Курс 1. Декабрь - Гарри Фокс

воздухе, если долго смотреть. Я сидел за дальним столом, уткнувшись в учебник, и краем глаза ловил движение. Девчонки, Лана и Мария, обещали зайти позже, но пока я был один.

Интересно, как там игра? Я старался не думать, но мысли сами лезли. Команда, в которой я когда-то пытался найти себя, теперь была для меня чуждой. Даже Лена, Жанна и Вика — те, с кем у нас были сложные отношения, но всё же — не пошли на матч. Я случайно услышал в столовой, как кто-то обсуждал, что они демонстративно остались в общежитии, чтобы никто не подумал, будто они болеют за бывших. Жестко, но показательно. Видимо, наш конфликт оставил след не только на мне.

К вечеру, когда игры закончились, я выполз из библиотеки, чувствуя себя книжным червём, который забыл, как выглядит солнце. Народ потянулся на вечерние занятия — кружки, факультативы, секции. Тут вообще любят загружать студентов по полной. Магия, спорт, искусство — выбирай на вкус.

И, кстати, о кружках. Меня пару раз пытались вернуть в тот самый элитный клуб Кейси. Приходили какие-то напыщенные старшекурсники, заводили разговоры о «привилегиях» и «возможностях». Но я был непоколебим. Хватит с меня этих игр в аристократию и интриги. Я чётко решил: учёба, друзья и две будущие жены. Всё. Точка. Никаких тайных обществ и сомнительных тусовок.

Лана и Мария, кстати, полностью поддерживали. Лана только фыркала, когда видела очередного посланника Кейси, а Мария сурово поджимала губы и говорила: «Правильно. Нечего тебе там делать». Я ценил это.

Вечером мы втроём сидели в комнате Марии (теперь это было наше общее место сбора), пили чай и обсуждали прошедший день. Я жаловался на магическую математику, девчонки подшучивали, но помогали с формулами. И в этот момент я поймал себя на мысли, что, несмотря на весь ад с учебой, напряжение с бывшей командой и странные взгляды Греба, мне… хорошо. Спокойно и уютно.

— Роберт, ты чего задумался? — спросила Мария, касаясь моей руки.

— Да так, — улыбнулся я. — Думаю, что правильно всё сделал.

— Конечно, правильно, — Лана чмокнула меня в щёку. — Ты с нами. А мы — лучше любого клуба.

Я обнял их обеих и выдохнул. Четверг закончился. Впереди была пятница, а значит, новая порция учёбы, магии и, надеюсь, немного меньше драмы.

— Пиздец, — прошептал я, глядя в потолок коридора. — Это моё всё.

Если в жизни нет пиздеца, значит, это не я. Я бы начал бояться, что потерял свою главную фишку.

Вот только сейчас пиздец был максимально конкретным и ощущался всем телом. Потому что я лежал на Кате Волковой. На полу. В коридоре академии.

Она смотрела на меня снизу вверх своими голубыми глазами, и в них плескалось что-то, чего я никогда раньше не видел. Растерянность? Страх? Ожидание? Её блузка чуть расстегнулась — видимо, в процессе падения — и открывала край кружевного лифчика. Того самого, синего, который я уже видел. Юбка задралась, открывая стройные ноги в тех самых сексуальных колготках.

— В коридоре? — прошептала она так тихо, что я едва расслышал.

Я попытался встать. Правда. Честно. Опёрся на руки, чтобы подняться, но почему-то вместо того, чтобы отстраниться, я наклонился ниже. Мои губы оказались в сантиметре от её губ.

Она закрыла глаза и чуть приподняла голову, потянувшись навстречу.

Как так произошло? Да всё банально.

Я шёл на пары после завтрака в столовой. Мария осталась дать указания служанкам, Лана пошла отдельно — у неё свои занятия на старшем курсе. Я один. Иду себе, никого не трогаю, думаю о проклятой магической математике. И тут — бах.

Мы столкнулись с Волковой. Буквально. Вылетели друг на друга из-за угла, как два идиота, запнулись, потеряли равновесие и рухнули. Причём как-то так глупо и странно получилось, что мы должны были просто сесть на пятые точки, но в итоге… я лежу на ней.

— Я случайно, — пробормотал я в её губы. Они оказались чертовски близко к моим.

Ага… — пронеслось в голове. — Стоп… А случайно не Катя ли это подстроила?

Я вспомнил её новый образ. Её попытки быть ближе. Её взгляды. Её зелье от похмелья. А вдруг…

Но прежде чем я успел додумать эту мысль и разоблачить коварный план своей старосты, она чмокнула меня в губы.

Коротко. Быстро. Чётко.

Я отпрыгнул вправо. Рефлекторно. Как ошпаренный.

Вспышка слева! — заорало в голове. — Уклоняйся!

Катя не поняла. Открыла глаза, заморгала, начала шарить руками по полу в поисках меня. Увидела, что я лежу рядом, и нахмурилась.

— Ты в порядке? — спросил я, всё ещё пытаясь переварить случившееся.

— Да, — ответила она, и в её голосе послышалась грусть. Настоящая, неприкрытая грусть. Она начала вставать, поправляя юбку и застёгивая блузку дрожащими пальцами. — Идёшь на пары?

— Иду, — сказал я, тоже поднимаясь и отряхивая форму.

Катя меня чмокнула⁈ — мысль забилась в черепе. — Серьёзно⁈ Неужели… Хмм…

Я посмотрел на неё. Она смотрела по сторонам, явно проверяя, не видел ли кто. Коридор был пуст. Ни души. Слава богам. Потому что если бы кто-то увидел нас в таком положении, а особенно мои «милые фурии», ночью меня ждало бы кое-что очень смертельное. Но… очень сексуальное.

Катя перевела на меня взгляд, и в её глазах мелькнуло что-то тёплое. Почти нежное.

— Роберт… — начала она.

— Катя… — перебил я, потому что понятия не имел, что говорить в такой ситуации.

Она вздохнула, поправила волосы, которые рассыпались при падении, и пошла по коридору. В сторону своих дел. А я остался стоять, чувствуя, как мир снова сошёл с ума.

Пиздец, — подумал я с облегчением и странным, тёплым чувством где-то в груди. — Жизнь налаживается. Мои способности при мне.

И всё было бы хорошо, если бы на этом всё и закончилось. Я уже представлял, как заканчиваются пары, и мы — я, Громир, Зигги, Таня, Лана и Мария — едем тусить в город. Отдохнуть от этой сумасшедшей недели, выпить, посмеяться, может быть, даже потанцевать. План был идеальным.

Но жизнь, как всегда, приготовила мне кое-что поинтереснее, чем просто полежать на Кате.

Последняя пара закончилась, и класс наполнился привычным шумом — студенты собирали вещи, переговаривались, строили планы на вечер. Я уже закинул сумку на плечо и собрался искать своих, когда передо мной возникла Элизабет.

— Привет. Мы можем поговорить? — спросила она тихо, почти