Первая кампания - Алексей Александрович Иванов

Поражение — бывает. Врагов были безумные орды. На одного дхивальца приходилось по одному оруженосцу Компании, десятку латников и пушке. А в резерве стояли сотни рыцарей и магов. Но все равно сахсары князя всех князей сражались, заваливая поле боя вражескими трупами до тех пор, пока руки не устали колоть штыком и рубить саблей. После чего, усталые, но непобеждённые, они вынуждены были отступить. На одного убитого дхивальца Компания потеряла пять, а то и шесть своих.

Кажется, именно так всегда пишут в правильных газетах? Особенно когда все «неправильные» газеты давно запрещены.

— А ведь он может и не пройти через руины Ховрана, особенно если кто-то очень вовремя крутанёт ручку подрывной машинки. А потом спишем всё на магический удар Компании, — внезапно медленно протянула Дивия.

— Да как… — возмущенно начала Зуми, но замолчала, стоило Руяну положить ей на плечо руку и отрицательно дернуть подбородком.

— Что? Я это в слух сказала? — Дивия наигранно-удивлённо похлопала длинными ресницами. — Просто мысли. Неудачная шутка. Не обращайте внимания.

Так я и поверил, что она это случайно сказала. Продолжает проверять Руяна, но тот к этому привык. Даже глазом не моргнул на очередную провокацию. Это Зуми — новичок, к играм княгини непривыкший, вот и реагирует излишне эмоционально.

— Так что там князь всех князей планирует дальше? После того как сбе… отступит из центрального Талхала? — продолжила допытываться Дивия. Может у неё и повадки пантеры, но язык по настоящему змеиный.

— Дядя оставит Талхал. Его присутствие необходимо в столице. Из Сихима он может лучше контролировать происходящее на Хонгале и держать руку на пульсе событий.

Либо он боится очередного разгрома на Талхале, который не компенсируешь личной храбростью. А распря на Хонгале — отличный повод бросить все дела войны на шею племянника, подумалось мне. Но делиться своими догадками я не стал.

— Но он оставит с нами часть своей армии, — добавил Руян, словно пытался оправдать бегство родственника.

В любом случае, без князя всех князей на Талхале будет сложнее, но спокойнее. Особенно если часть армии он обещает оставить.

В отличие от меня, Дивия особым тактом не отличалась.

— Короче, если подвести итог. Князь всех князей решил бежать, бросив нас и своих союзников, — прямо заявила она. — Почему я этому не удивлена?

Руян недовольно поморщился. Может у него и сложные взаимоотношения с дядей. Но это его взаимоотношения. Чужакам, вроде Дивии, в них нет места.

— Часть армии останется на Талхале, — повторил он. — Займётся обороной побережья.

— Малая часть, — расшифровала эти слова Дивия. — Или сразу мизерная? Достаточная, чтобы сохранить лицо, но недостаточная, чтобы остановить Компанию. Ему не нужна твоя победа. Кстати, мина под дорогой в полном порядке, я проверила. Пока некоторые рыцарей объезжали.

Так она из-за этого на меня дуется? Нашла причину. Я же не в бордель от неё удрал.

— Мы справимся, — резко отрезал Руян, показывая, что дальнейший спор не имеет смысла. — На князе всех князей мир не сошелся, — внезапно добавил он.

Копируя мой недавний жест, Дивия вопросительно посмотрела на него. Но Руян, словно в отместку за меня, картинно проигнорировал этот взгляд и не стал продолжать.

А ведь мне тоже интересно, что он придумал и на каких внезапных союзников намекает. Не с князем же Норомом он договорился. И не с Компанией.

Решив, что все слова сказаны, Руян удалился в свой шатер. Следом проскользнула Зуми. Амалия отправилась по делам. Я же присел рядом с Дивией.

— Что-то случилось?

— Что-то случилось! — подтвердила княгиня. — Стоило появиться новой железке — и кто-то разом забыл о наших договорённостях. А у меня были большие планы в одной купальне.

Приятно, что мысль о тайных местах, не только мне пришла в голову. Жаль, что с реализацией не задалось.

— Солнце ещё не зашло. А зайдёт, разве нам это помешает?

— Забудь, — смешно сморщив нос, фыркнула эта обольстительная пантера. — У меня снова есть тень. Намхол справился с заданием раньше срока. Тем более пахнущие ихором и маслом железки тебе милее женщин. И это я ещё не спрашиваю, кто такая Ланилла Загим? — совершенно не спросила она.

— А вопросительные интонации в твоем голосе мне явно почудились? — уточнил я.

— Совершенно верно! — важно кивнула она, наградив меня выжидательным, ожидающим, а то и жаждущим ответа взглядом.

— Раз почудились, то можно и не отвечать, — осклабился я, сложив руки на груди.

То, что она ночью на мне ездила физически не означает, что днём это можно делать морально.

Дивия слишком привыкла приказывать и повелевать. Привыкла, что стоит ей щелкнуть пальцем — все окружающие падают на колени и готовы бежать выполнять её прихоти и приказы. Ей полезно напомнить, что это особенность именно её окружения, а не законы мироздания.

Дивия раздражённо шикнула, но быстро взяла себя в руки. Напустив на лицо независимое, даже холодное выражение, она встала, резко развернулась и ушла прочь.

Женщины…. прекрасные и таинственные создания — спасения нет.

Похоже, спать я сегодня буду один. Не скажу, что сей факт сильно радует, но во всём следует искать положительные стороны — хотя бы нормально высплюсь. Рана на ноге слегка заживёт, царапины затянутся.

Быстро у нас всё происходит. Оглянуться не успел — без долгих ухаживаний случилась первая ночь, а следом первый, почти семейный скандал.

Чуть позже, когда она слегка остынет, извинюсь. Не потому что виноват или чувствую себя таковым. Просто лучший способ быстро помириться с женщиной — признать, что был неправ. Тут и трофейный перстень в качестве подарка пригодится.

Я знаю, что делаю — был женат. Недолго, но наиболее важные правила понял.

— Схватили как-то грабители самого богатого человека в империи, и давай его пытать, выведывая, где он прячет свои сокровища. Они его долго били, но он молчал. Ломали пальцы, он не проронил ни звука. Тогда один из грабителей с удивлением спросил у него: «Я вижу, боль тебе знакома?». «Я был женат… дважды…» — ответил им богач. Грабители заплакали и ушли ни с чем, — пробормотал я слова давней, шуточной притчи.

— Что? — непонимающе переспросил Бахал. Он разговаривал с Ригором, обсуждая «Черного феникса»