Дети Зазеркалья - Варвара Кислинская

что в твоих силах, чтобы найти того, кого сегодня нашла я. Он не должен быть один, без поддержки кого-то из нашего родного мира. А мы из другого мира, я знаю это точно. У меня там крестная живет. Помоги ему, Макс, пожалуйста, помоги!»

На веранде послышались шаги. Я успела нажать ввод, дождаться сообщения об отправке, закрыть окно браузера и захлопнуть крышку ноута.

В комнату вошли трое вооруженных парней. Надо отдать им должное вели они себя спокойно и на нас с Темой не бросались. Просто забрали комп, попросили отдать им коммуникаторы и любые другие средства связи. Действительно, а чего суетиться? Куда мы отсюда денемся? Горы кругом, дорог мы не знаем, в Перу бежать слишком рискованно, по-испански из нас троих говорю только я.

Артем обессилено опустился в кресло.

— Связи лишили, гады!

Я подумала о шамане. Нет, рано я решила доверять своим предчувствиям. Знатно они меня подставили, раз на слова старика не обратила внимания.

К чертям интуицию! Только анализ! Как всегда в стрессовой ситуации мозги у меня работали четко, как хорошо отлаженный комп. Это потом, через час или два я растекусь лужицей и позволю себе предаваться отчаянью, а пока нужно думать.

— Позови Гришу, Тема, — решительно приказала я. — Надеюсь, они не станут мешать нам общаться.

— А смысл? — безрадостно усмехнулся он, — Мы никуда отсюда не денемся. И они это прекрасно знают. Черт! Ни оружия, ни навигации, ни связи!

— Ни денег и документов, — добавила я, вспомнив, что бумажник с пластиковыми картами, паспортом и невеликой наличкой у меня тоже изъяли.

— Микрочипы остались, — вздохнул Тема.

Когда-то мне казалось это кощунством. Как собак породистых метили, честное слово. Но вот, оказывается, может и пригодиться. Надеюсь, наши тюремщики ничего не знают о папиной паранойе. Пока, во всяком случае, сканерами нас не проверяли.

— Ты хоть успела отправить, что писала?

— Угу. Но это было письмо дальнему знакомому. Я-то сообщила, что мы — заложники, но вряд ли он станет суетиться. А новое открывать, сам видел, времени не было.

Артем кивнул и поднялся, собираясь выполнить мое поручение, но тут дверь открылась, и Григорий сам вошел в комнату.

— Прекрасно, — констатировала я. — Поработаем над создавшейся проблемой, господа.

— Я нашла решение для своей личной проблемы, — радостно сообщила я, когда Темка приволок мне кофе в постель.

Вчера, когда Григорий ушел, а я сломалась, он остался со мной. Как я оказалась в кровати, я не помнила, но ничего удивительного в этом не было. В пьяном виде Артем меня тоже однажды спать укладывал, а уж поддержать девушку в состоянии истерики и вовсе святое дело. Но из-за всего случившегося мы так и не выяснили отношения, и меня все еще грызло сознание своей вины.

— Аська, не начинай, опять поругаемся, — хмуро предупредил Артем.

— Не-а! — протянула я, потягиваясь. — Не поругаемся. Не время нам сейчас ругаться, это раз, а мое решение должно удовлетворить даже твой взыскательный вкус, это два. И вообще, я извиняюсь за свои злые слова. Ты же знаешь, что на самом деле я так не думаю. Проехали и забыли, а?

— Проехали, так проехали, — легко согласился он. — Ты чего такая веселая, вообще-то? Или и главной проблеме решение во сне нашлось, Менделеев ты наш?

А, правда, что это я такая счастливая проснулась? Все хуже некуда, а я утреннему солнышку радуюсь. Тоже мне, дитя природы, блин! Но одернуть собственную дурную голову не получилось. Во-первых, я действительно чувствовала себя совершенно спокойно, даже умиротворенно, а во-вторых, новый день словно обещал что-то неожиданно-прекрасное.

— Темка, не порть настроение. Это единственное хорошее, что у меня сейчас есть. Вот завтра папа ответит, что не ведет переговоров с террористами, и нас шлепнут. Так? Так. Дай хоть последним днем жизни насладиться. И вообще, женись на мне.

— Чего?!

— Ага! Чем тебе не решение? Всегда можно объявить, что ты сменил ориентацию. Ради меня любимой. И пусть все голову ломают, правда это, или нет.

— Совсем рехнулась! — пробурчал Артем.

— Ладно, я тебя не тороплю, — щедро согласилась я. — Отложим принятие сего судьбоносного решения до послезавтра. Если выживем, в чем я лично очень сомневаюсь.

Артем присел на край кровати и с тоской посмотрел в окно.

— Не пойму я тебя, — вздохнул он. — Неужели совсем не страшно? Я, например, умирать совершенно не хочу.

Я задумалась. Действительно, боюсь или нет? Нет, не боялась. Совсем. Злилась — это да. Но страха не было. Где-то в глубине души сидела иррациональная уверенность, что все будет хорошо. О чем я и сообщила другу.

Темка покосился с сомнением. Наверное, решил, что у меня крыша едет от ужаса и безысходности. Но крыша чувствовала себя прекрасно, к путешествиям расположена не была, и вообще все мысли имела ясные, как то утреннее солнышко. Впрочем, я решила не пугать друга своим неоправданным оптимизмом.

— Какие-нибудь новости есть? — поинтересовалась я.

— Мне не сообщали, — хмыкнул Артем. — Григорию, впрочем, тоже. Я тут немного огляделся. Шесть сторожевых постов. Если попробуем выйти за пределы деревеньки, нас увидят.

— А электроника?

— Да какая к чертям электроника! Каменный век!

— Ладно, — вздохнула я.

Мало утешительного, конечно. Электронику мы бы смогли обмануть. Людей труднее.

Я допила кофе и вылезла из кровати.

— Чем займемся?

— Ничем, — мрачно отозвался Артем. — У нас даже шахмат нет. Можно в деревеньку прогуляться, пообщаться с аборигенами, но сдается мне, что их в страхе держат. Не дождемся мы от них помощи.

— Знаешь, ты все же пройдись. Там один такой дядечка пожилой есть, шаман вроде. Может, он чего посоветует.

— Ты со мной? — спросил Тема, вставая.

— Нет. Я не пойду. Со мной не станут говорить.

— Почему?

— Я им не понравилась, — ответила, не вдаваясь в подробности. — Я пока посижу, подумаю.

— Ладно, тогда Гришу возьму.

Хорошая идея — подумать. Часа через три после Темкиного ухода я начала тихо сатанеть от безделья. Приехали мы налегке, не рассчитывая ни задерживаться, ни предаваться отдохновению. Я даже книжку с собой не взяла. Все рабочие, да и развлекательные — что ж греха таить — файлы находились в компьютере. Заняться было решительно нечем.

Попытка разговорить туземку, которая принесла мне завтрак, успехом не увенчалась. Женщина была то ли немая, то ли глухая, то ли испанского не знала категорически. А скорее всего, ей просто было приказано ни с кем из нас не общаться.

Тема с Григорием все не возвращались из деревни. Что, ж будем надеяться, что они смогут о чем-то договориться с аборигенами.

Все та же молчаливая женщина принесла обед еще до того, как я успела