Экзорцист 1-5 - Павел Николаевич Корнев

— Вот как? — удивился я.

— Вам известно, что в городе объявился чернокнижник из Пахарты?

Я какое-то время раздумывал над ответом, потом осторожно кивнул:

— Допустим.

— Не знаю точно, по чью душу прислали убийцу, но полагаю, ваше одновременное с ним появление в Ораже-на-Рее вряд ли является случайным. Так?

— Ближе к делу.

— Он нам нужен. Убийца. Живым или мертвым. Лучше — живым. В идеале просто сообщите, где его можно отыскать.

— А мне что с того?

— Наше предложение до сих пор в силе. Сдайте убийцу и узнаете кое-что небезынтересное о политической жизни Довласа. Вы ведь хотите оказать услугу Раулю Луринге?

— Не без этого.

— Так помогите нам, а мы поможем вам. Как появится информация, вывесьте из окна комнаты полотенце. В любое время дня и ночи. Главное — без промедлений.

— Один момент. — Я поудобней перехватил зажатый в опущенной под стол руке нож и улыбнулся: — Прежде чем мы расстанемся добрыми друзьями, объясните, как вам удалось меня отыскать?

— Господин Март! — развел руками шпик. — Ну кто же раскрывает свои профессиональные секреты?

— А вы отнеситесь к этому, как к вопросу жизни и смерти. Вашей жизни либо вашей смерти.

— Это угроза?

— И в мыслях не было, — солгал я. — Не ответите — и Святые с вами, скатертью дорога. Просто тогда я, вместо того чтобы искать чернокнижника, начну задавать разные неудобные вопросы. Оно вам надо?

— Полноте! Не стоит так волноваться. — Круглолицый тяжело вздохнул и поморщился. — Вы, господин Март, в некотором роде личность уникальная, понимающему человеку выследить вас не проблема. Чем увесистей камень, тем сильнее расходятся от него круги по воде, а вы и вовсе как маяк в ночи, не примите на счет волос.

— Зачем тогда понимающим людям понадобилась моя помощь? — подался я вперед. — Почему бы вам не отыскать чернокнижника собственными силами? А?

— Некоторые камни слишком давно не кидали в воду.

— Вздор! Найти уроженца Пахарты в Ораже-на-Рее — дело одного дня, расходятся от него круги по воде или нет!

— А кто сказал, что чернокнижник родился за пределами Святых Земель? Ищите высокого черноволосого бугая с загорелой, но бледной кожей. Наглого и самоуверенного. В его внешности не окажется ничего от выходца из Пахарты, и даже акцент будет самым обычным. Вы узнаете его, как только увидите, не ошибетесь. — Шпик медленно поднялся из-за стола и натянуто улыбнулся: — А теперь с вашего позволения…

— Проваливайте, — махнул я рукой и отодвинул от себя блюдо с жарким.

Есть расхотелось. Хотелось догнать круглолицего и вытрясти из него душу. Но — никак. Один донос в ночную гвардию — и болтаться мне на дыбе. А работа не сделана. Нехорошо.

Выходит, придется сотрудничать. Точнее, разменяться баш на баш. С меня ведь не убудет убийцу выдать, а достоверные сведения о заговоре очень даже пригодятся.

Через силу доев жаркое, я покинул харчевню и зашагал к вершине холма. Мелькнула мысль найти веселую девицу да завалиться с ней в койку, но нет — из головы никак не шел разговор.

И волновало даже не то, что разведке Ланса в очередной раз удалось меня разыскать. Не давали покоя последние слова разоткровенничавшегося шпика.

Уникальная личность. Понимающий человек. Круги на воде.

И — узнаешь его, как только увидишь.

Странно. Странно и непонятно.

Размышляя над услышанным, я впотьмах отыскал гостиницу и поднялся к себе в комнату. Разделся, завалился на кровать, но заснуть не смог и долго-долго лежал, бездумно уставившись в потолок. Враз накатили дурные предчувствия, заворочались заточенные в глубине души бесы, заломило поврежденную в Норвейме руку.

За окном тишина, сквозь щели в рассохшихся ставнях светит мертвенно-желтая луна, дневной зной понемногу начинает проигрывать ночной прохладе. Но бриз слишком слаб и до сих пор невыносимо душно. Простыня сразу промокла от пота, а из-за выпитого пива разболелась голова.

А еще сомнения… Слишком уж зыбко все, слишком ненадежно. Только оступись — и костей не соберешь. Алчные контрабандисты, бдительная ночная гвардия, коварные ланские шпионы — кругом одни враги. Одни враги…

Выругавшись в голос, я набулькал из спрятанной в сумке фляжки полстаканчика сонной настойки и одним махом опрокинул в себя пахучую жидкость. Какое-то время посидел, прислушиваясь к собственным ощущениям, потом улегся обратно на кровать и моментально уснул.

Давно бы так…

3

Проснулся, как ни удивительно, в отменном настроении — за ночь с моря нагнало туч и заметно похолодало. Одевшись, я постоял у окна, вдыхая прохладный воздух, потом глотнул полынной настойки, натянул шляпу и вышел на улицу.

Валентин и Гуго давным-давно отправились на площадь, Берты тоже нигде видно не было, а вот брат-экзорцист маялся без дела на веранде закусочной через дорогу. Я присоединился к нему и осушил пару стаканов рекомендованного фокусником пойла, столь холодного, что немедленно заломило зубы.

Ничего так — освежает.

— Доброе утро. — Марк дождался, когда я промочу горло и поинтересовался: — Понадобится сегодня моя помощь?

Я сделал вид, будто раздумываю над вопросом, потом отрицательно покачал головой:

— Нет. Пожалуй, нет. А что, какие-то планы?

— Думал, сходить на могилу Святого Фредерика, — ответил брат-экзорцист и, немного помявшись, спросил: — Себастьян, у вас есть пара минут?

— Разумеется. — Я подождал, пока уйдет с веранды хозяин, и уселся на стул. — Говори.

— Такое дело… — Марк облокотился на перила и тяжело вздохнул: — Помните, тогда, в Рживи… Я не забыл процедуру осмотра бесноватой, просто постеснялся. Решил, что проще избежать искушения, нежели бороться с ним. И не вмешайся вы — бес завладел бы моей душой.

— Ну и?.. Ты ведь справился в итоге, — хмыкнул я, не зная, как относиться к подобного рода откровенности.

— Справился, — кивнул парень, — но лишь благодаря посторонней помощи. И мне не стать настоящим экзорцистом, если не сумею справляться с искушением…

И тут меня осенило, к чему весь этот разговор.

— Отвести тебя к гулящим девкам? — предложил я.

— Был бы очень признателен, — развернулся Марк с покрасневшим, будто помидор, лицом. — Если найдется время. Мне, право слово, неловко, но…

— Не бери в голову, — отмахнулся я и поднялся на ноги. — Только объясни тогда, почему тебя отправили с нами. Почему именно тебя?

— Всему виной благородное происхождение, — с тяжелым вздохом признался парень и потеребил обтрепанный рукав. — Куратор решил, что, прежде чем двигаться дальше, мне требуется поучиться смирению.

— И вот ты в компании лицедеев и убийц выдаешь себя за человека низкого происхождения…

— Так и есть.

— Ладно, идем.

Размышляя над выражением «прежде чем двигаться дальше», я осведомился у хозяина о ближайшем веселом доме и в сопровождении брата-экзорциста отправился вниз по склону холма. Несмотря