А это точно боярка? Том 3 - Ива Лебедева

мне сей оскорбительно-неприятный факт. Это во-первых. А во-вторых, моя клятва или ее отсутствие, равно как и моя вечная привязка к вам на кровь и… кхм… никак не влияют на формальности. По официальным документам я холоп рода Волковых. Бумажки никто не менял. Точка.

— Долго ли отменить?

— Только попробуйте! — С Ильи на мгновение слетел весь холопски покорный вид, он меня едва не укусил, честное слово. Зубы у него точно чесались!

— Кстати, согласен с ушастым. Не советую. Ты заплатила за обучение холопа, оформила проживание в собственном коттедже холопа и прочие формальности. Освободишь его — и начнется долгая бумажная волокита по смене всего и вся. А потом еще и вместе жить запретят, так как он будет не твой слуга, а свободный маг и гражданин, — влез Игорь.

— Какие же вы нудные, — вздохнула я. — Как, по-вашему, я его в мужья буду брать, если он останется в статусе крепостного⁈

— А вы упрямая, как бара… овечка! — Илья яростно сверкал глазами, но ругаться на меня невежливыми словами отказывался намертво. — Я и так ваш наложник по всем законам мироздания! Что вам еще надо⁈ Статус официальнее некуда! Как будто эти ваши человеческие бумажки что-то решают, ей-бездна.

— Может, все же лучше не наложник, а муж?

— Не, спасибо, обойдусь, — категорически замотал головой домовой.

— Это чего это?

— Я не вывезу, — честно ответил доктор Зайцев, на глазах сдуваясь и устало опуская плечи. — Мне и так ответственности хватает. Вы, княжич, тройной змей — все со своими проблемами, все носитесь как ненормальные, только успевай следить, кормить вовремя, убирать… и вообще! У меня еще главный муж не переодетый ни разу, в конце концов!

«Кха…» — сказал Немезис и собрал свои щупальца в кучку подальше от зайки.

— Так, может, на равных удобнее будет? — Я уже не пыталась всерьез уговорить упрямца, спорила чисто из желания подразнить и послушать, что еще он скажет.

— С какой стати⁈ Как холоп и наложник я имею полное право и даже обязанность ухаживать за своими подопеч… господами. Как муж я ничего этого делать не должен в принципе! И значит, придется с нуля воспитывать сотни минимально достойных слуг и все равно тщательно следить за ними, а в некоторые моменты и впрягаться добровольно. Втрое ответственнее!

— Согласен. Найти достойных слуг — работа просто адского уровня сложности. Приходится постоянно за ними перемывать, — поддержал ОКР-ушка.

— Забавная логика, — резюмировала я. — Ладно, моя капризная подневольная и насквозь закабаленная прелесть, дуй на свой семинар по ядам. Не буду больше тебя тиранить свободой, равенством и братством.

— Ну слава бездне! Не забудьте, что сегодня в шесть пополудни у вас чай с ее величеством. Вы! — Зая филигранно раболепно поклонился, одновременно прожигая гарем строгим взглядом. — Проследите, чтобы барышня не забыла! Пришла ко мне переодеться вовремя! И пропуск на мое имя тоже должен быть готов. Моя госпожа не появится во владениях другого сида без моего присмотра!

— Да какой там сид, он же просто веник, — попытался отбрехаться Горыныч, который, кажется, к своему ужасу обнаружил, что забыл вовремя подать заявку на холопа в дворцовую канцелярию.

— Я тоже просто зайчик. И у меня лапки. Которыми я вас всех переодену несколько раз, если…

— Все-все! Понял! Не надо. Кузьмич не пройдет! В смысле, и близко не подметет! Обещаю!

Глава 33

Мы стонем хором

А-а-а, бедная я, бедная! Несчастная-разнесчастная! Никто меня здесь не любит и не жалеет! Все вокруг одинаковые сволочные сволочи и гадские гады!

У меня же голова лопнет, если я снова попытаюсь запомнить, чем одно пирожное с фиалками отличается от другого с незабудками! И почему одно можно подавать на фуршете всем, чей статус выше графского, а второе нельзя ни в коем случае! Особенно впечатлительным молодым незамужним девушкам.

— Деточка, ты меня внимательно слушаешь? Все поняла? Или нужно повторить?

«А-а-а! Спасите-помогите! Я же знала, что она змеюка, но не думала, что настолько! За что она так меня ненавидит? А ведь она даже не моя свекровь!»

«Кх-х… с-сладкая… т-с-с… думай потише! Тебе мало одного наказания?»

«А-а-а-а-а!»

— Наденька, ты же хорошая девочка, — с поистине змеиной доброй улыбкой покачала головой ее величество Елизавета. — А еще умная. И наверняка понимала, что нельзя стать княгиней и завести себе высокородный гарем без знания всех этих маленьких тонкостей, которые аристократы впитывают с пеленок.

— А можно вы его обратно заберете? — едва слышно простонала я, слепо тыкая ручкой в инкрустированный жемчугом блокнот, в который пыталась конспектировать всю эту зверскую хрень про пирожные, цветочные украшения согласно градации титулов, геральдические нюансы и прочие ужасы.

— Кого? Титул или гарем? — Елизавета с предвкушающим прищуром посмотрела на сидящего рядом со мной зайку, которому Горыныч все же выбил приглашение, а затем и на Александра. — Мальчики, конечно, прекрасные, но боюсь, муж не поймет. Он последнее время и так очень много нервничает.

— Змея можете оставить, — вздохнула я. — Я его и без титула съем. На самом деле, спасибо, ваше величество, это большая честь для меня, что вы решили лично заняться моим обучением. Но голова у меня все равно сейчас лопнет!

— А зачем ты вообще все это пытаешься запомнить? — Императрица откровенно забавлялась. — У тебя под рукой целый отряд мальчишек и демон в придачу. Зачем они нужны, если не работают?

— В смысле…

— В смысле, пусть они и запоминают, и следят за протоколом, пишут конспекты, и все остальное. Деточка, ну что ты в самом деле? У меня всего две головы в мужьях, а у тебя сколько? Разве это я должна тебя учить, как пользоваться гаремом? Особенно таким уникальным?

— Тетя…

— Какая я тебе тетя, паршивец! — хлопнула веером по столу императрица.

— Простите, матушка, — тут же поправил себя Игорь, выпуская на волю брюзгу. — Отвлекся. Так что там с незабудками?

— Записать все успел? Отбери у девушки этот неудобный ужас с жемчугом. Где ты его вообще выискал и зачем решил поиздеваться над невестой? С каких пор княгиня сама ведет записи? Я плохо учила тебя ухаживать за женщинами?

У меня от этого ласкового вопроса отчего-то встали дыбом волосы на теле, хотя их там вовсе и не росло. А