Код Ордела - Александра Европейцева

— Спасибо, что предупредила, — наконец выдохнула Агес, чувствуя, как подкашиваются ноги.

— Всё будет в порядке, — попыталась ободрить её Тали, но в её голосе слышалась та же неуверенность.

Вернувшись в свою комнату, Агес не находила себе места. Она машинально взяла с полки недоеденную плитку «Слезы карамельника», но сегодня её вкус не приносил утешения.

Три дня прошли в тяжёлом, тревожном ожидании. Нами исчез. Сначала она не придала этому значения — у наследника всегда много дел. Но «Хранитель» на запрос о его местоположении выдавал сухое «Вне зоны доступа». Беспокойство за него смешивалось с её собственным страхом.

На четвертый день, когда она пыталась сосредоточиться на ремонте блока питания, её чип мягко пропищал.

— Агес, вас ожидает Савентин, нах Илдарин. Ярус Совета, зал приёмов. Полугодовая проверка вашего испытательного срока.

Ледяная волна прокатилась по спине. Сейчас? Она знала, что на этой недели скорее всего ей придется встретиться с вождем Ордела, но только сейчас поняла, что совсем к этому не готова. За свою работу она не переживала. Ее рейтинг рос быстрее, чем все могли предположить. Но девушка задавалась вопросом — знает ли отец Нами о ее дружбе с его сыном или нет.

Зал приёмов оказался не таким, каким она его представляла. Никакой помпезности, никаких холодных, сияющих поверхностей. Просторное помещение с шероховатыми стенами из тёплого песчаника, испещрёнными теми самыми золотистыми прожилками. Воздух пах сухими травами и старой кожей. В центре стоял массивный стол из тёмного, почти чёрного дерева, за которым сидел Савентин, нах Илдарин.

Он был похож на Нами — те же резкие, угловатые черты, тот же пронзительный фиолетовый взгляд, хоть и прикрытый веком. Он был старше и мудрее. Но в его осанке, в спокойной уверенности, с которой он занимал пространство, чувствовалась несокрушимая мощь, фундамент, на котором держался весь Ордел. Рядом с ним, по обе стороны стола, сидели несколько старейшин Совета — лица строгие, испещрённые морщинами, глаза-сканеры.

Агес замерла у входа, чувствуя, как подкашиваются ноги. Она сделала неуверенный шаг вперёд, стараясь дышать ровно.

— Подойдите ближе, младший инженер Арнев, — голос Савентина был низким и на удивление мягким, без малейшей суровости. Он не был похож на голос вождя. Скорее, на голос старшего родственника.

Агес послушно подошла и остановилась перед столом, борясь с порывом опустить взгляд. Его фиолетовые глаза изучали её без осуждения, но с пристальным вниманием.

— Полгода, — произнёс он, откидываясь на спинку своего кресла. Его пальцы медленно постукивали по твёрдой поверхности стола. — «Хранитель» предоставил нам отчёт. И данные твоего рейтинга.

Один из старейшин, женщина с седыми волосами, заплетёнными в тугой узел, кивнула, её тонкие губы сложились в едва заметную черту, которую Агес не рискнула бы назвать улыбкой.

— Рост стабильный и впечатляющий, — произнесла старейшина. — Особенно для того, кто пришёл к нам с нуля. Ты освоила базовые модули быстрее, чем многие наши дети. И твоя работа в мастерских... — Она обменялась взглядом с Савентином. — Кинер Традс дал лестную характеристику. Говорит, руки золотые, а голова работает быстрее диагностического сканера.

В груди у Агес что-то ёкнуло — тёплый, робкий лучик гордости. Она кивнула, не зная, что сказать.

— Знаю, что ты также звязываешь дружеские контакты, — продолжил Савентин, и в его голосе прозвучала та самая, почти отеческая нота. — Да и в мастерской, судя по всему, к тебе привыкли. Это хорошо. Одинокий человек в Орделе — это больной человек. Мы держимся друг за друга.

Агес снова кивнула, чувствуя, как комок подкатывает к горлу. Эти простые слова значили для неё больше, чем все официальные похвалы.

— Ты сильная девочка, — Савентин покачал головой, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на уважение. — Пережить то, что пережила ты... Не сломаться. Найти в себе силы начать всё с чистого листа здесь, в мире, который так не похож на твой... Это требует характера.

Он помолчал, давая ей прочувствовать его слова. Воздух в зале казался густым и тяжёлым.

— Но есть проблема, — его голос потерял часть своей мягкости, стал деловым и точным.

Сердце Агес упало. Она знала, о чём сейчас пойдёт речь.

— Твой дядя, — произнёс Савентин, выговаривая слово «дядя» с лёгким, но явным презрением.

Старейшина с седыми волосами склонилась к голографическому интерфейсу, встроенному в стол. В воздухе вспыхнула знакомая Агес новостная сводка с её изображением и текстом о вознаграждении.

— Он ищет тебя, — констатировал Савентин. — Ищет активно. И цена за информацию о тебе растёт. Это создаёт нам... неудобства.

Другой старейшина, мужчина с лицом, покрытым шрамами, хрипло прокашлялся.

— Любой корабль, любой торговец, любой наёмник, пролетающий мимо и увидевший это объявление, — потенциальная угроза, — его голос звучал как скрежет камней. — «Песчаная Вуаль» надёжна, но ничто не совершенно. Рано или поздно слух может просочиться. И тогда к нашему порогу могут постучаться те, от кого мы веками прятались.

— Мы не собираемся тебя выдавать, — Савентин посмотрел на Агес прямо, его взгляд был твёрдым и честным. — Ты стала своей для многих. Выдавать своих — не в наших правилах.

Облегчение, хлынувшее на Агес, было таким сильным, что у неё потемнело в глазах.

— Но, — он поднял палец, и облегчение тут же сменилось новой тревогой, — тебе придётся быть ещё осторожнее. Избегать появления на внешних ярусах, когда там находятся чужаки. Не делиться лишними деталями о своём прошлом даже с теми, кому ты, казалось бы, доверяешь. Идаг теперь достаточно могущественный промышленник, с его деньгами может многое, а жажда наживы способна ослепить кого угодно.

— Я понимаю, — тихо, но чётко сказала Агес. — Я буду осторожна.

Савентин изучающе посмотрел на неё ещё несколько секунд, а затем медленно кивнул.

— Хорошо. Продолжай в том же духе. Работай, учись, заводи друзей. — Он снова откинулся на спинку кресла, и его поза стала чуть более расслабленной. — До встречи через полгода. Надеюсь, окончательное решение Совета будет о присвоении тебе гражданства Ордела.

Агес поклонилась, стараясь сделать это в ордельской манере — неглубоко, с прямой спиной.

— Спасибо вам, — прошептала она.

— Ступай, — кивнул Савентин. — И передай Тали, чтобы в следующий раз проверяла крепление топливных магистралей перед тем, как гонять глитер на запредельных скоростях. Сигналы её лихой езды доносятся даже до яруса Совета.

Уголки губ Агес дрогнули в лёгкой улыбке. Он знал. Он знал всё.

Выйдя из зала, она прислонилась к прохладной стене, чувствуя, как дрожь выходит из тела. Её ценили. Её защищали. Как же хорошо! Медленно, но своего она добивалась.

И где-то в глубине души, под слоем облегчения и благодарности, шевельнулась мысль: