Пустой II. Книга 4 - Артемий Скабер

Первый раз клинок задел предплечье. Второй раз пришёлся выше локтя.

Тавр зарычал. Плечи у него поднялись, вес перевалился на переднюю ногу, источник натянулся, и Корень уже готов был залиться целиком, чтобы вложить в один ответ всё.

Ровно так, как он делал до этого, и я пытался его переучить.

И тут его Тавр оборвал. Снял вес с передней ноги и отступил. Кто-то на скамьях разочарованно свистнул, потому что со стороны это выглядело как трусость.

Стоял я и глядел, как он пятится, и в горле у меня стало сухо. Он справился с собой посреди боя, а не после.

Дальше Тавр взялся драться на расстоянии. Он не лез, а ходил по кругу, вынуждая Вейда разворачиваться, и разворачиваться в ту сторону, куда тому было неудобно. Короткими боковыми срывами, где Корень раскрывался на четверть пульсации и тут же гас, он менял ось раз за разом, и Вейд каждый раз попадал чуть-чуть не туда, куда рассчитывал.

И тут сын дружины начал попадать по противнику: по кистям, локтям и опорной ноге. Мелко, обидно, безрезультатно на вид, и с каждым разом Вейд отвечал злее.

— Что он делает? — не выдержал Сарн. — Он же его не победит так… время то уходит.

— Он его выводит, — обронил Варис.

— Из круга?

— Из головы.

Вейд заспешил. Связка у него поплыла на третьем звене, потому что тут должна быть атака по противнику, а его на нужном месте нет, Тавр не прекращал крутиться вокруг него, используя Рваный Шаг.

И тогда Вейд открылся сам. Опустил правый бок, шагнул навстречу, ударил снова по старой руке и остался в этом положении на лишнюю долю, приглашая купиться на его вкусную приманку.

Тавр повёлся. Он рванулся вперёд, вкладываясь всем корпусом, и Вейд уже вёл встречный. Но на середине этого рывка Тавр сменил направление. Корень вспыхнул у него не в задней ноге, как положено при прямом входе, а в передней, и вынес его вбок и вперёд одновременно.

Встречный Вейда прошёл в пустоту и Тавр тут же ударил, но не по руке. Его клинок лёг противнику поперёк колена опорной ноги, с Тяжёлой Чертой. Нога подломилась и Вейд рухнул на бок. Тавр наступил ему на запястье, выбил меч и опустил свой клинок Вейду поперёк горла.

Двор загудел.

Он мог сломать ему руку. Она лежала прямо там, вывернутая, придавленная его же сапогом, и всем на дворе, включая Вейда, было понятно, что за это его никто особо не осудит.

Тавр держал.

— Так уж и быть, — выдохнул сын дружины. — Пощажу тебя и твою руку… Хочу увидеть, как тебя сожрёт зверь на охоте.

Вейд глядел на него снизу.

— Сдаюсь, — выдавил он.

Возвращался Тавр так, будто ему всю жизнь только и делали, что подносили чужие головы. Улыбка до ушей, плечи назад. Он расписал нам весь бой ещё до того, как дошёл, и по его словам выходило, что Вейд ему достался бракованный.

Левая рука у него подрагивала, а правую он всё-таки держал ближе к корпусу и старался ею не размахивать.

Разоблачать я его не собирался.

— Хорошо, — сказал я.

— Хорошо⁈ — возмутился он. — Да я его…

— Хорошо, Тавр. Ты молодец и на этом всё. Сосредоточься на следующем бое.

Он поймал мой взгляд, и что-то в его лице на пульсацию село. Потом он снова заулыбался и полез спорить с Сарном о том, чья победа вышла чище.

Между третьим и четвёртым боем во дворе сделалось тише.

Разглядел я причину не сразу. На скамьях, где сидели наставники появился человек в простой тёмной одежде. Морт Дарк. Он уже стоял рядом с Ровэном. Говорили они недолго, слов я не слышал, да и не разобрал бы с такого расстояния. Морт достал из-за пазухи сложенный лист, перехваченный узкой полосой ткани с оттиском, и передал его.

Ровэн развернул и читал его пульсаций десять, не больше. И тут я заметил, как его лицо переменилось. Брови на мгновение поползли вверх, а уголки губ в низ. Если я правильно думаю, какая-то плохая новость.

Почему Дарк Морт появился прямо сейчас… из-за Сейны? Откуп со Школы Пути должны отдать в течение недели, а неделя ещё не вышла. Тогда из-за чёрной комнаты, куда меня сунули без решения Совета? Или из-за вчерашней проверки по всем четырём школам? Нашли они кого-нибудь или не нет?

— Бренна! — раздалось от кругов. — Лиара!

Девушка двинулась к стене за мечом, и по дороге ни на кого не глянула. Её противница уже стояла в круге. Коса перекинута через плечо, спина прямая, и тонкий белый след от брови вниз по щеке виден с любого места во дворе.

Лиара дождалась, пока Бренна подойдёт поближе и тут же громко объявила:

— Второй будет ровнее.

Бренна не ответила, она вообще не огрызалась никогда, только сжала меч покрепче и крутанула шеей из стороны в сторону.

Судья опустил руку. Лиара сорвалась сразу.

Она била быстро и плоско, короткими, точными, и с первой же связки я понял, что она собирается драться не по-Вельтовски. Стиль Синары в ней сидел, конечно, куда без него, только у Лиары под этим стилем лежало что-то своё, старое, наработанное задолго до всякой школы. И благодаря этому она не давала себя коснуться. Дистанция у неё была отмерена по чужой руке, и держала она её так, будто у неё в голове стояла зарубка.

И правильно держала, она отлично помнила, что бывает, когда Бренна кого-нибудь ухватит.

Первые вспышки полетели ложные. Покров вспыхивал у неё на предплечье, гас, вспыхивал на плече, Короткая Черта прошивала воздух не там где следовало, и всё это было рассчитано на одно: чтобы противник поднял защиту на пустоту и слил меру.

Ровно так когда-то победили Вариса, но Бренна на это не отреагировала. Когда я разглядел почему, то внутри меня что-то потеплело. Она глядела не на свечение техник и где они вспыхивают, а держала взгляд на плече и бедре — на том, где начинается настоящее движение и где соврать нельзя.

Первый настоящий удар прошёл рядом с её виском. Бренна ушла с линии до того, как клинок разогнался. Она не сделалась быстрее ни на волос, я это видел, и Лиара видела тоже. Просто она тронулась с места раньше.

Тогда Лиара переменилась в лице и взялась работать сериями. Вот