Звериное начало. Том II - Ксен Крас

на первый, с него на второй, третий, оттуда взбежал по прислоненным доскам, зацепился за каменный выступ и уселся на него. Рэйара уже взлетала на первый короб, когда оборванка оттолкнула ногой конструкцию из нескольких сбитых досок. Они полетели вниз, потащив следом за собой ящик, и, конечно же, посыпались на голову Рэ.

Яростно рыкнув, женщина прикрылась от тяжелой древесины, а после одним легким движением отшвырнула все в сторону. Разрушенная лестница ничуть не могла помешать ей забраться внутрь. Девчонка, завидев очень недоброе выражение лица, которое, кажется, начинало снова превращаться в звериную морду, ойкнула и поспешно исчезла в оконном проеме.

Перевертыш вспрыгнула на второй ящик, чудесным образом оставшийся стоять, и уже оттуда, хорошо оттолкнувшись, прыгнула еще раз. Ей пришлось в какой-то момент упереться ногами в стену, как раз туда, где она заранее присмотрела выщербину, и придать себе ускорение. В окошко женщина взлетела быстрее, чем оборванка по лестнице, и тут же сгруппировалась, чтобы в случае чего, дать отпор. В просторном помещении, заваленном досками, тряпками и обломками камней не оказалось никого. Шаги отдалялись, Рэ поспешила на звук и почти сразу же наткнулась на лестницу. В двух местах не хватало ступеней, а внизу она заметила треснувшие перила.

Звуки шагов и тихие перешептывания повели Рэ вниз.

В несколько прыжков она преодолела лестницу, легко миновав преграды в виде недостающих досок и снова осмотрелась. Несколько ящиков, не покрытых пылью, привлекли ее внимание в первую очередь. Два стула, плотный ковер и пара подушек, шкаф, не новый, но добротный и целый, отблески огня на стене – в этом помещении кто-то проводил много времени, а может и жил.

Рэйара принюхалась. Пахло жаренным мясом, крепкой выпивкой, фруктами, чем-то сладким, тушеной репой и людьми. Людьми особенно сильно, хотя больше ее интересовало скорее мясо – от него полукровка бы совсем не отказалась. Среди привычных запахов нос улавливал также что-то напоминающее зэмэсков и вэйшей, не чистокровных, но тем не менее. Кроме того, в той стороне пахло беглянкой, девчонкой, из-за которой на основании шеи теперь красовались следы зубов. Это ненадолго, уже к утру не останется даже покраснения. При этом совершенно никаких преследователей-мальчишек. Либо девчонка не знала, что друзья не пришли, либо это было очередной западней.

Медленно повернувшись, Рэ аккуратно прокралась мимо шкафа, мимо ящиков и свисающих с потолка тряпок, огораживающих какой-то угол, откуда пахло как из выгребной ямы, ближе к костру. Из-за мебели и наваленных досок получался настоящий коридор, разделяющий помещение на несколько частей. В узком пространстве было не развернуться и некуда спрятаться. А попадающиеся на полу куски всего этого великолепия наверняка заставили бы любого другого изрядно пошуметь.

В один момент коридор вдруг заканчивался, перетекая в большой зал. Рэ высунула голову и снова принюхалась.

В центре зала горело два больших костра. Дым уходил в дыру в перекрытии между первым и вторым этажом, а оттуда, скорее всего, в какое-нибудь окно, пролом в стене или крыше. Рядом с пламенем, у того, что горело правее, сидела та самая девчонка, по-прежнему укутанная в плащ Рэйары. Это разозлило женщину больше, чем укус – она пожертвовала ребенку свою одежду, а та отплатила побегом! Полукровке пришлось приложить усилия, чтобы заставить себя осмотреть остальную часть зала.

Внимание привлекли стулья, такие же, как и у лестницы, ковры с подушками, бочонки, кружки, что-то приятно пахнущее и булькающее в чане на костре и блюда, в которые кто-то щедро навалил мясо, так, что оно не только возвышалось горой, но и свисало с краев, грозясь упасть. А еще – Рэ снова принюхалась – застолье разбавляли репа, какие-то вкусные сладковатые на запах корнеплоды и сушеные фрукты с ягодами.

Живот тихо заурчал, что в пронизывающей тишине, прерываемой только треском дров и чавканьем ребенка, прозвучал особенно громко. Сзади кто-то шаркнул, Рэ обернулась, но ее глаз никого не увидел. Людьми пахло со всех сторон, новые следы перемешивались со старыми. Женщина покрутилась на месте, снова привалилась к импровизированно стене из шкафа и позволила себе выглянуть из-за него.

Под ногами едва слышно хрустнула какая-то палка. Рэ не обратила на нее внимание, но поняв, что издает лишний шум, медленно-медленно подняла ногу. Живот, из-за которого полукровка охотнее улавливала аромат похлебки из кролика, чем чуяла врагов, издал очередной, еще более громкий звук «ур-р-р». Позади тихо скрипнула дверца шкафа.

Рэйара облизнулась, не сразу догадываясь, что это может быть совсем недобрым знаком, предостережением, на которое следует реагировать. Лишь когда совсем рядом кто-то довольно тяжелый спрыгнул на землю, перевертыш развернулась.

Широкоплечий мужчина немногим выше нее, с густой короткой бородкой, темно-русыми волосами, выбившимися из хвоста и рассыпавшимися по плечам, улыбнулся полукровке. Живые, пронзительные насыщенно-серые глаза принадлежали охотнику, Рэ быстро узнала этот взгляд, но не успела ничего сделать. Рука легла на рукоять кинжала, когда кто-то сзади накинул удавку ей на шею и с силой затянул.

Хватая, рукам воздух вместо ремня, Рэ захрипела.

– Нет! Не надо ее трогать, она не злая! Не надо! – закричала девчонка, ее голос полукровка узнала прежде, чем потеряла сознание.

***

– Ты перестарался, Хью.

– А я говорила!..

– Да ладно, я ж немножко. Кто ж знал, что так?

– Это же женщина, Хью, с ними надо быть ласковыми… А ты как всегда!

Рэйара разобрала три голоса – один, довольно грубый и хриплый, второй знакомый девчачий, а третий показался ей особенно приятным, в меру мужским, но не жестким. Откуда они звучат? Кто говорит? Рэ не вдумывалась в смысл слов сразу же, сначала лишь обратила внимание на само звучание.

Шея болела, мысли в голове появлялись медленно, с трудом обретая форму, глаза не желали повиноваться и разлепляться. В нос тут же ударил запах мяса и похлебки – обоняние пробудилось первым и работало на полную. Почему же оно не захотело просыпаться раньше и помочь вычислить врагов, когда это требовалось?

– Ты сделал ей больно! – снова обиженно заявила девочка.

– Ийка, брысь. Уходи, мы без тебя разберемся.

– Да ладно, говорю же, я всего чуть-чуть ее придушил. Ты пощупай, она живая и здоровая, наверное, башкой ударилась, когда падала. Скоро придет в себя, – более грубый голос затихал пару раз в середине предложения, чтобы почавкать.

– Я ее не видел в городе. Она не из богачей, и тем более не похожа на знать из Высших или Сердца. Узнали, кто она? –