Пустой II. Книга 4 - Артемий Скабер

тут сделалось тяжело. Она била в лицо, в пальцы, в ключицу, в колено, чередуя высоко и низко, и половина ударов теперь проходила. Бренне рассекло губу, и кровь потекла по подбородку. Второй удар пришёлся в старую ключицу, и Бренну повело набок, а Лиара тут же добавила по бедру.

Несмотря на то что Бренна сейчас проигрывала, я был рад. Она не пыталась закрыть лицо как когда-то. Девушка искала свою возможность, платя за это повреждениями. Я сказал ей, что она должна выиграть этот поединок, поэтому она и не отступала.

Покров ложился у неё точкой: на ключицу, на щёку, на кисть. Тонко, ровно там, где надо, и гас сразу, как я вбивал в неё много дней подряд.

А потом она принялась действовать так, как умела только она. Догонять Лиару было бессмысленно, и Бренна не догоняла.

Шаг вперёд. Короткая вспышка Корня, не для того чтобы врасти, а чтобы удержать себя после разворота. Смещение и Лиара влетала в её корпус. Всё бы ничего, но именно в этот момент Бренна использовала Корень и Покров. Так, что столкновения для её противницы были крайне болезненные. Лиара уже разбила губу и, кажется, нос, и кровь замедлила её.

Двор это тоже разглядел. Шум на скамьях переменился. Лиара поняла, что дальше так продолжаться не может. Бренна не поддалась на её скорость и теперь сменила темп.

Лиара атаковала. Несколько вспышек из которых настоящая была только одна — вторая, вот только Бренна это не прочла. Она угадала уровень, но не сторону. Клинок противницы вошёл ей в плечо с Тяжелой чертой.

Бренна пропустила его в себя, шагнув навстречу вместо того, чтобы уйти, и на выдохе поймала запястье.

Дальше всё кончилось за десяток пульсаций.

Второй рукой она перехватила Лиару выше локтя, вломилась корпусом, сбила ей опору и провернулась, утаскивая её за собой. Лиара попыталась поставить стопу и залить Корень, ей это было нужно позарез, только стопы у неё под собой уже не было, Бренна выбила её коленом.

Они упали.

Бренна ушла ей за спину. Заломила обе руки, свела их, продавила своим весом, и предплечьем легла Лиаре поперёк горла, притянув к себе.

Меч Лиары валялся в трёх шагах.

— Сдавайся, — сказала Бренна.

Лиара захрипела и мотнула головой.

Бренна потянула сильнее.

У Лиары забились ноги, сапоги заскребли по разметке, разбивая белую черту. Лицо у неё покрылось пятнами. Она попробовала завести локоть назад, ткнуть, дотянуться, и Бренна просто добрала, подтянув её к своей груди.

— Сдаёшься? — спросил судья.

— Сда… — просипела Лиара. — Сдаюсь.

Бренна отпустила, тут же поднялась и отошла на два шага. Лиара перевернулась на бок и закашлялась. Кто-то из её людей побежал к ней, а Бренна уже двинулась к нам, вытирая подбородок тыльной стороной кисти и размазывая кровь по щеке.

И принялась разглядывать свои руки. Поворачивала их так и эдак, глядела на костяшки, на ладони, будто видела впервые. Я понял, о чём она сейчас думает, потому что сам когда-то испытывал то же самое над убитым иглоспином.

— Правильно? — спросила она тихо, не поднимая головы, когда подошла к нам.

— Правильно, — ответил я.

Она кивнула. Плечи у неё дрогнули один раз, и она отвернулась, потому что глаза у неё блестели. Тавр, слава небу, промолчал.

— Варис! Керс!

Оба вышли и встали друг напротив друга.

— Ворот покрепче завяжи, — сказал Керс громко. — А то в прошлый раз развязался.

Варис повёл плечом, поправляя накидку.

— Лавка-то у вас хорошая была, — продолжал Керс, беря меч. — Я мимо ходил. Жалко, конечно, что сгорела. Или её растащили? Всё время путаю.

Судья поднял руку.

— Кому продаваться будешь, когда выгонят? — успел добавить Керс. — Я поспрашиваю, может, кому руки нужны. Слышал, что Вельтам пригодится тот, кто будет выносить нечистоты из комнат господ.

Тут всё зависит от Вариса. Он многое умеет и делает всё правильно. Вопрос только в том… позволит ли он себе это или его голова снова помешает.

Керс завёл первую связку и повёл её ровно, спокойно, продолжая говорить. И вот тут я разглядел его настоящий приём, тот, из-за которого он тогда выиграл. Оскорбление, и на середине его противник напрягается, дыхание сбивается, и вот в эту долю Керс и бьёт.

Но Варис не спотыкался, да и лицо держал пустым. Керс это заметил и надавил сильнее. Нужно отдать ему должное: он и болтать успевает, и двигаться, и атаковать. Заговорил про рабов. Про то, за сколько ушла семья Лавилио и по каким домам. Про то, что кто-то из них, может, до сих пор жив и таскает воду в двух улицах отсюда.

Варис пока не реагировал. Чужой клинок он не отбивал, а вёл вдоль удара, уходя по силе, а не поперёк неё, и от этого со стороны выглядело так, будто Керс всё время промахивается сам.

Пару раз Варис коснулся его кисти. Не ударил, а именно тронул, скользнув концом клинка по костяшкам, и оба раза после этого чуть заметно кивнул сам себе. Проверял.

На восьмой связке он изобразил, что боится. Отступил быстрее, чем было нужно, и рука у него сама дёрнулась к вороту. Керс тут же просиял. Он бросил меч в левую и потянулся правой, широко, жадно, туда, где ткань собиралась у горла. Ровно так, как тянулся в тот раз. Ему даже не пришло в голову, что человек, у которого один раз отобрали воздух, теперь думает про этот захват чаще, чем про еду.

Пальцы Керса собрали ткань, вот только Варис не упёрся, а шагнул. По тому же направлению, куда его тянули, добавив к чужому усилию своё, и Керс, ожидавший упора, провалился на полшага. Ладонь Вариса легла ему на кисть сверху, вторая подхватила локоть снизу, и дальше вышло то, что он показывал нам во дворе перед рассветом: не сила, а направление.

Кисть повернулась внутрь, локоть ушёл вверх и вбок. Плечо потянуло за локтем, корпус за плечом и Керс поехал. Он ткнулся в землю лицом, Варис уже сидел на нём, зажав вывернутую руку между своим коленом и своей грудью.

Двор охнул.

— Слабак, — прошипел Керс в землю.

Варис довернул и Керс завыл.

— Ничтожество, ты даже не атаковал меня нормально. Ты…

Ещё движение от Вариса с пустым лицом.

— Сдаёшься? — спросил судья.

Керс терпел, даже дольше, чем я от него ждал. Тогда Варис выдохнул и крутанул.

Щелчок.