Пустой II. Книга 4 - Артемий Скабер

кулак. Сарн смаковал каждое слово, и на лице у него было написано то, что он не смел бы сказать вслух. Синара из Великой Семьи, выходит, тоже умеет мочиться со страху. Для парня, которого могут взять под обет, это была почти запретная сладость. Варис, наоборот, поёжился, будто ему неловко слушать. Бренна молчала, но по тому, как она отвела глаза, я понял: чужой позор ей слушать не в радость, даже если это косалось Вельт. Заметил, что Одр переменился. Улыбка сошла, взгляд ушёл в сторону, пальцы, что вечно теребили край накидки, замерли. Потом маска вернулась.

Нейра, будто почуяв, что первая история понравилась всем, продолжила:

— Ты, наверное, думаешь, что Синара просто вздорная девка с возможностями Великой семьи за спиной? — спросила она меня. — Всё сложнее. У её отца две жены и обе признанные. От них семеро детей, тоже признанных. Синара из младших. А в такой семье младших не любят просто так, за то, что они есть. Их любят за то, что они приносят. Кто полезен семье, тому честь и хвала, а кто ничего не принёс, тот пустое место.

Стебли затихли. Теперь им предстоит это всё как-то донести до своей госпожи. Я перевёл взгляд на Эльвар и вдруг понял: она страшнее Вельт. Та была прямой, живой, хитрой и злой. А эта… я даже не смог подобрать слова. Нейра не зря выложила нам всё это. Она хочет, чтобы Синара узнала, что мы теперь знаем. Мы, те самые отбросы, которых она так сильно мечтала вымести из школы, стали свидетелями её секретов.

— Проиграть тебе, деревенскому? — Нейра качнула головой. — Для неё это не просто позор, а доклад её отцу. Она ядра потратила, пилюли, семейные секреты выложила, и если какая-то кучка бывших Листьев её превзойдёт… После такого её запихнут в самый дальний угол. Она просто не может не победить. И Синарочка просто обязана это доказать.

Слушал и складывал это к тому, что уже знал, и картина делалась только хуже. Когда об этом узнает Вельт… зная её характер, она и правда пойдёт на многое. Наше пари должно её остановить. Надеюсь. Эльвар словно специально пытается стравить нас с Синарой.

— А ещё, — Нейра понизила голос, и в нём проскользнуло что-то хитрое. — Отец её не только с жёнами спал. Говорят, он частенько находил утешение у обычных женщин по всему городу. Сколько у него непризнанных детей, не знает никто. Может, десяток, а может и больше. Ходят где-то по улицам, не ведая, чья в них кровь. Вот Синара и переживает, что её заменят кем-то более способным.

Одр заскрипел зубами и уставился на Эльвар. Дыхание сбилось, плечи на миг поднялись, и он даже качнулся назад, на полшага, будто собирался применить Рваный Шаг. Одна пульсация и он снова вернул маску на своё лицо. Что это было?

— Занятно, — хмыкнул я. — Благодарю вас, госпожа Эльвар, что показали мне правду о великих семьях. Теперь я знаю, что для вас обсуждать личные темы и детские намоченные платья является нормой.

— Ты! — вдруг бросилась ко мне Ниэль, но остановилась, когда Нейра подняла руку.

— Меня это не касается, как и личные тайны главы семьи Вельт. — продолжил я.

— Как знаешь, — пожала плечами Эльвар. — Личная тайна перестаёт быть личной, когда с её помощью можно управлять чужими жизнями. Если тебе пока не хватает знаний и опыта, чтобы это понять… значит, я в тебе ошиблась.

Хоть эти история и правда объясняли многое, но только не ту её половину, что касалась самой Нейры.

— Ладно, мне пора. — махнула рукой Эльвар. — Ещё увидимся, Рейланд. Ты же не забыл, что кое-что мне должен?

Корни развернулись и пошли. Я смотрел им в след и сжимал кулаки. Мне было плевать на истории Вельт, в голове был только экзамен и ставка на него.

— Она правда просидела всю ночь и… — начал было Тавр, и в голосе его на миг вернулся прежний, тот, что до сегодняшней ночи.

— Не повторяй, — оборвал Варис.

— Хотел бы я поглядеть, как она теперь будет требовать поклонов, — Сарн ухмылялся во всё лицо. — Для меня она маленькая, злобная, неуверенная и злая сыкуха.

— Тише ты, — шикнул Варис. — Если ещё и это дойдёт до Синары, проблем только прибавится. Ей всё равно, кто болтал.

Дал им выговориться на пару пульсаций и оборвал.

— Плевать, что она делала ребёнком, — сказал я, и голос вышел жёстче, чем хотел. — Важно, что она делает сейчас.

Все повернулись.

— Стебли пришли раньше нас. Их натаскивают на дуэли, источники докормлены пилюлями сверх меры. Эльвар говорит, пилюль было много, и я ей верю. До экзамена шесть дней. Первая часть — дуэли. Вторая — охота в Руинах. — Обвёл их взглядом, одного за другим. — А из вас охотиться не умеет почти никто.

Улыбка тут же сползла с лица Сарна.

— Кто из вас ходил на настоящего зверя? — спросил я. — Не в загоны, не за чужими спинами, не на подхвате у старших. Сам. Один на один. Так, чтобы или ты его, или он тебя.

Молчание. Тавр дёрнул плечом.

— Я ходил, — буркнул он, глядя в сторону. — С отцовой дружиной, с малых лет. Только… — он замялся, и признать это при мне сейчас стоило ему усилия. — Чаще просто был на подхвате. Подавал, добивал подранков. Сам, один, взял дай Небо трёх, и то мелочь. Настоящего, взрослого зверя мне одному не давали.

Одр поднял два пальца.

— Ходил, — всё, что он сказал.

Куда ходил, с кем, когда… поди вытяни это из него. Мог соврать или сказать правду. Варис качнул головой, будто извиняясь. Сарн отвёл глаза, Бренна тихо призналась, что таскала туши, свежевала, вязала силки на мелочь, но чтобы взять зверя самой, такого не было.

Двое из пяти хоть что-то умеют. И один из этих двоих сейчас глядит на меня так, будто я и есть тот зверь, которого он мечтает добить, а второй — посланец Ровэна.

Положение было дрянь, и делалось только хуже, чем дольше я о нём думал. Одно грело: если сумею дотащить их до охоты живыми, дальше уже вместе, возможно, у нас что-то и получится.

— Может, Тавру не идти? — протянул Сарн. — Звери-то не станут слушать, как