Я просто хотела дочитать новеллу, а не стать женой злодея! - Айра Мэйрвелл

Я сделала паузу, а затем произнесла самое главное.

— Я хочу, чтобы ты нашел способ перехватить их разговор. Узнать, как он передает свои пророчества. Если он говорит, значит, его можно подслушать. А если его можно подслушать… — я посмотрела на Асмуса, — значит, ему можно и ответить.

Моя новая цель была ясна. Я больше не хотела быть просто щитом Империи. Я собиралась стать ее мечом. И нанести удар в самое сердце вражеской магии. Я собиралась найти способ поговорить со своим таинственным визави. С Падшей Звездой.

Глава 46

После победы в Жемчужной Гавани наступил странный, обманчивый мир. Империя праздновала. На улицах столицы устраивали фейерверки, поэты слагали оды о мудрой Императрице и непобедимом Императоре-Драконе. Южные провинции прислали делегацию, которая на коленях присягнула на верность. Северные дома, обезглавленные и напуганные, притихли, спеша продемонстрировать свою лояльность. На поверхности все было идеально.

Но мы с Асмусом жили в другой реальности. Для нас война не закончилась. Она просто ушла в тень, стала тихой, невидимой и оттого еще более опасной.

Императорский Архив превратился в мою новую штаб-квартиру. По приказу Асмуса его опечатали, и доступ в закрытые фонды теперь был только у меня и у небольшой группы самых доверенных ученых-архивистов, которых Цзинь проверял до седьмого колена. Дни и ночи напролет мы изучали древние свитки, папирусы и костяные таблички. Мы искали любое упоминание о «звездных чтениях», о магии предсказаний, о «Детях Феникса».

Это была изнурительная, почти безнадежная работа. Древние тексты были полны метафор, аллегорий и откровенного бреда. На одну крупицу полезной информации приходилась куча мистической шелухи.

В то же время, я должна была исполнять свои обязанности Императрицы. Я присутствовала на заседаниях Совета, где мы обсуждали восстановление южных городов и назначение новых наместников на Севере. Я принимала послов, улыбалась на придворных приемах.

— Ты совсем не спишь, — сказал мне однажды Асмус, когда поздно ночью зашел ко мне в архив.

Я сидела за столом, заваленным свитками, и пыталась разобрать очередной выцветший манускрипт.

— Враг тоже не спит, — ответила я, не поднимая головы.

Он молча подошел, отодвинул свитки и поставил передо мной поднос с горячим супом и хлебом.

— Ты тратишь слишком много сил, — сказал он. — Поешь.

В эти моменты я видела в нем не Императора, а просто мужчину. Мужчину, который беспокоится обо мне. Мы сидели в тишине архива и эта простая, разделенная на двоих трапеза давала мне больше сил, чем любой сон.

Исследование зашло в тупик. Мы не нашли ничего конкретного о методах «Детей Феникса». Цзинь, со своей стороны, тоже не мог похвастаться успехами. Он проверил биографии всех высших чиновников, но лорд Фэн был чист, как горный хрусталь. Никаких подозрительных контактов, никаких тайных счетов.

Я чувствовала, что мы упускаем что-то важное. Что мы ищем не там.

И тогда я решила вернуться к самому началу. К источнику. К пленному капитану из Нефритовой Империи.

Я снова пришла в его камеру. Он был сломлен, но все еще горд.

— Я думал, вы уже вытянули из меня все, что хотели, ведьма, — прохрипел он.

— Я не ведьма, — ответила я. — Я — та, кто знает, что ваш оракул вас обманул. И я хочу понять, как именно.

Я села напротив его решетки.

— Я хочу, чтобы ты описал мне не пророчества. А сам процесс. Физически. Что происходит, когда ваша Императрица получает «звездное чтение»?

Он сначала отнекивался, но я давила. Я говорила о его чести, о том, что его предали, использовали. И он заговорил.

— Это происходит в Зале Звездного Эха, — сказал он неохотно. — В самом сердце их дворца. Туда не входит никто, кроме Императрицы. В центре зала, на обсидиановом постаменте, стоит он. Великий Кристалл. Он неземной красоты, говорят, упал со звезд. Когда наступает нужный час, он начинает гудеть, петь. И светиться изнутри. А потом, в его глубине, возникают образы. Слова. Это и есть голос Падшей Звезды.

Я слушала, и у меня по спине побежал холодок. Поющий кристалл. Образы.

— Этот кристалл, — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Он один? Или…

— Легенды говорят, что у него был брат-близнец, — усмехнулся капитан. — Но он был утерян много веков назад, вместе с флотом ваших предков из династии Солнечного Камня.

Все встало на свои места.

Я выбежала из казематов, не помня себя. Я ворвалась в покои Вдовствующей Императрицы, нарушая все протоколы. Она отдыхала, но, увидев мое лицо, поняла, что случилось нечто важное.

— Ваше Величество, — выдохнула я. — Легенды. Мне нужны легенды о династии Солнечного Камня. О магических кристаллах. О Близнецах.

Ее глаза расширились.

— Тише, дитя, тише, — прошептала она, приказав служанкам выйти. — Это опасные сказки. Говорят, у последних императоров той династии были Камни Эфира, «Близнецы Аэтерна». Два кристалла, что были единым целым, разделенным морем. Они могли говорить друг с другом на любом расстоянии. Один был на флагмане их флота, «Солнечном Копье». Другой — здесь, в столице, в их сокровищнице.

— Что с ними стало?

— «Солнечное Копье» и весь его флот были уничтожены отцом моего мужа. Камень утонул вместе с ним. А второй… — она понизила голос, — его не смогли уничтожить. Он был слишком могущественен. Его запечатали. В самой глубокой, самой древней сокровищнице под дворцом. В Хранилище Солнца. Его не открывали пятьсот лет.

Я не стала больше ничего спрашивать. Я бросилась в Военный Зал. Асмус был там.

— Я знаю, как он это делает! — выпалила я, едва переведя дух.

Я рассказала ему все. О кристалле. О легенде. О Близнецах Аэтерна.

Император слушал меня, и его лицо каменело.

— Падшая Звезда — это не оракул, — закончила я. — Он не предсказывает будущее. Он просто… синхронизируется со своим близнецом. Древним, магическим кристаллом, который находится прямо у нас под ногами.

В его глазах отразилось понимание, а затем — холодная ярость.

— Гао! — позвал он. — Собери «Клыков». Мы спускаемся.

Мы шли по бесконечным, пыльным коридорам подземелий дворца. Воздух становился все холоднее. Мы спускались в прошлое. Наконец, мы оказались перед ней. Дверь. Огромная, круглая, вырезанная из цельного куска какого-то радужного металла. На ней не было ни замков, ни засовов. Только магические печати, тускло светившиеся в свете