Путь от змеиного хвоста - katss

тень и группа подопытных. — Ща, погодь, замедлю… Вот, видишь? Щиты на тебе были какой формы? А теперь смотри. Вот ты их отхиливаешь… вот открываешь рот… А дальше — большой бабах. Мелкоте повезло, что под щитом сидели. Запомнила этот момент? — Я кивнула. — А теперь смотрим запись с твоей первой нитью. Щас перемотаю. Ага, вот этот момент. Вот, видишь что произошло? Замедляем. Видишь?

— Вижу.

— А тепе-е-ерь… чёрный ящик в студию. Щас с твоим третьим рыцарем ещё раз поцапались, кстати… Из-за этой самой записи. Отдавать не хотел, гад.

— А второй-то кто? — удивилась. Только не говорите, что это как в том анекдоте про несуществующую третью свинью из четырёх.

— Как кто? — воззрился на меня Алексей. — Так Немоляев же! — Закатила глаза:

— Он женат, давно и прочно. И в рыцари для посторонней дамы по определению не годится.

— И чё? Мы тут не средневековые правила обсуждаем, товарищ Рощина! Ты сюда смотри!… Во, самый классный момент: Артемида на охоте! — хохотнул инструктор. — Глянь, как тебе щитом лапки-то по самую шею укутало… И мордаха забралом занавешена. Ну? Красотень же? — с гордостью пихнул меня плечом Михайлов. — А теперь смотрим с другого ракурса. Вот, мой любимый момент: назовем его "крик сирены". После которого троих парней, ну никак не ожидавших от собственного хила такой подлянки, просто к чёрту вырубило! Заметь — с внутренними повреждениями. Ну? Ничего не напоминает? Один раз — случайность, два — уже тенденция! На третий — правило.

Я задумалась.

— Короче так, Рощина, — положил местами волосатую лапищу мне на плечо инструктор, — я дядя добрый. Сегодня ты отсюда уползёшь как есть. Завтра дам выходной — не будем перегружать твой и без того заёбанный организм. Но послезавтра… Послезавтра я тебе устрою ад на земле. И ты этот трюк повторишь!… И никакой Стрешнев тебя от моего произвола не спасёт, даже не надейся.

— Прекратите дразнить меня Димой. Он отличный куратор и надёжный человек. Не делайте из него манок на утку. Не прилечу. Но запомню и в будущем пару раз дополнительно по роже съезжу, — покачала головой. Коловрат хохотнул:

— Наш ты всё-таки человек, Рощина! В рожу дать — это по-нашему!

Ну, так-то я не только в рожу дать могу, в открытую. Но и прикопать по-тихому. Но зачем же вас расстраивать, товарищ инструктор?…

— Ладно, отвлеклись. Последний момент: смотри ещё раз, как весь лук — прямо со стрелой — дополнительным щитом окутывается… А теперь вопрос: это у тебя отделившийся от тела щит просто временно повышает пробивную способность стрелы? Или ты им как-то управляешь, и в итоге твоя внутренняя энергия несёт в себе взрыв всему, на что нацелена?… Вот это мы и будем выяснять на следующей тренировке… И ещё: Немоляев просил по возможности скрывать твои реальные успехи. Ну, так-то я мужик не болтливый. И стрижи тоже будут молчать, потому что иначе я им бошки поотрываю. В следующий портал, наверное, с ними и пойдёшь… Но лично для тебя повторяю: сама помалкивай. Если помнишь суку Белову, то учитывай, что она тут не одна такая. И тебе на фиг не надо нарываться на лишнее внимание. Ну по крайней мере, пока до А-шки не дорастёшь… А ты дорастёшь. Я в тебя верю, — ещё раз хлопнув по и так в хлам убитому плечу, Михайлов с хеканьем поднялся, заблокировал планшет и зычно свистнул:

— Так, архаровцы! Последний круг! Штрафной, из-за тех, кто тут уши… Слишком длинные, мать их, уши… Учтите этот намёк!… Грел! Вы меня поняли? Ещё один круг. И рискнёте снова подслушивать, что не положено, вам грозят зайкины приключения… А что это такое — узнаете на практике. Когда допрыгаетесь, — инструктор мрачно усмехнулся.

— Всё, лейтенант. Бери свое сокровище, можешь хоть на ручки, и волоки в душевые. На сегодня она свободна! — Стрешнев молча поднялся, молча поиграл желваками и твёрдым шагом направился ко мне. Извинился, реально (!) взял на ручки и понёс к выходу. Кто-то из стрижей сбился с ноги…

— Ещё круг! Для самых глазастых! — рявкнул Коловрат. Подавив глупое детское желание показать его спине язык, — тут и так везде камеры, а у него ещё и глаза на затылке, — просто кинула на всю эту дружно бегущую компанию массовую лечилку. Получила пару искренне благодарных взглядов. Михайлов рывком обернулся:

— Рощина! — И вот тут я уже со спокойной совестью нагло ухмыльнулась и таки показала ему язык.

Потом попрошу Светлова скинуть гифку, где у этого медведя-шатуна челюсть отвисает. Хоть какое-то моральное удовлетворение получу… Да и Светлов порадуется.

— Василиса, вас в душе не вырубит? — обеспокоенно уточнил куратор, шагая к санблоку. — Может, Холодкову позвать? Она как раз сейчас на тренировке, на соседнем полигоне бегает.

— Не должно. Кстати, откуда вы уже в курсе про мою нашедшуюся потеряшку? — Дима вздохнул.

— Ну я же вчера говорил вам, что…

— А. Ну да… Оперативно работаете.

— Стараемся, — пожал плечами лейтенант. — Так звать?

— Не надо отвлекать человека. Лучше шоколадкой снабдите…

— Понял. Кстати, капитан оценил ваш пассаж с "батарейкой"… — Я устало хохотнула.

В предбаннике постояла минуты три. Голова кружилась, и сильно. Хотя с отдачей после первого перенапряжения нынешняя ситуация не сравнится. Ладно. Жить буду.

Со стоном содрала комбез. Такое впечатление, что кожу на лопатках просто освежевали… Поразглядывала в зеркало, но видимых повреждений не нашла. Что ж там болит-то так?! Ладно, чёрт с ним, пора под воду. А то со Стрешнева станется действительно приволочь сюда Соню… И ни к чему хорошему это не приведёт.

— У вас на сегодня ещё много запланировано? — поинтересовалась, уже сидя в машине. Отмытая от пота, пыли и моральной усталости. С вожделенной шоколадкой в зубах.

— Нет, я с неотложными делами закончил, осталось отчёты написать. Но для этого моё присутствие в Сокольниках не требуется.

— А на пьянку с отделом Светлова вы идёте?

— Теперь, видимо, да, — вздохнул, кинув на меня быстрый взгляд, мужчина. — А лично вы без неё никак не обойдётесь?

— Дело не в том, что я там пить буду и мне нужен стопор. Этого как раз не случится. Я считаю необходимым навести мосты с работающими на местах людьми. Потому что от их работы слишком многое зависит. Нужно понять,