Экзорцист 1-5 - Павел Николаевич Корнев

затем хорошо поставленный баритон. — Это всего лишь неглубокий разрез, а боль, которую вы испытываете, существует лишь в вашем воображении. Тьма коварна, она пытается обмануть, но не беспокойтесь — скоро она признает в вас хозяина, а вы полюбите ее ласки. Пока же — терпение и еще раз терпение. Поверьте, от вас не требуется ничего сверхъестественного! А возможность стать первым истинным посвященным — это признание ваших заслуг перед ложей. Не наказание, но награда. А сейчас замрите!

Послышался новый всхлип-вздох, и Джек воспользовался этим моментом, чтобы приоткрыть едва слышно скрипнувшую дверь. Я первым переступил через порог и бесшумно скользнул за спину упитанному дядечке, который склонился над заголенным по пояс человеком, лежавшим на кушетке.

Сработал безупречно. Хозяин усадьбы даже пикнуть не успел, когда я перехватил его руку с проклятым наконечником, привычным движением зажал уже распахнутый для крика рот и оттащил к выходу.

Я все сделал четко, а вот Джек сплоховал. Поспешив, он налетел на столик с хирургическим инструментом, опрокинул его, и скальпели со звоном разлетелись по всей комнате. Пациент Сержа Тегрейна немедленно уселся на кушетке и во все глаза уставился на нас.

— Пратт?! — на миг просто опешил Карл Готье и вдруг без какого-либо перехода во всю глотку гаркнул: — На помощь! Помо…

Джек не колебался ни мгновения. Стремительно подавшись вперед, он шибанул бывшего коллегу дубинкой по шее, и пронзительный вопль сменился гортанным клекотом. Карл судорожно дернулся и свалился с кушетки.

— Валим отсюда! — надсадно просипел я, выволакивая хозяина усадьбы в коридор.

— Погоди! — остановил меня Пратт и опустился к скорчившемуся на полу Готье с ножом в руке, но тут наверху лязгнула задвинутым засовом дверь.

Кто-то несколько раз дернул за ручку и крикнул:

— Мастер Готье! С вами все в порядке?!

Джек сноровисто пырнул Карла ножом, выпрямился и погрозил профессору окровавленным клинком.

— Где наконечники? — потребовал он ответа.

— Не здесь! — отрезал я и поволок хозяина усадьбы в комнату с распотрошенным трупом.

Наверху раздалась короткая команда: «Ломай!», что-то тяжелое врезалось в дверь, толстые доски затрещали, но выдержали. Пока выдержали.

Джек подхватил фонарь, догнал нас и отвесил профессору новую затрещину:

— Где они, сволочь?!

Вместо ответа Тегрейн вдруг резко подался назад, да так лихо, что едва не исхитрился ткнуть меня зажатым в руке наконечником. Близость Тьмы опалила призрачным пламенем, я крутанулся, и проклятый клинок засел в бедре выложенной на стол покойницы.

— Себастьян! — взвыл Пратт. — Держи его!

До хруста вывернув руку, я обезоружил пленника и толчком в спину отправил к Джеку. Тот церемониться с профессором не стал и ударом в лицо сшиб его с ног. Наклонился, ухватил за ворот и, отложив дубинку, приставил к горлу нож.

— Не скажешь — зарежу! — пообещал он.

— Ящик в шкафу! — сознался Тегрейн.

— Себастьян, проверь! — распорядился Джек и прижал пленника коленом к полу: — Кто еще из Охранки с вами заодно?! — продолжил он допрос.

Из коридора донесся новый удар; не теряя времени, я подскочил к указанному шкафу, распахнул его дверцу и вытащил кованый ящик, украшенный серебряными символами веры. Только откинул массивную крышку, и запертая внутри Извечная Тьма жгучим пламенем опалила мою душу.

Поспешно отпрянув, я вырвал торчавший из мертвенно-бледной плоти покойницы наконечник, кинул его в ящик и поспешно захлопнул крышку. Захлопнул — и в голос взвыл от разрывавшей правое запястье боли.

— Бесы! — орал я. — Бесы! Бесы! Бесы!

— Что такое? — оторвался Джек от пленника.

— Уходим!

Треск досок сменился резкими ударами — в ход явно пошел топор, — и поэтому медлить Джек не стал, он со всего маху засадил клинок в грудь пленника, потом еще раз и еще. Затем швырнул потайной фонарь в дальний угол и под звон разбитого стекла бросился на выход.

Я потянулся к кованому ящику, но неожиданно плечо мертвой хваткой стиснула чья-то пятерня.

Мертвой?! Воистину так!

В меня вцепилась приподнявшаяся со стола мертвая тетка с разрезом от горла и до лобка! Распотрошенная покойница, в остекленелых глазах которой плясали отблески разгоравшегося в подвале пожара!

Что за бесовщина?!

Резким ударом попавшейся под руку дубинки я скинул ее на пол, ухватил увесистый ящик с наконечниками и устремился вслед за Джеком. Взлетев по засыпанной угольной пылью лестнице, мы выскочили из подвала и помчались к оставленной у забора жерди. Дыхание моментально сбилось, тяжеленный ящик оттягивал руки, как тысяча бесов, ветви деревьев так и норовили угодить по лицу, и лишь ожидание неминуемой погони заставляло нестись вперед, не чуя под собой ног.

Джек первым взобрался на забор, принял у меня ящик с наконечниками и только скрылся за оградой, как в кустах послышался хрип рвавшихся по нашим следам волкодавов.

Развернувшись, я перехватил дубинку и, будто в уличной детской игре, со всей силы метнул ее на звук.

Лови!

Раздался короткий взвизг, и выгаданного мгновения как раз хватило, чтобы, стремительно перебирая руками и ногами, взлететь на жердь, перевалиться через накинутую на штыри овчину и рухнуть на другую сторону. Падение отдалось резкой болью в ребрах, но я без промедления вскочил на ноги и бросился вдогонку за несшимся через дубовую рощицу Джеком.

А позади — крики, трели свистков, надсадный лай бесновавшихся за забором псов, зарево охватившего усадьбу пожара!

— Гони! Гони! — заорал Пратт, когда мы закинули трофейный ящик в карету и сами вскочили следом. — Ходу!

Эдвард взмахнул плетью, кони встрепенулись и побежали по дороге, взламывая копытами и колесами схваченную ночным морозцем грязь.

Выбрались? Похоже на то.

— Наконечники все на месте? — спросил Джек, когда кое-как успокоил сбившееся дыхание.

— Одного не хватает, — сообщил я.

— Зараза! — с чувством выругался Пратт.

— Не страшно.

— Вот уж не скажи, — возразил рыжий пройдоха. — Задницей чую, эта железяка еще всплывет.

— Главное, чтобы в усадьбе не осталась.

— Я бы почувствовал.

— Уверен? А то найдут на пепелище, и завертится карусель.

— Да не было там наконечника, точно тебе говорю!

— Дай-то Святые, — вздохнул я и поинтересовался: — Узнал, что за ложа такая у них? Кто в нее вхож?

— Не узнал, — нервно мотнул головой Пратт и расстегнул ворот сорочки. — Не успел. Не до того было…

— Не до того? — уставился я на него.

— Выяснял, кто еще из моих замешан, — пояснил Джек.

— И?

— Клялся, что один только такой урод был…

Я откинулся на спинку сиденья, потом зажал ладонями виски и простонал:

— Ты хоть понимаешь, что мы с тобой только что натворили? Ты, между прочим, собственноручно отправил в Бездну нового главу королевской тайной службы!

— В гробу я его видал! — выругался рыжий. — Зато все концы в воду. А расследование его хозяева наверняка