этом году неженатые надёжные приятели из более-менее подходящих по возрасту и статусу почти кончились… Костю, что ли, позвать?

— Кстати, это выход. А, не. Лейтенант у нас уже месяц крутится, — по-стариковски вздохнул Славка. Пригляделся к обсуждаемому. — Точно не вариант, они даже по комплекции сильно отличаются. А у соседей нет повального "минус пять". Ещё гулящей тебя окрестит… Давай тогда Костю, что ли, на следующий год прибережём?

Дима, конечно, слушал все эти рассуждения из уст младенца и молча офигевал.

— Ладно, оставляем младшего Евстигнеева про запас. Он вроде пока жениться не собирался, так что не скомпрометирую… А там, глядишь, и Серёга возмужает окончательно.

— Серёгу отсюда вообще потом не выпрешь, — вздохнул малой. — Ну да ладно, на крайняк я его тёте Ире сдам, она что на старшего, что на младшего всегда найдёт управу…

— Удивительно расчётливые дети пошли, — откашлялся Стрешнев и принялся за курицу. Видать, смирился с потенциальной ролью "подсадной утки".

Зазвонил телефон. О, а вот и разволновавшийся папа-квочка…

— Привет, Степаш!

— Ой, — вжал голову в плечи позабывший скинуть любимому тренеру хотя бы смс племянник. Погрозила пальцем. Мне ведь тоже дополнительно не напомнил…

— Вась! — взволнованно начал ещё один дружбан детства. — Ты не подумай, что я паникёр, но Славка сегодня в зал не пришёл. А сейчас у него ещё и телефон сел!

— Стёп, выдохни. Этот охламон уже дома, третью или четвёртую порцию наворачивает. Это я виновата. Косвенно, правда… Ну и Кузнецовы. Немного.

— Что случилось? — уже спокойнее спросил шкаф с антресолью и хрупкой душевной организацией. — Я тут места себе не нахожу, а он там ужин трескает? Уши отвинчу к чёртовой матери. Ладно, что-то я отвлёкся… так что стряслось?

— О, это длинная история, в которой я сама ещё не до конца разобралась.

— А ты постарайся покороче!

— Ну, ты же в курсе, что я около месяца охотник?

— Ну?

— Ну и… — разговор по верхам затянулся минуты на три, за которые Славка краснел, бледнел, зеленел и серел.

— Короче, я понял, что ничего не понял, но школу эту сжёг бы по определению, — подвёл итог выдохнувший Стёпа. — Просто чтоб полюбоваться, как горит. Но наверное, не в этой жизни. А то, если меня посадят за вандализм и хулиганство, у меня весь клуб осиротеет. Ну и жена… — В этом весь Кузнецов: сначала клуб, с обожаемыми воспитанниками, потом жена. — Трубочку передай, пожалуйста, этому с-страдальцу! — протянула смарт втихушку крестящемуся подростку.

— Да, наставник?

— Падаван. Ты меня сегодня расстроил очень, — пробасил Стёпа. — Я тебя чему учил, падаван?

— Морды бить? — несмело предложил крутящий из салфетки журавлика мелкий. Трубка трубно вздохнула:

— Падаван! Морды бить — это с гражданскими последняя мера! Законодательно наказуемая! Стравить их надо было между собой! Стравить и любоваться результатом, глупый падаван! В общем, завтра в семь утра чтоб был, как штык! Будем проводить курс молодого бойца, совмещённый с агрессивной дипломатией!

— Есть в семь утра! — просиял повеселевший Славка. Ну да: ведь это значит, что его заберут до самой ночи! И гарантированно выдадут для ненавистной (в данном случае) школы справку со штампиком о полевых испытаниях человеческого образца под кодовым названием "Вячеслав Тесин".

Филя продолжал выть что-то там про "мамка шика дам":

— Кто-кто там, чего кому дам? — встрепенулся прислушивающийся Степашка. — Что, опять ваша местная сваха грустит об отсутствии члена в доме? Вась, да отруби ты ей уже разок электричество! А если перерезать, вообще на месяц затихнет. А можно не перерезать, а просто чуток салом натереть. Если мыши в доме есть, будет ей веселье… Хотя может, и пожар? Но тогда к вам всем нагрянет веселье?… В общем, хрен знает, с физикой у меня в школе было