Кукла на троне - Роман Евгеньевич Суржиков

за северную шкуру Ориджина! Герцог уверен, что я прячусь от него в глухой норе. Но я не прячусь, а готовлю новый удар! Разве я мышь, чтобы прятаться? Похож ли я на мышонка, сударь?!

Марк заверил, что не видит ни малейшего сходства, и продолжил опрос.

— Вы, как и я, поняли, что поезд в Надежду — обманка. Вы нашли кровавый след банды и по нему пришли к трактиру «Джек Баклер». Узнали о сожженном трупе и поняли, что Предметы украл Хозяин Перстов.

— Верно. Мы разыскали свидетелей того, что банда останавливалась в «Джеке Баклере» не только в декабре, а и в августе. О чем это говорит? Они базировались в этом же трактире перед атакой на Эвергард! А это значит, банда — та самая, вооруженная Перстами Вильгельма!

— Вы имеете догадки о личности Хозяина Перстов?

Уитмор хмуро глянул на Деда и Парочку.

— Уведите этих двоих. Ни к чему им слышать.

Майор рассмеялся:

— Экая тайна! Через месяц весь Поларис будет знать: Предметы украл герцог Ориджин!

Инжи и Деда вывели из комнаты, Бэкфилд крикнул им вслед:

— О-ри-джин! Гер-цог!

— Это чушь, — тихо сказал капитан.

— Позвольте уточнить, — вмешался Марк. — Вы, майор, считаете похитителем лорда-канцлера?

— Кого же еще! Только темный мужик, как ты, мог не понять: нельзя устроить такое дело за ночь! Мы ставили опыты, проверяли, считали — нельзя никак! Значит, похититель заранее знал про атаку Ориджина. А кто знал, если не он сам?! Стрельбы в Запределье, сожженный Эвергард — все провокация северян! Если б я не держал дворец в железном кольце, люди Ориджина принесли бы ему Персты, и он спалил бы всю столицу!

— И вы ищете доказательств виновности герцога?

— Конечно!

— А если найдете их, то…

— Когда, а не если! Когда найду, оповещу все Великие Дома! Тогда Ориджину конец. Сколько бы не имел войск, он не сможет биться со всем миром!

Ворон повернулся к Уитмору.

— А вы, капитан, не считаете Ориджина виновным?

— Разумеется. Владей он Перстами — использовал бы их в решающем бою: при осаде дворца.

Майор фыркнул:

— Да такой хитрец, как он!..

Ворон продолжил опрос:

— Кого вы подозреваете, капитан?

— Бургомистр Эшер точно невиновен. Мы с ним совещались половину ночи. Когда я покинул ратушу, аптеки уже горели.

— А кто же?

Капитан мотнул головой:

— Я человек чести, и не смею говорить бездоказательно. Не Эшер, не Ориджин — в этом уверен. Остальное — пока домыслы.

— Куда ведут следы бригады после «Джека Баклера»?

— Мы их не нашли. Оттуда три дороги: назад в замок Бэк, на север к Дымной Дали, на юг в Алеридан. Ни по одной из них не совершалось преступлений, похожих на почерк бригады. Мы тайком опросили крестьян: никто не помнит отряда в красных мундирах. Впрочем, бригаде ничего не стоило снова сменить форму.

— Но от «Джека Баклера» отряд ушел в Алеридан либо на Дымную Даль?

— Это вполне вероятно.

— О-ри-джин! — пропел Бэкфилд. — Вылазка в «Джек Баклер» — обманка! Отряд не пошел дальше Бэка. Граф Эрроубэк — песик Ориджина. Предметы — в его замке!

— Вряд ли, — возразил Уитмор.

Принесли кофе. Хлебнув бодрящего напитка, Марк ожил настолько, что смог оценить иронию.

— То бишь, господа, вы вдвоем ищете злодея, но злодей у каждого свой?

— Капитан Уитмор не искушен в сыскном деле, — проворчал Бэкфилд. — Рано или поздно он признает мою правоту.

— Это не игры, — сказал капитан. — Мы не делаем ставок. Мы ищем истину, а на чьей стороне она окажется — не так уж важно.

— А ваши головы, случайно, не посещала мысль, что вас самих могут принять за злодейскую бригаду? Три дюжины всадников, вооруженных до зубов, в плащах имперской гвардии… Кое-кого напоминают, не так ли?

Уитмор и Бэкфилд удивленно переглянулись.

— Никакого сходства! Бригада маскировалась под алую гвардию, а мы носим синие плащи. Только мужик-ротозей, вроде вас, мог перепутать.

Марк усмехнулся. Ну, конечно! С точки зрения самих вояк, лазурная гвардия отличается от алой так же сильно, как лев от быка.

— Коль не секрет, чье это поместье?

— Мой кузен родом из Альмеры. Он позволил нам использовать свое имение как базу.

— И агенты приарха не нашли вас тут?

— Агенты приарха узнали, что здесь остановился майор Бэкфилд в компании нескольких боевых товарищей, но не сопоставили его с «ужасной синей бандой».

— Я нашел чем отвлечь их внимание, хе-хе! — майор довольно похлопал себя по груди. — У меня есть одно дельце к приарху, одно презанятное предложеньице… Его преосвященство уверен, что я прибыл исключительно за этим.

— Что за дельце?

— Э, Ворон! Кого-кого, а тебя оно точно не касается!

— Каковы ваши дальнейшие планы?

Капитан Уитмор развел руками:

— Зависит от результатов допроса. Мы искали Инжи Прайса — теперь он у нас. Узнаем то, что знает он, — тогда решим.

— Заодно вытрясем песок из старика! — рыкнул майор.

— Послушайте… Дед — отставной судья с Севера, честный человек. Судья и честный человек — редкое сочетание. Не нужно трясти из него песок… А что до Инжи Прайса, я уже допросил его и кое-что пообещал взамен.

— Свободу? Свободу беглому каторжнику? Ха-ха! Отличные методы работы!

Марк огрызнулся:

— Не вы ли, майор, вооружили всю столичную шваль, когда вам не хватало солдат?

— Нужда военного времени, а не прихоть!

— Нужда следствия, а не моя прихоть: отпустите Инжи, он уже все сказал.

Уитмор постановил:

— Обещаю лишь одно: в ходе допросов мы не нанесем ему непоправимого ущерба. Однако допросить обязаны. Вы все узнали, Марк, но вы мне не вассал, а только союзник. Вы не давали присяги говорить мне одну лишь правду.

Ворон отметил: хотя Бэкфилд старше по чину, но крайнее слово всегда остается за Уитмором. Видимо, потому, что их отряд состоит из лазурных гвардейцев Уитмора, а не алых — Бэкфилда. Либо потому, что Уитмор — янмэец, а Бэкфилд — рода Люсии. Если будет нужда, на этом можно сыграть и рассорить офицеров. Но сеять вражду между гвардейцами императрицы чтобы защитить шкуру каторжника — вот уж точно сомнительное действие.

— Ладно, допрашивайте, — сказал Ворон так, будто на самом деле последнее слово осталось за ним. — Только еще один вопрос. Капитан Уитмор,