Ты даешь мне крылья - Марианна Красовская

— Ну мы как представили, что отражение такое… белое… Вроде как вот вся эта нечисть, слабость сжимается, сжимается… Ну и сжалась. Да и лопнула, как прыщик. А оттуда гною, гною! Да воняет еще! Сладко так воняет, как цветок хищный. Только еще мертвечиной несет неслабо. А у Тиры внутри тварь какая-то глазами зыркает да потягивается. Она раньше как в коконе была, пряталась. Вроде как в горошинке маленькой. А питалась её же энергией. Другую бы давно сожрала уже, но у нее энергии страх как много, да еще эксперименты магические. Понятно, что тут она вроде как на поправку пошла, много же энергии да в замкнутом куполе, тварь быстрее насыщалась. Как бы девочка не старалась, а вне университета уже бы когти откинула. Пап, а ты за меня словечко замолвишь, а? А то бабушка мне обещала перья выдрать, если меня снова отчислят, а она выдерет, ты же её знаешь…

— На редкость талантливый раздолбай, — вздохнул Эрхан. — Волшебник Корт слезно умолял простить его после пожара в столовой. Говорит, ему очень не хватает свежего взгляда грифонов и их развитых органов чувств.

— Ну что, папочка, возьмешь на поруки сыночка? — язвительно спросила Эрин. — Ты у нас теперь многодетный отец, как я погляжу.

— Не язви, дочь, — спокойно ответил Тариэль. — Мне столько лет, что у меня давно могло народиться сотня-другая детишек, но черт возьми, все они начали появляться только сейчас. А на руках мне удалось подержать и вовсе только одного. Радуйся, что твоя Дара растет у тебя на глазах, и не ревнуй.

Эрин фыркнула и отвернулась. Эрхан озабоченно отвел в сторонку Хория, чтобы старик не ляпнул что-нибудь лишнее. Тира и Горхель смотрели на Тариэля, вытаращив глаза.

— Вы что, отец королевы? — изумленно прошептала крылатая девушка.

— Знаешь, дорогая, теперь ты на особом положении, — любезно ответил Тариэль. — Ты, так сказать, в ближнем круге. Надо разбираться с тобой и с демоном. Или тебя не настораживает, что все так свободны при тебе? Хочешь ты или нет, теперь ты одна из тех сумасшедших, которые стоят во главе Империи.

— Но почему? — отчаянно воскликнула Тира. — Я не хочу! Я не готова!

— Не хочешь? — усмехнулся Тариэль. — Милости просим за двери. Тварь внутри ты разбудила, поздравляю. Ты даже не протянешь так долго, чтобы успеть разболтать всё то, что сегодня узнала. Или ты можешь попытаться стать нам полезной, а мы подумаем, как тебе помочь. Кроме того, ты в любом случае связана с грифонами, а значит, являешься и моим потомком. Помимо всего прочего.

— Я… я… — Ты или глупа, или слепа, — неожиданно сказала королева. — Я вот узнала своего отца, когда впервые его увидела. Ты не узнаешь его, даже когда он прямо говорит тебе об этом.

— Я не глупа и не слепа, — буркнула Тира угрюмо. — Даже с этой дурацкой бородой он остается пиратом. Другое дело, что он мне не отец и вообще…

— Лиэль, Лиэль, — печально произнес Тариэль. — Что я сделал, что ты возненавидела меня? Я был плохим отцом? Я не любил, не целовал тебя, не утирал твои слезы? Я не предоставил тебе возможности выбрать путь? Я не учил тебя всему, что знал сам?

— Ты лгал мне, — резко ответила девушка. — В чем, Лиэль? — Моя мать! Ты убил её!

— Правда? — Тариэль почесал голову. — Не припомню такого. Вроде бы старушка Зара сама скончалась. Знаешь ли, грифоны живут хоть и долго, но не вечно. Впрочем, стоит уточнить у Корта.

— Зара? Корт? — растерянно спросила Тира. — Мать мою изнасиловал грифон…

— Наглая ложь! — возмутился грифон. — Людские самки нас в этом плане не интересуют!

— Кто тебе внушил такую чушь? — хищно прищурился Тариэль.

— Я… кажется, я сама вспомнила. Сны… Видения…

— Демон! — хором сказали Эрин и грифон.

— Твой отец Корт Неугомонный, — мягко сказал Тариэль. — Твой родной отец.

— А Коранна? Мама?

— Увы, Корт к тому времени еще не был женат. Твоей матерью стала Зара — старейшина грифонов. Она подарила искру своей жизни яйцу, из которого ты вылупилась.

— Яйцу? — пискнула девушка. — Я из яйца?

— Да. Корт бредил летучими людьми, но ты единственная его удача. Он создал тебя искусственно.

— Я что, мутант? — расстроилась девушка.

— Мы все мутанты, — ободрил её Горхель. — Грифонов тоже т'ига создали, и ничего, мы не жалуемся. А если ты дочь Зары, то ты моя бабушка, ха-ха! Я праправнук Зары, так-то! Теперь я понимаю, почему сразу в тебя влюбился. Нет, конечно ты ужасно хорошенькая для людей, да еще крылья…

— Горхель! — перебил грифона Тариэль. — Потом расскажешь. Ума не приложу, когда грифоны стали такими болтунами. Мы их вообще бессловесными делали. Так что, Лиэль, теперь у тебя как минимум один отец, мачеха, четверо братьев и один внук. И уж к Корту нельзя предъявить никаких претензий. Он искал тебя много лет.

— Отец… братья… — удивленно прошептала девушка, пробуя новые слова на вкус, и, отчаянно вскрикнула. — Папа!

Лиэль рыдала на груди у Тариэля, а он гладил её волосы. Эрхан, которому такое развитие событий сильно не нравилось, внимательно изучал ногти. Эрин успокаивающе похлопала его по плечу.

— Демоны, грифоны, потеря памяти, — процедил сквозь зубы Эрхан. — Почему у меня одного это вызывает подозрения?

— Не у одного, — тихо сказала Эрин. — Тут явно дело нечисто.

Эрхан и сам не мог объяснить, почему крылатая девушка вызывает у него острую неприязнь, граничащую с ненавистью. Он уже не хотел, чтобы она исчезла, но в её присутствии беспричинно раздражался. Подобные чувства были для него внове. За последние годы люди перестали вызывать у него интерес, жалость или восхищение. Все они казались скроенными по одной мерке, отлитыми из одной формы. Несколько отличались от прочих Тариэль и Эрин со своими сверхспособностями, но и они были настолько же людьми, насколько и остальные маги.

А вообще Эрхан устал. Он привык спать по четыре-пять часов в сутки, делать несколько дел одновременно и быть в нескольких местах. Какой бы талантливой ни была его племянница, она была всего лишь женщина, и порой просто отказывалась заниматься делами. Её муж, впрочем, Эрхану никогда не отказывал, так же безропотно неся бремя власти, что и вся семья, но Эрин и его отгораживала.

Иногда первому советнику приходила мысль об отпуске, но тут же увядала. Несмотря на то, что все в государстве работало как часы, без его присутствия все ломалось.

Наконец Лиэль успокоилась. Тариэль вывел её из здания университета, пообещав устроить в отдельном доме. Поскольку семестр уже начался, все домики были заняты, и крылатую девушку временно поселили к грифону, который занимал