Кукла на троне - Роман Евгеньевич Суржиков

— Нельзя не узнать Принцессу Севера.

— Однако вы не робеете в моем обществе. Либо мы все же знакомы, либо вы не так просты, как хотите казаться… — Тонкая улыбка коснулась ее губ. — В вас есть тайна, Джоакин Ив Ханна.

Он не стал возражать. Кайр Сеймур открыл дорожный сундучок, в котором хранилась бутыль орджа и четыре серебряных чаши. Разлил напиток, подал кубок хозяйке и Джоакину.

— За славу Агаты, — сказал Джоакин.

— За людей, которым Эрвин обязан победой, — ответила леди Иона.

Она выпила и покраснела, смоляные глаза заискрились.

— Расскажите о себе, таинственный воин. Как вышло, что службу моему брату — великому герцогу — вы променяли на место старшего охранника торговки? Должна ли я обидеться на вас?.. Или просить прощения за обиду, нанесенную вам Эрвином?..

Принцесса говорила с оттенком игривости. Она была в прекрасном настроении духа. Вот любопытно, если б Сеймур успел совершить задуманное, как бы тогда она улыбалась?

— Миледи, мне просто не по нраву столица. Я не смог там жить.

— Он похож на путевца, — сказал Сеймур, — но презирает мишуру, как настоящий северянин. Мне по сердцу этот парень.

— А я пока не определилась в своей симпатии, — улыбчиво продолжила Иона. — Тайны вызывают интерес, но настораживают, пока не разгаданы. Вы — наемник, служивший Эрвину Ориджину в его самый темный час. Вы защищали дворец и выжили — немногие в силах этим похвастаться. С такими рекомендациями вы могли наняться к любому лорду, но выбрали торговку. Отчего?

Джоакин замялся, леди Иона погрозила пальчиком:

— Если желаете соврать, помните: я — внучка Агаты, и вижу ложь.

— Я устал от войн, миледи. Работа у торговки — лишь на время. Думал осесть и обзавестись семьей.

— Зачем вам временная и низкая служба? Так нуждаетесь в деньгах? Разве Эрвин мало заплатил вам?

Сеймур вмешался:

— Мне думается, миледи, он давно знаком с этой купчихой. Она его просила, как родного, не как наемника.

— Знакомы?.. — лицо Ионы осветилось догадкой. — Быть может, вы влюблены в нее? Потому и стесняетесь правды: думаете, я посмеюсь над вами. Напрасно. Мне понятны многие виды любви… Сознайтесь: вы давно с нею знакомы?

— Да, миледи.

— Прежде уже служили ей? Еще до того, как вступили в роту стрелков? Вы были тогда юны, а она — молода и пригожа?..

— Нет, миледи.

— Или, возможно, вы служили купцу, тайно вздыхая по его супруге? Потом ушли в роту, не в силах больше сдерживать чувств. Тяжелая осада и близость смерти научили вас ценить жизнь, и вы стали подумывать о семейном очаге. Как тут узнали, что любимая недавно овдовела. Вы разыскали ее и нанялись на службу, не решившись сразу высказать главное… Скажите, я права?

— Нет, миледи.

Под ее любопытным взглядом, под этим игривым допросом Джо все больше раздражался. От нахальства ли, с которым первородная лезет ему в душу? От несуразности любых игр сейчас, когда два человека едва избежали смерти? Или, может, Джо злился не на нее, а на себя — за свой недавний кровожадный восторг, за зависть к хищнику-Сеймуру? Он не вдумывался глубоко, просто знал, что зол и хочет уйти.

— Позвольте мне помочь моим людям, миледи. Они сами не справятся с фургонами.

— Снова лжете, — усмехнулась Принцесса. — Не ваши люди, не ваши фургоны, и вы совершенно не хотите возиться с ними. Просто наш разговор вам в тягость, и теперь я полностью убеждена: мы встречались прежде, вы унесли в сердце обиду.

Что ж, если сказать, вреда не будет. Может, тогда она отцепится.

— Мы виделись в Уэймаре прошлой весной, миледи. Я подрался с людьми вашего лорда-мужа.

— Ах, да!.. — она всплеснула ладонями. — Отчего же сразу не сказали? Вы служили купцу, он подарил мне чудесный платок… И обещал привезти птицу с Юга, но так и не вернулся… Как же его звали?

— Хармон Паула Роджер.

— Верно… — Принцесса нахмурилась. — С ним случилась беда?

— Да, — не раздумывая, ляпнул Джо.

— О, боги! Случилась беда, когда вы исполняли поручение моего мужа! И вы вините во всем мою семью, потому злитесь и не хотите говорить. Вот в чем разгадка…

Она грустно качнула головой:

— Поверьте, мы не желали вам зла. Я даже не знала, какой товар вверил вам муж… Расскажите, что произошло?

Мелькнула мысль: а не сказать ли напрямик? «Миледи, по заданию вашего мужа мы продали Священный Предмет». И она сразу забудет о пустом любопытстве!

Джо снова сдержался. Тьма, пора уже гордиться своей сдержанностью!

— Дорожные трудности, миледи. Одно неприятное столкновение.

— Мне так жаль!.. Дороги кишат ворами и разбойниками.

Тут тоже было бы забавно ответить правду: «Нас ограбили не воры, а благостные монахи. Таково было веление Праотцов…»

Джо аж подпрыгнул на месте. Озарение пронзило искрой вдоль хребта.

Святые боги!

Бродяга — брат Людвиг!

Вот где я его видел: в том проклятом монастыре! Потом он принес Хармону Светлую Сферу. Он, точно он! Округлое брюшко, спокойный низкий голос, военная сноровка, какую не ждешь от толстячка. И хромота! Он же повредил ногу, когда я сам убил под ним лошадь!

— Что с вами?! — воскликнула леди Иона.

Джо замахал рукой, требуя тишины. Нужно подумать. Нужно минутку подумать!

Это же очень плохо, что подлец Людвиг — помощник Салема. Очень, очень плохо. Чувство не врет!

Но почему? В чем именно опасность?..

— Миледи, — сухо сказал кайр Сеймур, — если Джоакин прошлой весной служил торгашу, он не мог быть стрелком в наемной роте. Нужны годы, чтобы овладеть длинным луком. Да и руки у него…

Сеймур поймал Джо за запястье, осмотрел ладонь.

— Рука мечника, а не лучника. Он нам лгал от самого начала!

Леди Иона медленно склонила голову:

— И его имя знакомо мне не из Уэймара. Моя память удерживает лица и теряет имена. Я слышала о Джоакине Ив Ханне совсем недавно, в Фаунтерре. Иначе бы не вспомнила…

Кайр напрягся, весь налился пружинистой готовностью.

— Парень, заложи руки за голову и немедленно выкладывай все.

— Миледи, может случиться беда!.. — вскричал Джоакин.

— Беда случится, если не положишь руки на затылок.

Джо повиновался.

— Теперь обо всем — с самого начала.

Он решил игнорировать кайра