Две котлеты Виолетты. Попаданка в хозяйку таверны - Мария Мире

Я смотрела в ответ. На линию скулы, на то, как он держит кружку — без усилия, привычно, большим и указательным пальцами. На едва заметную вертикальную складку между бровями, которая появлялась, когда он думал о чем-то, и которую я уже научилась замечать за эти несколько недель. На то, как он стоит, будто защищая меня от всего в этом зале и в то же время оставляя мне достаточно свободы.

Я совершенно не знала этого человека и в то же время мне казалось, что за все это время я успела узнать его достаточно.

И то, что вместо всех возможных страхов больше всего я боялась того момента, когда он навсегда уедет из «Двух котлет», все же заставило меня отвернуться и вернуться в кухню. Прервать наш безмолвный диалог.

День шел медленно — с той особенной вязкой медлительностью, которая бывает у дней, когда ждешь вечера и при этом совсем не хочешь, чтобы он наступал.

За обедом Азарель сообщил, что его люди прибудут к вечеру, и с утра они уже покинут Вилку. Голос спокойный, деловой, без единой лишней интонации. Улыбка на его лице была совершенно обыкновенной — легкой, немного скучающей, как у человека, который уже мысленно уехал и только ждет, когда можно будет сделать это физически. Он разговаривал с Каэлем о дороге, о погоде, о том, что ближе к горам в это время года раскисают тракты — светски, непринужденно, как разговаривают люди, которым нечего делить. Пару раз даже сделал мне комплименты, оценив кухню таверны.

Три раза за день он оказывался в нескольких шагах от меня. Первый раз — у стойки, когда попросил еще вина, хотя еще вчера не брезговал распоряжаться мною лишь движением руки. Задержался, пристально рассматривая меня и заставляя мурашки пробежать по спине. Второй раз — в коридоре у кухни, куда заглянул якобы в поисках Изольды. Третий — у входной двери, где он стоял и смотрел на улицу, и когда я проходила мимо с охапкой дров, сказал что-то про то, что похолодало.

Каждый раз это выглядело случайно.

Каждый раз рядом оказывался Каэль. С кружкой. С книгой, которую он так ни разу и не открыл за весь день. Однажды просто стоящий у окна, но не сводящий с нас взгляда.

Вечером, когда во дворе послышался стук копыт и голоса, я работала на кухне.

Голоса во дворе становились отчетливее — прибыли люди Азареля, судя по тому, как один из людей Каэля говорил с ними коротко и ровно, без привычных для деревенских оборотов и вопросов. Я слышала это краем уха и продолжала нарезать овощи.

И тут поймала себя на пении.

Мелодия была тихой, почти неслышной, я напевала что-то себе под нос, и сначала решила, что это одна из тех вещей, которые Таша раз за разом пела последние дни — у нее был обширный репертуар. Но нет. Эта была другой. Незнакомая мне — ни один мотив из моей прежней жизни так не звучал, в нем была какая-то старинная, немного покачивающаяся интонация, как у колыбельных, как у песен, которые поют не для того, чтобы их слышали, а просто потому, что их пели еще наши бабушки.

Прежняя Виолетта знала эту мелодию. Кто пел ее ей — я пока не знала. Но запах, который пришел вместе с ней, был теплым и смолистым и немного речным.

Я стояла у плиты и тихо пела чужую песню, которая звучала как самая родная из всего, что у меня было в этой новой жизни.

Дорогие читательницы, спасибо что читаете и поддерживаете историю Виолетты!Сейчас я возьму небольшую паузу, сделав перерыв перед следующей частью. Финал уже совсем близок и скоро мы с вами вместе уже пройдем этот путь до конца!

Глава 21. Тень дракона

Глава 21. Тень дракона

Азарель встретил своих людей сам. Я не вслушивалась в их разговор, занятая привычными хлопотами. Отсутствие перстня всё ещё казалось странным. Я то и дело ловила себя на том, что невольно пытаюсь ощутить его тяжесть на шнурке под корсажем, прислушиваюсь к своим ощущениям — не нагрелся ли металл. А после губы растягивались в озорной улыбке. Всё позади. Последняя деталь, что связывала меня с прошлой Виолеттой, исчезла. Теперь я была хозяйкой не только этой таверны, но и своей жизни. Бывший муж не имеет власти. Бывшая душа — наконец обрела покой, я почему-то чувствовала это.

— Добро пожаловать в «Две котлеты», — сказала я с той же интонацией, с которой говорила это любому другому гостю, когда четверо людей в цветах Дуата вошли в зал. — Ужин? Вина? Пива? Морса?

Старший из четверых — широкоплечий, с короткой рыжеватой бородой — окинул зал быстрым профессиональным взглядом и, видимо, остался удовлетворён. Азарель уже вернулся на своё место, видимо успев дать им какие-то указания, и сейчас был полностью поглощён беседой с Изольдой. Я старалась не смотреть в их сторону, не желая искушать судьбу.

— Ужин, — сказал рыжебородый, рассматривая меня пристально, практически неуместно, но не сумев смутить меня этим. — На всех.

Я кивнула и пошла на кухню, заметив, что они предсказуемо выбрали стол рядом со своим хозяином.

Таши в таверне не было. Уговорить её уйти стоило мне получаса, двух порций яблочных пирогов и обещания рассказать всё до последней подробности утром.

Почти все комнаты у меня наверху тоже опустели. Несколько проезжих постояльцев поспешили покинуть таверну и продолжить путь, а новые не решились снимать комнаты под одной крышей с благородными драконами. Меня несколько раздражало такое положение дел — ведь тем самым я лишилась заработка, но признавала, что на чужом месте поступила бы так же. Никакое любопытство не стоило того, чтобы перейти дорогу аристократу. А как я уже успела убедиться — драконы в этом мире были фигурами пугающими так же сильно, как и восхищающими.

Людей Каэля, как я догадывалась, в зале было трое. Первого я знала наверняка — тот самый, что когда-то принёс весть о свадьбе и выезде Азареля из столицы. Он занял место у дальней стены с кружкой и скучающим видом человека, зашедшего скоротать вечер. Второго я видела в компании Каэля и Кольма несколько раз. Ларс был невысоким, белобрысым и совершенно неприметным — из тех людей, которых забываешь, едва