Нулевая станция - Лилия Ким

— Это чужой, рандомный предмет. Чтобы туман тебя пропустил, тебе необходимо двенадцать единиц социального рейтинга. У тебя на две единицы меньше, — соизволил пояснить Рус и протянул мне небольшой карманный фонарик. — Это оставь у себя.

— А Ярослав?

— Я ему ещё с утра кое-что передал, и его рейтинг подрос. Ножницы отдашь потом ему. Затем мы сможем двинуться дальше.

— А почему туман не пропустит?

— Так устроен проход на следующую локацию.

— И много подобных ограничений? — спросил подошедший к нам Ярослав.

— Покидая первую, ты не сможешь вернуться при минусовом рейтинге. Для прохождения на пятую нужно двенадцать единиц, переход на шестую — сорок пять, на последнюю — шестьдесят пять. По пути через тоннель на станцию важно не потерять ни единицы. Иначе туман тебя не пропустит.

Сказано это было абсолютно безразличным голосом, а я вдруг поняла, отчего Рус не вернулся. Что-то произошло на седьмой локации, и он потерял часть своего рейтинга. Но почему не вернулся позже? Уже понятно, что игроков сюда привозят раз в три месяца, а значит, и забирают тоже.

— А если я захочу остаться, проживу около года, а потом передумаю? — спросила я.

— Если твой рейтинг будет не ниже необходимого, ты сможешь вернуться. Станция запускается за пять суток до окончания каждого периода. Можно сделать переход заранее и дождаться поезда.

— А кроме как на поезде, отсюда невозможно выбраться?

— Все локации окружены либо непроходимыми горами, либо туманом. Он же не пропустит за пределы игры.

— Что значит «не пропустит»? — спросил Ярослав.

— Ты будешь плутать и постоянно возвращаться обратно.

— А если сделать, как мы тогда: найти длинную верёвку и проложить ориентир?

— Пробовали. Это не сработает. Будешь настаивать — потеряешь сознание.

— Ясно.

Мы с Ярославом замолчали, а я подумала, что если Рус, в кои-то веки, решил поделиться с нами информацией, значит, планирует перестать опекать, и отчего-то эта мысль мне совсем не понравилась.

Глава 16

Когда мы обогнули холм и прошли через очередную полосу тумана, перед нами раскинулась долина, полная зелени. Здесь росли и кусты, и деревья, а в сторону горизонта виднелись поля и тонкая, широкая лента реки. Между буйством природы, словно грибы, то тут, то там, виднелись невысокие строения. А ещё здесь были люди.

С вершины холма они выглядели как муравьи и пока не воспринимались как те, с кем в ближайшее время придётся контактировать.

— Это бывшие игроки? — спросил негромко Ярослав.

Рус кивнул головой.

Он был молчалив и сосредоточен. Впрочем, как всегда. Добравшись до просёлочной дороги, он зашагал по направлению к ближайшим домам, совершенно не заботясь о том, идём мы следом за ним или нет.

Как только мы спустились с холма, наши с Ярославом браслеты пропищали, оповещая о прохождении очередной локации.

Вот она — пятая. Та, куда Рус обещал нас довести. Возложенную на себя миссию он выполнил, и теперь каждый сам по себе. Его поведение ясно давало нам с Ярославом это понять, но я всё же надеялась на то, что Рус не оставит нас прямо сейчас, и упрямо шагала следом. С другой стороны, дорога здесь была одна, и хочет он того или нет, нам пока по пути.

Двигаясь вглубь поселения, я с любопытством осматривала округу.

Домов здесь было много, и каждый был непохож на предыдущий. Одни — низкие и вытянутые, с добротной крышей и каменным фундаментом; другие — более скромных размеров, но выше за счёт надстроенной мансарды; третьи — построены по типу хижины с соломенной крышей. По пути нам встретилось и несколько крытых сеновалов, а также парочка низких, обмазанных глиной сараев. Каждое строение имело свой участок земли, огороженный забором. Те не уступали домам в разнообразии и варьировались от двух поперечных перекладин, закреплённых на невысоких столбах, до вполне приличного штакетника.

Встречавшиеся нам по пути люди занимались своими повседневными делами и в целом не обращали на нас особого внимания. Молодая женщина в платке развешивала бельё и даже не повернула головы, как и мужчина, чинивший крышу. Кто-то копался в огороде, а в отдалении была видна группа косарей. Мы молча проходили мимо и, судя по всему, двигались в сторону высокого дуба, стоявшего на перекрёстке дорог.

Под дубом сидел пожилой мужчина, куривший трубку. Он ответил кивком головы на приветствие Руса и уставился на нас своими, выгоревшими от времени, едва голубыми глазами.

Мы с Ярославом замерли в паре шагов от Руса, а тот, скинув рюкзак на низкую деревянную скамью, начал в нём копаться.

— Я принёс тебе то, что ты просил, — произнёс он.

На скамью легла связка сушеной рыбы, с десяток старых гвоздей, кусок проволоки и сложенная вчетверо байковая рубаха.

Старик выпустил в небо облако дыма и причмокнул губами, как бы давая понять, что доволен, а затем вернул свой взгляд к нам с Ярославом.

Я переступила с ноги на ногу, думая, что нам, видимо, пора поблагодарить Руса за заботу и приступить к поиску места, где бы мы с Ярославом смогли бы остановиться. В данный момент подросток молчал, и я понимала, что в нашей паре любые решения грузом ответственности лягут именно на мои плечи. Теперь я буду отвечать не только за свою жизнь, но и за благополучие Ярослава. А если отталкиваться от того, что мы с ним не весть какие бойцы, то наши шансы добраться до самого конца не так уж велики. Однако зацикливаться на этом я не буду. Более того, приложу максимум усилий, понадеявшись, в том числе, на свою интуицию и уровень удачи. Как-нибудь справимся.

Я было открыла рот, собираясь попрощаться, но Рус меня опередил.

— Где они могут разместиться? — спросил он у старика.

— Да у Глаши, где же ещё?

— Крайний сеновал свободен?

— Парочка пришлых имеется.

Рус кивнул и, закинув рюкзак за спину, бросил короткое:

— Шагайте за мной.

Мы с Ярославом переглянулись и выдохнули. Не зная об этой локации ничего, нам бы пришлось не легко. Рус это, безусловно, понимал и решил нас пристроить хотя бы на ночёвку. И на этом спасибо.

Пройдя вглубь поселения, мы свернули на более узкую тропу, ведущую в сторону поля, и, пройдя пару сотен метров, остановились перед возведённым, немного поодаль от остального жилья, навесом.

Под покатой крышей имелся утоптанный земляной пол и несколько деревянных скамеек, стоящих вдоль деревянных столов. У дальней стены виднелось что-то вроде умывальника и куска старой, выцветшей ткани, отгораживающей часть пространства. Судя по тому, что рядом стояла невысокая кадка и пара вёдер, здесь можно было переодеться, помыться