Повелители Подземелий - Юрий Анатольевич Здоровеющий

– Ясно! – сплюнул наставник. – Со мной ты говорить не хочешь.

– И что ты мне сделаешь? – зло усмехнулась пленница. – Не на ту напал, папаша. Нейтральная зона. Система не даст. А я вот сейчас как заору. Да стража как прибежит. А я почти голая. А я стражникам как скажу… расскажу, как вы меня с корабля похитили, изнасиловали и продать грозились. А в Аркадии за работорговлю на кол сажают. Ха-ха-ха!..

Бац! Девушка проглотила остаток смеха вместе со сгустком крови из разбитой Миланкой губы.

– Заткнись, малахольная! – с угрозой процедила Ушастая. – Это мой папа, не твой.

Облизнув языком опухшую от удара губу, наглая особа малость остепенилась. Недоверчиво смерила взглядом Юна и Мелкую.

– Он что, действительно твой отец? – спросила она.

– Ага, – подтвердила Ушастая. – Так что думай, что говоришь, иначе в другой раз не так схлопочешь. И Система ничего не сделает. Я ведь законы не нарушаю. Кулачком можно. А запас ХП у тебя еще достаточный. И упасть я тебе не дам.

– Сдаюсь! – с новым циничным смешком ответила пленница. В воздухе повисло системное объявление об окончании поединка. – Ха-ха! Не ожидала? Больше не тронешь. И никто не тронет. Только через сутки. А кто знает, что с вами случится через целые сутки. Только я такой доброй не буду.

Мастер взглянул на испытуемую прищуренным взглядом. Что и не говори, а подготовка у девушки в профессиональном аспекте для первого уровня впечатляет.

– Из Патагона сюда за одни сутки никак не добраться, – вслух рассуждала Виола. – А это значит, учитывая твою уверенность, что в Аркадию вместе с вами прибыли и другие ублюдки. Но мы это без тебя знали. Ты лишь подтвердила выводы.

Виола развернулась к наставнику.

– Схожу-ка я, отдам пару распоряжений кое-кому. Так, для гарантии. Лишним не станет.

Мастер задумался. Согласно кивнул Вив и заговорил с пленницей:

– Верно! Раз так, раз вы верите в помощь со стороны, зачем же нам терять целые сутки? Не нужно. С нами ты говорить не хочешь. И не надо. Мы можем найти тех, с кем ты будешь общаться. Еще как. Сама все выложишь. Им же все равно. Так ведь, доча?

– Агась! – подыграла Ушастая.

– Как думаешь, стоит пригласить кого-нибудь из твоих друзей? Или, может быть, раз она для нас бесполезна, устроим ей несчастный случай? Скажем, разденем ее окончательно, вынесем во внутренний двор. Положим под штабелем, да и упадут на нее четыре ряда пивных бочек? Чистый несчастный случай. И Система ничего не сделает. Непреднамеренно же. Так? Что нам с нее толку? Говорить не желает. Дерзит и угрожает. Стражу криком собирается звать. Не понимает, дура, простейших вещей: из этого подвала ни один звук не вырвется. И печать магическая вокруг.

На ожидавшего мастера вылупились испуганные глаза пленницы, но заговорила она с завидным упрямством:

– Вы этого не сделаете. Система не даст, все равно, это убийство.

Таки сработало, крепко задело. Мастер отчетливо видел, как сузились зрачки самоуверенной наглячки.

– Страшно тебе? Не сделаем, говоришь? Это почему? Потому что мы не из «убийственной» гильдии, Патента приобрести не можем, а в городах зона нейтральная, так? А как, по-твоему, люди красными становятся? Смекаешь, чукча самодовольная? – уже серьезно сказал Юн. – Впрочем, ты права. Нам нет смысла пачкать руки о такую грязь как ты. Напиши-ка кому из друзей, Малая. Попроси помощи. Им же на нейтральные зоны плевать.

– Как это, плевать? – недоверчиво переспросила девчонка.

– А так! – подсуетилась Татьяна. – Ты же из Патагона. И не зыркай на меня в непонятках – откуда я знаю, коль ты не колешься? Хахаха! Акцент твой не спрячешь, вот откуда. Если пустоголовые нубы его попросту не различают, то это их собственная проблема. Нам снова плевать.

Несколько секунд арестантка раздумывала.

– Ну, допустим. Какая вам разница, откуда я происхождением?

– А такая! – подхватила Виола. – Неужели в Патагоне так скоро забыли историю замка Харкинстоун?

– Причем тут замок? – искренне удивилась убийца.

Общий смех заставил ее основательно призадуматься.

– Ты слышала об участи первых обитателей замка?

– Ну слышала.

– А задумывалась над тем, как «Адские Гончие» смогли истребить весь его гарнизон, если внутри Харкинстоуна нейтральная зона? Что, дошло? Вот почему тебе и сказали: нашим друзьям плевать! Жди. Сама напросилась.

Притихла пленница. Сжалась и напряглась. Милана, наоборот, встала и отошла в сторонку, но так, чтобы упрямая пособница убийцы увидела открытый интерфейс и почтовый лист.

Кику же поняла: никому, кроме нее, сыграть роль не удастся. Ночь. Все, кто в игре, все тут. И валькирия воспользовалась тем, что сидела все это время рядом с Илоной в темном углу. Внимание пленницы постоянно сосредоточенно на мастере и на Милане. И Кику ушла в инвиз. Выждала несколько минут и объявилась сзади обнаглевшей чужестранки в образе демона.

– Ха! – раздался привычный для всех (но не для пленников), жуткий шипящий звук Кику. Валькирия приняла человеческий облик. – Привет. Что звали? Проблемы?

Как же натурально все получилось. Милана подскочила к валькирии и обнялась с ней, вроде как добрые подруги здоровались.

– Привет. Твои телепорты меня всегда поражают. Мне так не удается, сколько не пробую, – прощебетала скороговоркой Ушастая. – Вот, взгляни, это больше по вашей части. Дамочка нам попалась слишком упрямая. Говорит, плевать ей на всех. На «Адских Гончих» и на Кардинала вашего. Папу обидела. Угрожает. Предсказывает для всех нас Армагеддон в течение суток…

– Что ты врешь! Не говорила я так! – почти выкрикнула испуганная пленница. – Врешь!

Голова ее во время реплики мелкой повернулась. На празднике не видели скрытого лица валькирии, зато все слышали и хорошо запомнили примечательный голос.

– Врет? Ха! – прошипела Кику. – Что-то не помню, чтобы она врала когда-нибудь. А тебя вот я помню. Ты одна из тех никчемных сучек, которые сопровождали главного исполнителя. Ха-ха! Тоже мне, элита наемных убийц Патагона. Визжал как жалкий слизняк на высоте? Тошно было слушать.

– Он не слизняк! – выкрикнула пленница.

– Дура! – раздался гневный голос второй пленницы. Как-то она умудрилась вытолкнуть кляп. – Идиотка. Развели тебя, как безмозглую курицу. Что они тебе тут сделают? Кого слушаешь?

– А вот