Заклятья метели. Колядки других миров - Анастасия Александровна Андрианова

связалась со своим «другом» и пообещала, что тот прибудет со дня на день. А до тех пор она решила каждый вечер провожать Джессику до дома, а утром – встречать, чтобы вместе идти на работу. Они обсуждали случившееся несколько раз, пытаясь понять, что «теням» – так Нив называла безликих чудищ – могло понадобиться от скромной официантки. Сама Джессика считала, что дело не в ней, а в её отце; к нему и раньше пытались уже подобраться через родственников.

«Тени» же, кем бы они ни были, временно затаились. Странные происшествия прекратились тоже. Лишь однажды ночью Джессика проснулась и ощутила на себе чужой взгляд; стараясь дышать размеренно, посмотрела из-под ресниц – и увидела, что над ней склонилась миссис Гарднер.

«Разве дверь в мою комнату не была закрыта?»

Хозяйка стояла безмолвно, склонившись чётко под прямым углом; седые волосы торчали вокруг её головы, как пакля. Сильно пахло мокрой бумагой, и хотелось чихать… Джессика испугалась так сильно, что почти оцепенела, и притворилась, что спит. А потом заснула по-настоящему – сама не заметила, как это произошло.

Наутро она не могла сказать с уверенностью, померещилось ли ей – или хозяйка действительно заходила. Но дверь в комнату была заперта на щеколду изнутри, и ничего вроде бы не пропало…

«Наверное, просто дурной сон».

Сон или нет, но он выбил её из колеи. На работе Джессика была рассеянной; разок даже шарахнулась от Нив – и сама расстроилась.

Даже Лукас что-то заметил.

– До Рождества три дня, – попытался он её приободрить. – Хозяин собирается потом закрыться на пару дней, у всех будут оплаченные выходные. Проведёшь праздники с семьёй, отдохнёшь, и всё наладится…

На него зашипели: бариста Али искренне верил в то, что Джессика сирота.

Ей стало стыдно.

Протирая столики, она заметила на одном из них газету. На первой полосе красовался портрет лорда-спикера – и анонс статьи с седьмой по двенадцатую страницу.

«Я не читала ничего про папу с тех пор, как меня вышвырнули из универа и вышел тот материал».

Она хотела выкинуть газету, тем более что та была в пятнах томатного соуса… но потом подумала, что в статье может быть ключ к тому, что происходит; что ей это поможет понять, чего вообще хотят добиться загадочные «тени».

И не ошиблась.

Большая часть статьи была посвящена некому Диксону, политику, который оказался замешан в неких махинациях. Незаконное присвоение земель, взятки, шантаж, даже подозрение в убийстве… Он действовал в интересах фонда «Новый мир». Вернее, как пытались сейчас доказать адвокаты фонда, в интересах некоторых недобросовестных представителей.

Отец Джессики считал, что в тёмных делишках замешан весь фонд целиком – и двигал эту версию всем своим политическим весом, весьма немалым.

«А что, если фонд связан с тенями? – подумала Джессика вдруг, и ей стало жутко – версия была правдоподобной. – И они пытаются надавить на отца через меня… Хотя это глупо. Он не поддастся на шантаж».

Газету она скомкала и выкинула, но легче на душе не стало.

Вечером, когда Нив провожала её до дома, тени мерещились на каждом углу. В проезжающих мимо автомобилях, в подворотнях, прямо в толпе… Джессика вздрагивала так часто, что скоро устала сама от себя. Они какое-то время болтали на пороге, а потом Нив спохватилась, что обещала сходить со своим парнем в раменную, и унеслась – хотелось сказать «погарцевала» – прочь. Джессика немного потопталась у двери, пытаясь отыскать на дне сумки ключи, а потом вспомнила, что в холодильнике из еды – только бекон, который миссис Гарднер прислал кто-то из фермерской родни, как обычно. От него исходил странный запах, как от старых картонных коробок, и аппетита он не вызывал.

– Может, тоже зайти за раменом? – пробормотала Джессика, зябко поднимая воротник куртки. – Вот только куда…

Неожиданно она поймала себя на мысли, что уже год пялится на вывеску бара через дорогу – и ни разу туда не зашла. Внутри оказалось на удивление прилично. Группа из трёх человек – арфист, флейтистка и гитарист – наигрывала что-то смутно знакомое, танцевальное; бармен протирал стаканы. Рамена в меню не оказалось, но зато паста с сыром была выше всяких похвал. Джессика поужинала не торопясь, поболтала с барменом и даже позволила уговорить себя прихватить пару сэндвичей на завтрак, хотя и сама могла приготовить не хуже.

И только потом глянула на часы.

«Ого, уже почти полночь!»

Поспешно расплатившись, она выскочила с пакетом на улицу и принялась искать ключи, которые, как назло, куда-то завалились… а потом взглянула наверх.

Из окна на неё пялилась хозяйка, миссис Гарднер, и лицо у неё медленно стекало вниз, как оплавленный воск.

Всё встало на свои места.

«Значит, мне не мерещилось».

Джессика как-то запоздало сопоставила то, что странности начались одновременно. Хозяйка, которая собралась поднимать плату почти в два раза, неожиданно смягчилась и передумала, но с тех пор стала вести себя необычно. Неприятности в кафе стали происходить одна за другой; на них с Нив напали в переулке.

И примерно тогда же лорд-спикер парламента, Чарльз Паркер, барон Уилмот, выступил против фонда «Новый мир».

«Всё связано».

Очень чётко Джессика осознала вдруг, что если войдёт сейчас в дом, то уже не выйдет оттуда… или выйдет изменившейся.

Как изменилась миссис Гарднер.

На другой стороне остановился прохожий – высокий, чуть сутулый мужчина в пальто, и обернулся медленно, как в фильме ужасов.

Лица под широкими полями шляпы не было.

Пакет с сэндвичами шлёпнулся на тротуар, а за ним и сумка.

Джессика побежала.

Уинфелл, который за минувший год стал знакомым до последнего камня мостовой, вдруг изменился. Там, где горели рождественские гирлянды, сейчас царила тьма; привычные улицы заканчивались тупиками. Несколько раз под ноги Джессике бросались крысы, здоровенные, как кошки.

«Куда я бегу? – стучало у неё в висках. – Где вообще живёт Нив? Может, надо было проскочить мимо того, в шляпе, и спрятаться в баре?»

Но возвращаться было уже поздно.

Ноги сами вынесли её к кафе; оно, конечно, оказалось закрыто. В боку кололо, сердце бултыхалось в груди так, что могло в любую секунду выскочить через горло. Джессика обессиленно опустилась на крыльцо и ощутила, что в кармане джинсов что-то мешается.

«Телефон!»

Непослушными пальцами она сняла блокировку и попыталась набрать номер.

«Ну же… Ответь! Пожалуйста!»

После третьего гудка Нив сняла трубку.

– Я около «Питтс», – выпалила Джессика сразу. – С моей квартирной хозяйкой что-то не то, а около бара напротив был человек без лица, и я сбежала… Что мне делать? – У неё вырвался всхлип. – Нив?