Звериное начало. Том II - Ксен Крас

решила погнаться за мальчишками. От обиды, из мести, просто чтобы узнать кто они такие. Пожалуй, больше всего потому, что не понимала, как допустила, что ее обокрали. Не приставив никакого оружия к горлу, не поугрожав, просто подошли и взяли.

Обманутое доверие ударило по самолюбию, хотелось хоть что-то сделать.

– Не знаю, – честно ответила Рэ, – Эмоции захватили. Расстроилась, что меня обманули, тем более дети, и решила посмотреть на воришек. А на кошель мне плевать, я могу еще заработать. Если им нужнее, могли попросить, а не красть.

– И ты бы дала им деньги? – усмехнулся Хью. Рэ обернулась, чтобы посмотреть, как мужчина облизывает тарелку. На его бороде блестел жир. Обглоданные кости он сунул в карман, – Незнакомым детям, которые просто попросили?

– Отдала бы. Мне не жалко.

– Ты либо сумасшедшая, либо из служек этих, божественных. Что одно и то же, и непонятно, что хуже, – авторитетно заявил жилистый враг, – Или врешь. Но что-то мне подсказывает, что ты не лгунья, а скорее больная.

Рэ пожала плечами. Манеры Хью ничуть ее не удивили и не вызвали никакого отторжения, она и сама вела себя похожим образом, пока Эйэ и братья не начали ее отучать от варварского поведения. Ни бедняки в городах, ни охотник из «Рогов и Хвостом», ни кто-либо еще, с кем до этого была связана жизнь полукровки, не высказывал претензий, когда она облизывала пальцы, миски, чавкала или накладывала себе что-то руками. У свэтов воспитание в корне отличалось, со временем Рэйара подстроилась, привыкла к новому, прилежно вела себя, чтобы стать полноценной частью их общества, но никогда не пыталась осудить тех, что поступал иначе.

– Чего вам от меня надо? Хотите меня ограбить и убить? – вместо ответа на вопрос спросила перевертыш.

– Мы не станем убивать одинокую женщину, – возразил Лэр. Кажется, он хотел что-то добавить, продолжая скалиться, но передумал, сам себя остановил и перескочил на новую тему. Жаль, Рэ хотелось узнать, что же такого скрывает человек, – Мы всего лишь хотим разузнать про тебя побольше, красавица. Расскажи, кто ты и откуда. Раз уж тебе не жалко раздавать деньги нуждающимся, то все остальное должно быть не менее интересно. Ты в городе новенькая, скорее всего, в Загородье пришла из любопытства, а может и вовсе случайно. По ошибке? Ребята рассказали, что ты пыталась убедить стражников пропустить тебя. Разговора они не слышали, но иной причины давать им деньги я не вижу. Тебя обманули, забрали монеты, но не пропустили. Многие новички попадаются на это, а бывает, по два и три раза в одну и ту же яму падают, а запомнить не могут. В Загородье тебя никто раньше не видел, я бы знал. В Нижнем городе ты тоже не осела, там я тем более бы тебя заметил.

– Может и не заметил бы. Там много людей живет, – возразила Рэ. Ее интересовало и то, как пацанята проскочили мимо так, что она их не учуяла. Теперь знакомые запахи окружали ее. Может, они пришли позже? Это бы все объяснило.

– Заметил бы. Необычная у тебя внешность, непривычная для наших мест. Таких я еще не видел, – рука Лэра легла на бедро Рэйары, и она очень пожалела, что привязана. Сейчас самое время для того, чтобы хорошенько ударить человека. Пальцы чуть сжали ногу, прошлись вниз, а после вверх, щеки женщины вспыхнули, а сероглазый продолжал смотреть на нее и бесстыдно гладить, – Ты полукровка, не человек. У меня нюх на полукровок.

– Да уж, всех уже обнюхал, а некоторых не по разу, – хмыкнул в ответ Хью. Рэ чувствовала, что кроме троих – а третий мужчина стоял за спиной и его никак не удавалось разглядеть – в помещении есть еще, не считая мальчишек, но пока они где-то далеко. Стоит учитывать это, если придется драться. И если она сумеет освободиться.

– Не смущайся, я понимаю, что многие плохо относятся к полукровкам, но я не из этих, – русоволосый не убирал руки с бедра. У него была теплая ладонь, а мизинец, отрезанный до половины, украшал массивный золотой перстень с рунами. Необычная побрякушка для предводителя мелких хулиганов. Надо было заставить его убрать руку, но прикосновения не вызывали отвращения. Мысль, что они довольно приятны, смутила женщину пуще прежнего, и она отвернулась. Лэр воспринял движение по-своему, – Я не хочу причинять тебе боль, ничего подобного, только узнать, почему ты оказалась здесь и кто ты. Не бойся… Я бы развязал тебя, но пока не знаю с кем имею дело и не могу подвергать опасности людей.

– Полукровка я, ты прав. Интересно какая?

– Да.

– Наполовину свэт, – а какой смысл скрывать? Рано или поздно ее увидят в компании братьев и тогда все равно поймут. Обычно группы приключенцев могли быть разношерстными, но не в случае сборища представителей древнего народа. Такие принимали к себе только тех, кто имел с ними кровное родство. Хотя бы на треть или четверть, но обязательно, – Знаешь, кто такие свэты?

– Слышал. Видел одного в Средоточие пару раз, но близко никогда не подходил. Свэт… Ты приятнее выглядишь чем тот свэт. И полукровку видел, на нее тоже не походишь. Хотя… – мужчина убрал теплую руку и подвинулся ближе. От него пахло кислой выпивкой, мясом, костром и позабытым уже приятным уютом, – Сейчас я развяжу тебе ноги, но не делай глупости. Мы же должны доверять друг другу, чтобы мирно разойтись, верно? Итак, ты давно здесь?

– Не очень. Я прибыла с семьей. По делам. Но я заблудилась и попала сюда. Хотела выбраться до темноты, но пока нашла куда идти, ворота закрыли. А потом ты все знаешь.

– Понимаю, почему ты разозлилась на детей – тебе было страшно. Понимаю, мне и самому бы не понравилось, окажись я в незнакомом месте, тем более в одиночестве. А быть женщиной при этом и вовсе непросто, – Лэр обхватил ногу, завел руки за ножку стула и быстро расправился с первым узлом. Давление около щиколотки прекратилось, – Тебе стоит быть осторожней, красавица. Я и сам, когда ты пришла, подумывал, что бы с тобой этакого сделать. Может, что-то тебе бы и пришлось по вкусу, от меня женщины обиженными не уходили, но не думаю, что все. Да и мои люди вряд ли бы просто тихонько стояли в стороне и смотрели. Ты могла бы не нарываться на неприятности, а остановиться на постоялом дворе, тем более деньги у тебя были. И есть.