Немертвые самураи - Баптист Пинсон Ву

сильным, надежным и безумно храбрым. Именно он предложил им отправиться прямиком к озеру Бива и доплыть на лодке до Адзути. И они уже почти добрались до места назначения, когда Амэ почувствовала, как земля задрожала под дюжинами и дюжинами шатающихся ног.

Мертвецов замедлял пологий склон, на вершине которого они стояли, поэтому она выудила из мешочка, висевшего у нее на поясе, бумажный патрон и откусила кончик. Выплюнув кусочек бумаги, она умело насыпала в него немного пороха, закрыла ее, высыпала остаток в дуло, затем скомкала неизрасходованную бумагу в комок. Не глядя, она достала пулю, изготовленную на заказ, из второго подсумка, того, что висел у нее на спине, и позволила ей скользнуть в ствол. Затем в ее руке оказался шомпол, который толкнул содержимое ствола в самый конец. Солдаты, использующие тэппо, научились перезаряжать свои аркебузы менее чем за тридцать секунд, мушкетеры Икеды Сен — за двадцать. Она могла сделать это за пятнадцать.

Амэ стала искать цель, используя эту возможность, чтобы понять, как изменить ситуацию. Быстрая перезарядка не означала спешки, говорила Сен — она означала больше времени для поиска идеального выстрела.

Эти мертвые двигались более проворно, чем в Гифу. Тадатомо утверждал, что чем больше времени прошло после воскрешения, тем лучше им становилось, и она была склонна ему верить. И все же они оставались неуклюжими, особенно эти гниющие лучники и мушкетеры, которые не умели пользоваться своим оружием и просто орудовали им, как дубинками или тупыми мечами. Она выбросила их из поля зрения. Половина остальных были копейщиками и фехтовальщиками. Некоторые из них были в крепких доспехах, но ее тэппо с легкостью пробила бы их. Она оглядела ближайших мертвых самураев. У того, кто напал на Тадатомо, половина туловища была оторвана пушечным ядром, и самурай без труда расправится с ним. Но двое пехотинцев, спотыкаясь, направились к ее возлюбленной. Она выбрала того, что слева, подула на спичку, чтобы разжечь ее, прицелилась в основание шеи и положила палец на спусковой крючок. Она уже собиралась выстрелить, но прямо за ее мишенью промелькнула тень. Инстинктивно она сдвинула прицелил и выстрелила. Вспышка выстрела заставила ее моргнуть, но она увидела, как удар разорвал мертвого и взорвался в плече синоби.

Его маскировка была идеальной; он выглядел в точности как мертвец, одежда была покрыта мхом, лицо заляпано грязью. Но его движения были слишком совершенными, даже когда он подражал кёнси. Амэ, конечно, не слышала его криков, но она увидела, как он извивается на земле, а затем произошло нечто удивительное. Мертвец, в которого она собиралась сначала выстрелить, медленно обернулся, его внимание привлек раненый синоби. Он поднял свой сломанный меч и вонзил его в живот синоби. Амэ не могла поверить своим глазам. Мертвый самурай вынул меч из внутренностей синоби, затем опустился на колени и вонзил зубы в его горло. Она представила себе крики и бульканье, когда еще двое кёнси присоединились к пиршеству и стали протягивать сквозь зубы длинные полоски красной плоти.

Тадатомо занялся мертвым лучником, раздробив ему колени с явной жестокостью, а Юки вонзила свою нагинату в солдата, который умер едва ли мужчиной. Как только она закончила с молодым солдатом, Амэ подошла к своей возлюбленной и похлопала ее по плечу, чтобы привлечь внимание. Юки вспотела, как будто был полдень в середине лета, но в остальном казалась невозмутимой. Если бы не синоби, они, без сомнения, смогли бы справиться с этим сбродом кёнси.

Что? прожестикулировала Юки.

Они не могут различать живых. Синоби прячутся среди мертвых. Если мы заставим их показаться… Вместо того, чтобы закончить свою мысль, она указала на тело, которое разрывали на части трупы.

— Вот дерьмо, — прочитала Амэ по улыбающимся губам Юки.

Ее возлюбленная обратила свое внимание на Тадатомо, и самурай просиял, когда Юки повторила то, что только что сказала Амэ. Он повернулся как раз вовремя, чтобы расщепить древко копья и отрубить копейщику голову, но Амэ видела, как его глаза осматривают поле в поисках признаков жизни, которые можно было бы предложить мертвым. Она сделала то же самое. Это был только вопрос времени, когда шум привлечет больше трупов, и им нужно было продолжать двигаться. Но сейчас они решили остановиться и сражаться, потому что стояли на возвышенности, из-за синоби, с которыми они предпочли бы иметь дело, а не иметь их за спиной.

Амэ перезарядила оружие, проверяя рой. Они приближались, и скоро она не сможет позволить себе роскошь выбирать цели, если только они не будут отступать снова и снова, но это могло продолжаться еще какое-то время. Она опустилась на колено, почти благоговейно подула на спичку, чтобы она разгорелась, выстрелила и увидела красное облачко в том месте, где ее пуля оторвала ногу мужчине. Как и прежде, мертвецы вокруг насели на него и превратили в свою следующую жертву.

Следующий патрон был у нее в руке, но она почувствовала что-то под ногами. Слева от них, из темного леса, который они решили обойти по дороге сюда, донесся грохот. Амэ снова похлопала Юки по руке, когда увидела, что деревья зашевелились.

Нам нужно уходить, сказала Амэ. Еще мертвые.

Они все еще могут попытаться уйти, убегая от роя, и, возможно, синоби не станут преследовать их теперь, когда некоторые из них погибли.

Дай мне схватить этого дурака и… Юки не договорила последнее слово. Вместо этого она с тревогой повернула голову в сторону первоначальной угрозы.

Что?

Какой-то звук, ответила Юки. Свист.

Затем, прямо у нее на глазах, воины-синоби отделились от первоначальной толпы мертвецов и бросились к ним. Если рой не помогает, они могут сражаться как живые.

— Черт, — сказала Юки.

Амэ насчитала семерых. Они сняли маскировку, обнажив меняющие цвет одежды, которые превращали их в миражи, а затем обнажили свои прямые клинки-ниндзято. Они побежали вверх по склону, двигаясь, как казалось сначала, нескоординированными движениями, но, когда Амэ попыталась выбрать цель, она поняла, что все это было специально. Эти синоби открыли себя из-за нее.

И Амэ примет их вызов.

Она вытащила из аркебузы горящую спичку и зажала ее в зубах, затем коротко взглянула на свою возлюбленную.

Я займусь ими, а ты прикрой мне спину.

Юки кивнула, и Амэ пошла показать этим ассасинам, как она завоевала уважение Икеды Сен.

Она сделала пару шагов вперед, затем пнула несколько стеблей травы, чтобы посмотреть, куда их несет ветер и с какой скоростью. Семеро синоби, казалось, ускорили шаг. Они были на полпути вверх по склону. Она подняла свою тэппо к плечу и прицелилась.