Объедки для Декана-привереды - Амалия Лонг

Он развернулся и вышел, оставив после себя запах корицы и грусти.

— Уголёк, — позвала я. — Ты слышал?

— Я слышал, — кот сел на лежанке, взъерошенный. — Ты отказала красивому, богатому и влюблённому магу-повару. С поместьем и рекой.

— Отказала.

— Из-за дракона, который ревнует, подглядывает и бьёт зеркала?

— Из-за себя.

— Философ, — кот зевнул. — Тогда давай спать. Завтра новый день.

Только я собралась лечь, как в дверь снова постучали.

— Айза, — голос Альтаира, приглушённый, почти робкий. — Вы не спите?

— Уже нет, — ответила я, вздохнув. — У нас сегодня аншлаг.

— Могу я войти?

— Вы уже вошли, господин декан.

Он появился на пороге — без мантии, без хлыста, в простой чёрной рубашке, расстёгнутой на две пуговицы. Даже в полумраке было видно, что он волнуется: его пальцы сжимали край косяка, а вертикальные зрачки расширились.

— Я хотел... пригласить вас на крышу, — сказал он, словно выплюнул заклинание. — Там сегодня звёздная ночь. Звёзды сыплются так, что крысы на балконе уже собирают их в коробки.

— С чего вдруг?

— С того, что вы победили. С того, что я горжусь. И с того, что не хочу сидеть в кабинете один.

Кот приоткрыл оба глаза.

— Вы издеваетесь? — спросил он. — Два признания за вечер? Это уже перебор. Я не заказывал драму, я заказывал сметану.

— Ты полежишь у меня на руках, — сказала я. — Будешь контролировать процесс.

— И охранять от падений. Крыша высокая.

Мы поднялись по винтовой лестнице. Ветер трепал волосы, пахло грозой и далёкими лесами. Небо было усыпано звёздами — не такими, как в моём мире, а огромными, разноцветными шарами. Некоторые падали, оставляя фиолетовые хвосты.

— Красиво, — сказала я.

— Это не ваши вареники, — ответил Альтаир, — но тоже ничего.

Мы сели на парапет. Уголёк немедленно занял место между нами, подальше от края.

— Я слышал ваш разговор с Кайаном, — сказал декан, не глядя на меня. — Я не подглядывал. Случайно услышал. У меня кабинет рядом.

— И что вы думаете?

— Что вы поступили правильно. И что я... — он замолчал, глядя на падающую звезду. — Я не умею говорить красиво.

— Это я заметила.

— Я умею только подглядывать в зеркала и бить посуду.

— Это тоже заметила.

— А ещё я умею приглашать на крышу. И не падать.

Уголёк вздохнул.

— Если вы сейчас не поцелуетесь, я спрыгну сам, нафиг эту вашу романтику. Или вас столкну с обрыва.

— Не поощряй, — сказал Альтаир.

— Я поощряю эффективность.

Декан повернулся ко мне. В его жёлтых глазах отражались звёзды.

— Айза, — сказал он. — Я не Кайан. У меня нет поместья и реки. Есть академия, налоги и разбитое зеркало. Но я тоже не хочу быть просто трофеем. Я хочу быть рядом. С вами. Потому что рядом с вами я чувствую себя живым.

— Это предложение?

— Приглашение. На крышу.

— А завтра?

— Завтра — на ужин. В качестве гостя, а не заказчика.

— А послезавтра?

— Послезавтра — куда скажете.

Уголёк фыркнул.

— Мдааааа. Он тебя словами никуда не затащит. Сам еле идёт.

— Кот, ты обещал молчать.

— Обещал только не скидывать вас вниз. О словах речи не было.

Альтаир наклонился ко мне. Поцелуй был холодным, как драконья чешуя, но нежным. Звезда упала за нашими спинами. Кот отвернулся и демонстративно начал вылизывать лапу.

— Это было красиво, — сказала я, отодвигаясь.

— Это было вовремя, — ответил Альтаир. — А то кот бы скинул нас обоих.

— Я бы не скинул, — пробормотал Уголёк. — Я бы просто подтолкнул. Случайно.

— Ты невыносим.

— Я предусмотрителен.

Мы спустились с крыши. Альтаир проводил меня до кухни, поцеловал ещё раз (на этот раз в щёку, потому что кот зашипел) и ушёл.

— Айза, — сказал он напоследок, — завтра я приду. Не готовьте ничего особенного. Для нас будут готовить повара.

— Суп без магии?

— Суп с магией. Но не с драконьей слюной.

— Договорились.

Уголёк запрыгнул на лежанку.

— Знаешь, — сказал он, — а он не так плох. Для дракона, который подглядывал.

— Ты сам говорил, что он ревнивый привереда.

— Ревнивый, но старается. И цветы принёс — шестьдесят три штуки. Это дорогого стоит.

— Что дороже? Колье или цветы?

— Колье, — не задумываясь, ответил кот. — Колье мы продадим и купим кошачий замок. А цветы завянут.

— Ты неисправим.

— Я бизнесмен. А теперь — спать. Завтра у тебя свидание.

— Не свидание, а ужин.

— С драконом, который тебя целовал на крыше. Это свидание.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи. И не вздумай снимать колье до следующего вечера. Пусть завидуют.

Я выключила свет. Звёзды светили в окно, напоминая о двух признаниях, одном поцелуе и коте, который уже строил планы на когтеточку.

Глава 28. Ведьмино проклятье

Глава 28. Ведьмино проклятье

Поцелуй на крыше был прекрасен. Звёзды, ветер, дракон, который наконец-то научился говорить без репетиций. Я вернулась на малую кухню, Уголёк спал на лежанке, переваривая сметану и строя во сне кошачий замок. Я легла, улыбаясь.

Утро началось с того, что дверь распахнулась, и влетела Нисса.

— Айза! Кассандра летает над академией! Она орёт, что вы с деканом целовались на крыше!

— И что? — зевнула я.

— Она наложила проклятие. Слушай!

Голос Кассандры — старый, скрипучий, полный вековой злобы — разнёсся по всем коридорам:

— Айза, объедок с клеймом! Если кто-то полюбит тебя — ты умрёшь! Как только какой-нибудь дракон или маг посмеет любить тебя искренне, ты сгинешь во тьме! Ни один поцелуй, ни одно признание не пройдут даром!

Чёрный луч ударил в окно. Я почувствовала, как что-то тяжёлое легло на сердце. Не больно — мерзко. Словно кто-то насыпал туда песка.

— Уголёк, просыпайся, — я потрясла кота. — Кассандра нас прокляла.

— Она старая карга, — зевнул он, не открывая глаз. — Какое проклятие?

— Если кто-то полюбит меня — я умру.

— Тот, кто любит, умрёт?

— Нет, я. Ты слушай внимательнее.

— Бред, но мерзкий, — кот открыл глаза и сел. — Что делать?

— Сначала сходи к