Том пятый. Месса в бурлеске - Харитон Байконурович Мамбурин

— На нас слишком много всего сыпется в последнее время, — объяснила она озадаченным компаньонам по свиданию, — Надо хоть немного расслабиться.

— Это она просто Микки завидует, — пояснил ухмыляющийся русский, — Вот и хочет что-то эдако… ай! Эй! Не дерись!

— Никакого «эдакого»! — объявила строгая вампиресса, закончив воспитывать всяких там похабников, — Все будет прилично!

И все на самом деле было прилично. Парились по очереди, ходили в полотенцах, пили только пиво, не нарушали человеческого достоинства и просто хорошо проводили время. Ну, до тех пор, пока вампиресса, заболтавшаяся с волчицей, не обнаружила пропажу лисы. Та нашлась в курятнике, то есть в парной, вместе с мужиками, с жаром рассказывающая им какие-то нюансы починки развалюхи, что они приобрели у китаянки с несносным русским!

…однако все сидели, целомудренно прикрытые.

Это было хорошо. Превращать их мирное хорошее общежитие в казарму, где все со всеми и как угодно, у Эрики не было ни малейшего желания, но Широсаки все равно требовалось наказать. Внеся этот пункт в программу дальнейшей ночи и продумав детали, коварная вампиресса окончательно повеселела и успокоилась, заодно изменив свои собственные планы. Она хотела после бани попасть в какой-нибудь клуб и подрыгаться в танце, но настроение изменилось.

Красовского будет ждать довольно бурное окончание ночи, содержащее в себе сцены «18+» и пищащую от смущения, стыда и потери достоинства кицуне, теряющую, в итоге, последние комплексы и сомнения. Эрика будет наслаждаться этими мгновениями ничуть не меньше, чем кровью.

Проснуться им придётся куда раньше, чем планировала вампиресса, от еле слышимого, но все равно разбудившего всех стука в дверь. Барабанить будет их чернокожий альв, возбужденный и ругающийся, находящийся в компании не менее возбужденного бинтуронга, едва не сносящего парня с ног. Вымотанный Красовский, еле отодравший себя от постели, поинтересуется, с отчетливо звучащими кровожадными нотками в голосе, о причинах такой побудки… а затем озвереет так, что Эрике и Юки придется, наплевав на приличия, голыми ловить взбесившегося русского, не давая ему добраться до удивленно хлопающего глазами альва.

— Ты разбудил нас, чтобы сообщить о негре⁈ — будет лютовать Петр, сомкнувший глаза менее полутора часов назад, — О поющем негре⁈

— Да весь город на ушах стоит! — категорически не поймет контекста представитель подземной расы, отчаянно жестикулируя, — Это же мировая знаменитость! Он собирается тут устроить свадьбу! Свою свадьбу!

— Да я из тебя сейчас такую знаменитость сделаю! — зарычит придавленный к кровати голыми женщинами наемник, — Ты с ума сошёл⁈

— Потом, Али, потом! — начнет прогонять альва светящая задом Эрика, — Он сейчас не в том состоянии!

— Когда потом⁈ Нам уже все телефоны оборвали! — будет стремиться на тот свет отчаянно радеющий за команду чернокожий.

— Плевать! — отчаянно взвизгнет Юки, подскакивая с кровати и захлопывая перед носом Алебастра дверь, — Нас нету! Мы спим!

Девушкам придётся постараться, чтобы окончательно успокоить ну очень уставшего брюнета, но, под предводительством Эрики, уже неплохо знающей, что нужно делать, чтобы Красовский сменил гнев на милость, они справляются. Однако вампиресса не откажет себе в любопытстве и, когда её любовник засопит, погрузившись в сон, дотянется до его смартфона, чтобы активировать лицевую панель.

На той высветится:

«Абонент Мао-Мао: 105 звонков»

Удивившись, Эрика Хатсбург покачает головой, устраиваясь возле своих, уже спящих, людей… а через несколько секунд тихо крякнет, хватая ртом воздух.

Сверху на них примется укладываться очень откормленный бинтуронг.

Глава 7

Идиократия

— Да, вы правильно услышали. Мы сейчас заняты, — проговорил Марий, глядя на меня, — На неопределенный срок. Нет, это не подлежит обсуждению. Всего хорошего.

Отключив связь, он поморщился, а затем, запрокинув голову, устало выдохнул, сообщив, что хочет вступить в Ку-Клукс-клан. Покивав, я поднял банку с энергетиком, вслух пожалев о том, что Агнешки Новак больше с нами нет, за что и был одарен возмущенным взглядом бывшего мужика монашки, которой я раскроил череп топором.

— Технически, кстати, ты её не бросал, дружище, — продолжил я свою мысль, — Так что я убил твою бабу!

— У тебя очень черный юмор, знаешь об этом? — вопрос Гритт задал на почти чистом русском языке, который зачем-то продолжал учить.

— Чернее, чем звонивший тебе менеджер хренова рэпера?

— Да пошёл ты!

Какой-то всемирно известный идиот по имени Джаред Боунс по прозвищу «Stiff Daddy», решил потратить нехилый кусок своего состояния, устроив себе шикарную свадьбу в Апсародае. Чернокожий придурок, певец частушек, которых другие маргиналы считают формой искусства, мало чем отличался от своих многочисленных поклонников. То есть — слушал жопой, причем не те звуки, которые должны быть услышаны. Я говорю про советы, которые надавала ему другая звезда, весьма известная в Китае, отзывающаяся на имя «Мао-Мао».

Эта дамочка, считающая себя чрезмерно хитрой, решила хайпануть по полной, попав в число приглашенных рэпером на свадьбу знаменитостей. Видимо, не просто так, а еще как-то запланировав прикрутить к этому событию нас, как специалистов, живущих в самом городе. Плюс, к тому же, мы бы выгодно и совершенно бесплатно «выстрелили» бы внешностью, из-за чего нас сейчас и одолевают звонками. Однако прямо сейчас, пока мы с Марием сидим и перебрасываемся плоскими шутками насчет его мертвой невесты, Мао-Мао на коленях корячится перед борделем своей мамочки, обещая ноги мыть и воду пить, лишь бы старуха уболтала нас принять участие в свадьбе поющего негра.

Кси Тинг прекрасно знает, что мы точно не ввяжемся в этот блудняк, но она сначала выпьет всю кровь из своей глуповатой дочурки, закусит её нервами, отыграет каждую ноту своей оплёванной родительской любви, а только потом — обломит её полностью.

Мелочь, но очень приятно, причем всем.

— А еще нас очень дешево собирались поиметь, — подумав, пожаловался Марий, — Предлагали всего сто двадцать тысяч за неделю работы. Где они вообще такие цены взяли?

— В Америке, — отозвалась скучающе переключающая каналы на нашем новом телевизоре Эрика, — Плюньте на этого Дэдди, давайте лучше отдыхать, пока нас Саммерс не сдёрнул!

— Категорически не советую на него плевать, — отозвался устроившийся на полу у дивана альв, что-то быстро просматривающий на планшете, — У нас в городе очень серьезные движения. А еще на площади остановилось несколько автомобилей, из них вышли люди и смотрят, как известная китайская блогерша ломает кулаки о нашу дверь…

Плюнув хором на Мао-Мао, мы все нагрузились на диван, принявшись теребить альва по поводу городских новостей.

Их оказалось действительно много. Сердце Беззакония в очередной раз оказалось поднято на уши, причем именно из-за этого