Охотник 7: Сердце Подземелья - Александр Робский

— Спасибо за честность. Теперь твоё слово, Вильдриф. Нарушишь? Или сдержишь?

Вильдриф и Аяка смотрят друг на друга немигающим взглядом. Они словно проверяют, чей дух крепче и чьё «слово» имеет силу, а чьё так и останется — просто словами.

Вильдриф тяжело вздохнул и направился к лестнице.

— Идём… нечего якшаться с этими отбросами.

Плеяда, даже не попрощавшись, пошла следом за Вильдрифом.

— Надеюсь, это не последняя наша встреча, Дитя «Северной Звезды», — кивнула Аяка и последовала за своим отрядом.

— До новых встреч, Тёмная Дева! — улыбнулся Артём.

Буквально через минуту отряд Вильдрифа прошёл в один из проходов башни и звуки их шагов тотчас исчезли.

— Так! Теперь перейдём к сливкам! — развернулся Артём в сторону выхода.

Делюрг, Аннабель и Кот всё это время стояли позади и просто молчали. Они, по всей видимости, всё знали, поэтому и ждали, когда Вильдриф и его соратники уйдут.

— Первое! — указал Артём пальцем на мужчину в капюшоне, — Какого хрена ты мне кивнул⁈ Я чуть не помер в этой башне!!!

— Но не умер ведь, — пожал Делюрг плечами, — Если бы сказал, всё могло сложиться по — другому… и очень плачевно. И давай уже перейдём к делу. Нам нужно найти «Наследие» быстрее, чем это сделает отряд Вильдрифа.

Делюрг хотел пройти к лестнице, как Артём тут же положил ладонь на его плечо, тем самым заблокировав движение.

— У меня к тебе очень серьёзный вопрос, — сжал он крепко пальцами плечо мужчины, — Почему кровь Плеяды такая же, как и у тебя? Точнее, её свойства. Она теряет цвет и исчезает. Это не выглядит, как простое совпадение.

— Скажи ему, — тихо прошептала Аннабель.

— Чувствую интригу, — усмехнулся Кот.

— Сказать «что»⁈ — показал Артём суровый взгляд, — Соврешь — пожалеешь!

Альрам просмаковал правду на кончике языка, а следом сказал так, словно его слова — это пустяк:

— Аннабель — это «проклятие» Плеяды.

— Что⁈ — опешил Артём.

— Сюрприз! Вот так поворот! Вау! — начала играться Аннабель, дабы сгладить углы.

Артём сделал от Делюрга несколько шагов назад, а его взгляд теперь явно намекает на то, что перед ним, возможно, уже стоят не союзники.

— У вас одна попытка доказать мне, что мы с вами всё ещё на одной стороне. И тот факт, что вы раскрыли себя, нихрена мне ни о чём не говорит!

На сей раз даже без-эмоциональный Кот удивился такому стечению обстоятельств.

— Тут вы сами разбирайтесь, — сделал он несколько шагов назад.

Повисла давящая тишина, которая вот — вот обнажит громкую истину.

Артём знал, что с этой парочкой что — то не так… но правда оказалась куда загадочней.

Аннабель и Делюрг встали плечом к плечу и переглянулись.

— Кто начнёт? — спросила женщина.

— Давай ты. Я не мастак в рассказах. У тебя это очень хорошо получается.

— Как скажешь, — кивнула Аннабель и перевела взгляд на Охотника, — Я буду с тобой откровенна. Никакой лжи.

— Внимательно тебя слушаю, подруга! — лживо улыбнулся Артём.

Аннабель тяжело вздохнула, а её голос вдруг стал пустым и начал отдавать эхом одиночества.

— Я не знаю, как меня создали, и для чего. Я лишь помню лицо Плеяды и её слова… «очередной брак»… вот, что я услышала, когда мне даровали жизнь.

— Но тебя же называют артефактом «Исчадий». Тебя создали из их крови и костей! Верно? — решил уточнить Артём.

— Не перебивай, — грозным тоном сказала Аннабель, из-за чего Артём тут же замолк, — Я — «живой» артефакт. Но раньше я была не полноценной. Сейчас ты видишь перед собой мою завершённую форму. Но в те далёкие времена, я выглядела как прокажённая. С меня сползала плоть, а цвета мира были мне недоступны, как и вкус еды. Я даже не могла почувствовать на себе поток ветра и его аромат. Одни… одни лишь страдания… те дни — это мой кошмар, который я никогда не хочу повторять. Моя истинная форма «артефакта» не могла собраться воедино. Когда я пыталась трансформироваться, то становилась желеобразным куском плоти, который десятилетиями собирался в предыдущую форму. Плеяды рядом не было. Создав, она тут же меня бросила. Даже не убила! Не проявила никакого милосердия! — Аннабель сделала глубокий вдох, собралась с духом и продолжила, — Блуждая в одиночестве, не зная покоя, а одну лишь боль и страдания, я встретила на своём пути Исчадье по имени — Гаус! Он был гением своего времени, когда «Иная Раса» только — только сформировала первый «Совет Миров». И он помог мне! Гаус разобрался, что именно во мне не так… я была неполноценна как телом, так и душой… и мне нужна была еда… — её голос начал дрожать, — Гаус меня приютил, дал мне надежду. Но в тоже время, он заставил меня поглощать ни в чём неповинные жизни… «восемь тысяч семьсот семьдесят три» Исчадья… я пожрала их плоть, их кости, надежды и душу… забрала всё без остатка. И тогда я смогла принять форму в виде стола и стула. Я открыла в себе свой истинный потенциал. Я могу пе…

— Аннабель! — рыкнул Делюрг, перебив свою подругу, — Что — то ты можешь рассказать, а что — то так и должно остаться тайной. Помнишь условия?..

— Д — да… прости… совсем забылась, — кивнула женщина.

Артём бросил недоверчивый взгляд на Делюрга, но всё же продолжил слушать Аннабель.

— Моя физическая оболочка, у-вы, так и осталась неполноценной. И тогда Гаус сказал, что я не простой «артефакт»… я «проклятие»… и что бы воплотить новую форму, мне должны принести великую жертву. Но Гаус этого не сделал, — покачала она головой, — Он использовал меня, что бы открыть для себя великие тайны. Да вот эти тайны в конечном итоге его и погубили. Он умер, а я вновь осталась одна. После меня нашли ученики Гауса и начали в подробностях изучать то, что я такое, и как работает моя сила. Они открыли меня для «Иной Расы», из — за чего меня и стали классифицироваться, как артефакт Исчадий. Мир узнал о живом предмете, который может смотреть сквозь время и судьбу! Но… с учениками случились страшные события… они повторили участь своего наставника. Правда, между ними было большое различие. Грингод, самый старший из учеников, нашёл способ вытащить из меня поглощённые души, плоть и кости своего народа. И так я снова стала бесформенным куском плоти, который и человеком сложно назвать. И в довесок ко всему, когда ученики Гауса пали от злого рока, меня заперли! Исчадья поместили меня в самую