Тысячи Осеней. Том 2 - Мэн Сиши

Шэнь Цяо не мог издать ни звука, но Янь Уши как будто прочел его мысли:

– После смерти Юйвэнь Сяня его родне ничего не угрожает. Седьмой господин Юйвэнь никому не интересен, в столице за ним гнались лишь потому, что Юйвэнь Юнь приказал истребить всю семью циского князя. Все понимают: даже если притащить его самому императору, большой выгоды это не принесет.

Выслушав Янь Уши, Шэнь Цяо понял, что тот не только не лишился памяти, но и нрав его на самом деле ничуть не переменился. Оттого даос еще больше терялся в догадках: что произошло за то время, что они не виделись, и почему днем Янь Уши как ни в чем не бывало беседовал и шутил с Гуан Линсанем. Сам Янь Уши и не думал ничего объяснять – по крайней мере, сейчас. С Шэнь Цяо в охапке он перепрыгивал с крыши на крышу, и вскоре они очутились далеко от постоялого двора.

Даос хоть и не мог пошевелиться, но прекрасно видел все вокруг и быстро понял, что Янь Уши направляется в усадьбу господина Хуана.

– Нас ждет знатное зрелище. Только веди себя смирно, а то больше не возьму с собой. – Янь Уши точно капризного ребенка увещевал. Шэнь Цяо, уж на что добродушный и отходчивый, не смог удержаться от того, чтобы не закатить раздраженно глаза.

Дом у господина Хуана был богатый, и он позаботился о его защите: у ворот стояла охрана, сторожа обходили усадьбу дозором. Но никому из них не хватило умений, чтобы хотя бы обнаружить главу Чистой Луны. На всем пути Янь Уши с Шэнь Цяо не встретили никаких преград – Демонический Владыка все равно что по собственной усадьбе прогуливался.

Янь Уши не стал задерживаться на крыше и спустился на землю. Шэнь Цяо понял, что они оказались в отдаленной части того сада, где днем он за каменной горкой повстречал Гуан Линсаня. Янь Уши спрятался в кустах возле пруда. То был глухой уголок, где тень, отброшенная галереей, и густые заросли надежно скрывали непрошеных гостей. Оба незаурядные бойцы, они знали, как затаить дыхание так, чтобы никто не почуял их присутствия.

Несмотря на поздний час, в прилегающих к саду покоях кому-то не спалось: в окне мерцало пламя свечи, доносились обрывки разговора.

Шэнь Цяо не знал, зачем Янь Уши решил подслушать чужую беседу, да еще и его с собой притащил. Прождав некоторое время, даос понял, что тот ни давать объяснения, ни освобождать его не собирается, так что пришлось ему самому обратиться в слух.

Голоса людей в доме раздавались очень тихо, но с помощью внутренней силы ему удалось разобрать все до последнего шороха. Один человек тяжело дышал, бормоча время от времени какие-то ласковые глупости. Другой, вернее, другая тихо вздыхала, голосок ее звучал нежно и мелодично.

Шэнь Цяо ни разу не был близок с женщиной, но, даже не видя происходящего в комнате, обо всем догадался.

Даосы строго блюдут нравственную чистоту, хотя их учение допускает парное совершенствование – в этом у них строгих запретов нет, в отличие от тех же буддистов, проповедующих пост и воздержание. Но одно дело – допускать, а другое – собственными ушами слышать игру в тучку и дождик. Может, кому и по душе наблюдать за тем, чем другие занимаются в постели, но Шэнь Цяо, муж благородный и скромный, к их числу не относился. Ему сделалось не по себе, он силился открыть прожатые жизненные точки, дабы развернуться и уйти прочь.

Словно угадав чувства Шэнь Цяо, Янь Уши у него на спине прожал еще две точки. Теперь монах Шэнь и помыслить о побеге не мог – только и оставалось, что возмущенно коситься на своего похитителя.

– Лишь развратник видит разврат, монах Шэнь. Человека с чистой душой таким не запятнать! – заметил Янь Уши, с помощью ци направив голос прямо в уши даоса, чтобы никто другой не смог их услышать. Шэнь Цяо, даже если б и мог возразить, не нашелся бы с ответом.

Тем временем развлечения внутри были в самом разгаре. Прекрасная женщина, совершенно нагая, раскинулась на кровати, ее стройные ноги обвивали талию мужчины, а тот, все ускоряясь, крепко сжимал в руках ее мягкое тело, не в силах оторваться.

– Юнь-нян, Юнь-нян… – раз за разом повторял он ласкательное имя женщины. Обливаясь потом от усердия и задыхаясь, он все же нашел в себе силы хрипло рассмеяться: – Вот уж не думал, что без одежды ты такая красотка, хоть и старше меня. Знал бы раньше…

Из-за прожатых точек Шэнь Цяо даже шелохнуться не мог – приходилось скрепя сердце слушать дальше.

– Знал бы раньше – и что? – голос женщины звучал глуховато, но легкая сиплость лишь добавляла игривости ее тону.

– Раньше бы уложил тебя в постель! – самодовольно рассмеялся мужчина. – Не правда ли, любовник из меня куда лучше, чем из твоего главы Доу?

Услышав это имя, Шэнь Цяо насторожился.

– Не говори ерунды! У меня с ним ничего не было. Не приглянись ты мне в первую встречу, легла бы я с тобой? За кого ты меня принимаешь? – негодовала женщина. – Меня, Юнь Фуи? За какую-то дешевку?!

Юнь Фуи… Заместительница главы Союза Вездесущих!

Голос женщины с самого начала показался Шэнь Цяо знакомым, но он никак не мог вспомнить, где его слышал. И лишь когда она ненароком назвала свое имя, его осенило.

Неужто та самая Юнь Фуи, которую он повстречал в Заоблачном монастыре?!

Уловив гневные нотки в ее голосе, мужчина тут же пошел на попятную и принялся заискивать:

– Прости, я сказал не подумавши, не сердись! Ты мне тоже очень нравишься!

Они снова предались весенним усладам, но теперь Шэнь Цяо было не до смущения. В голове он снова и снова прокручивал эти несколько фраз.

Мужчина, судя по всему, был молод – это никак не мог быть хозяин нынешнего торжества господин Хуан, скорее, сын или даже внук. Род Хуан в округе считался весьма влиятельным, в деньгах члены семейства нужды не испытывали, но боевыми искусствами владели весьма посредственно. Что же здесь было нужно заместительнице главы Союза Вездесущих? Что ее связывает с родом Хуан? Не для того же, в самом деле, глава Янь притащил его под чужое окно, чтобы они просто подсмотрели за любовными утехами.

Но Янь Уши не дал ему времени на размышления, снова схватил в охапку и отправился извилистыми тропками прочь от окна. Миновав каменную горку, они очутились возле садовой кухни.

С наступлением ночи жизнь в усадьбе замерла. Не тянуло дымом из очага, не манили запахами готовящиеся блюда. Кроме них с Янь Уши да мужчины, уединившегося с Юнь Фуи, в саду не было