Капитан, я не играю по правилам! - Ксения О

И вот тогда у меня внутри что-то сломалось окончательно. Я чувствовала, как слёзы подступают к глазам, но упрямо сдерживала их, подняв подбородок.

— Я хотела сказать тебе, — произнесла я зло, — Много раз. После чемпионата. После того как ты пришёл ко мне. Каждый день я собиралась с силами…

Он перебил:

— И ты всё равно продолжала приходить ко мне… как она?

От этого мне захотелось просто исчезнуть. Что тут скажешь.

— Ты хоть понимаешь до конца, что сделала? — спросил он шипя, тут мне стало страшно.

— Я не знаю, что из этого было реальным, — сказал он глухо. — Я как дурак не понимал, почему настроение демоницы так меняется, почему она так поступает. Теперь всё действительно встало на свои места. И эти твои пьяные выходки… — при этом его лицо вдруг дрогнуло так, что я увидела блеск в его глазах.

Увидела, как он сжал челюсть, будто ему было физически больно держаться.

— Уходи.

У меня внутри всё оборвалось.

— Прости меня, — прошептала я, и голос окончательно дрогнул. — Прошу тебя…

Он тихо, очень устало рассмеялся:

— Вот я дурак. Ты опять провела меня. Мин, ты набрала столько бонусных очков, что мне тебя будет очень сложно догнать…

Казалось, я все ещё слышала его разочарованный смех, когда вышла.

Было ясно, мне конец. Он будет искать другого игрока, и никакой менеджер Шан ему не указ.

Да и чёрт с ним, мне даже стыдно показаться в игровой.

Глава 58

Стою посреди платформы, вокруг — пустота, облака и мягкий свет, огромные небесные киты плещутся в небе. Всё, что до этого казалось мне знакомым, вдруг стало чужим, как будто этот мир вокруг рухнул, оказался подделкой, хотя ей и являлся…

В моей опустошенной голове лицо Синцзу Шуа Фэй менялось на Мин, словно я подбрасывал монету в руке. Вуаль — это не аксессуар таинственности, а необходимость.

Сердце сжалось так, что дыхание пропало. Я не мог понять сразу: гнев, разочарование или боль я чувствую сейчас? Или всё это одновременно. Всё смешалось в единую вязкую массу, сжимающую грудь.

Почему это именно она?

Вот же дурацкая шутка.

Вышел, медленно опустил руки и провёл ими по шлему, чувствуя холод стекла, жар тела под датчиками, лёд собственной ярости и отчаяния. Тяжёлый воздух игровой комнаты. Одиночество.

— Мин… — выдохнул я, но это был не зов, а шёпот, полный невозможности поверить.

Я опустил руку, сжимая кулак, другой тянулся к вуали, которой она скрывала лицо. Но уже поздно. Всё открыто. Просто всё еще стоит перед глазами. И каждый мускул в теле протестовал против этой правды.

— Всё это… игра? Вот же я идиот, так опозориться! Не в первый раз, конечно, но это мой апогей. — пробормотал я, голос хриплый, чужой самому себе.

Слёзы подступили неожиданно, горячие, непрошенные. Я никогда не показывал их, никогда не позволял себе слабость. Но сейчас, в этом пустом, безжизненном пространстве, сжавшись от собственной беспомощности, я не мог удержать их. Начал быстро отстёгивать датчики дрожащими пальцами, чтобы отвлечься. Лёгкий порыв воздуха включившейся вентиляции коснулся лица, заставляя меня окончательно вернуться к реальности.

«Я… я не знаю, как теперь… Как… с этим быть?» — упал на край игровой платформы. Продажный Юй уже не казался мне большим злом, чем это. Обычное дело в киберспорте — подкуп игрока, но тут. Она издевается?

— Синцзу Шуа Фэй… — прошептал я, — Почему так все получилось? Ты специально это сделала, чтобы унизить меня? — в горле встал ком, ни туда ни сюда не шёл.

Это что, муки разбитого сердца? Лайм каждый лунный месяц страдал по новой пассии. Почему мне так больно? Чувство уязвленной гордости? Да, я слишком далеко зашел…

Сейчас, когда я закрыл глаза, пустота Бездны показалась мне зеркалом, в котором исчезла иллюзия, которую я боготворил, махнув мне на прощание рукой.

Как долго позволял себе надеяться, что могу её понять, не подозревая правды? А теперь… теперь правда обрушилась на меня, как шквал, сносивший все мосты, что я строил.

Впервые позволил себе мысль: украдкой, что я всё ещё хочу получить ее. Всю. Будь она Синцзу Шуа Фэй или Мин — неважно.

Хочу чёртову Лунью Мин.

Отгоняя от себя эту мысль, я возвращаюсь обратно. Да, это было много раз, меня скручивало, когда я смотрел на нее, когда приходил в больницу. Вот ещё совсем недавно я утешал ее в коридоре, сдерживал себя, думая, что это просто накатило, она так вкусно пахла, а ведь и тогда лгала мне. Каково ей было?

— Чёрт… — выдохнул я, кулаки сжимались до боли, — Как теперь… как быть? Она ведь позволяла мне всё в последнее время. Какой я дурак. В обоих образах она сияла, открывая свое сердце, но правду открыла только сейчас… Влюбилась и решила признаться?

Нет, она бы водила меня за нос еще долго…

Менеджер Шан надавил на нее тогда! Заставил! Я был уверен, когда ему что-то нужно, ему нет дела до чувств других.

— Вот дерьмо, он всё знал, но не разглашал частную жизнь игроков. Только выгода смогла толкнуть его на это. Как он ее заставил? Угрожал или уговаривал?

Она тогда ревела, значит… Вот же… гад.

Я уже пришел в себя. Просто всё это было неожиданно и неприятно. Не думал я, что так закончу этот вечер.

Менеджер Шан знал, что она признается, и не просто так сказал мне на днях:

«Ляньяо, будь готов ко всему и в игре, и в жизни. Ты помни, с тебя берут пример, не глупи. Рассчитываю на твою сдержанность и здравомыслие — Тао справился, всё к лучшему для него. Ты должен быть непоколебим, если хочешь и дальше покорять вершины киберспорта и вести за собой команду».

«Предательство Юя никак не должно тебя задевать, если ты не сможешь выдержать каплю, что будет, если попадешь под дождь?»

Тогда подумал, к чему весь этот бред, пока не попал под дождь, не прихватив с собой зонта.

Я ведь тоже не был белым и пушистым в этой ситуации, доставал новенькую довольно грубо, шутил и где-то даже перегнул палку. Мин держала лицо, ну как же тонко она мстила потом. Да, это оценить я могу только сейчас.

Лайм, пожалуй, подавится пиццей, когда увидит ее второй аватар. А Канг навеняка сжует от злости все губы, она ведь выбила тогда его из игры, просто зная особенности его характера. Ах-ха, да, ясно, почему Имин во время знакомства не