Гиблый уезд - Владимир Евгеньевич Чернявский

причмоком лопнул. Из разрыва показалась огромная, под стать Флавию, фигура, закованная в черные латы. Мощные мышцы, круглые ступни, похожие на копыта, выгнутые назад колени, на лице вместо забрала – темное зеркало. В руке Касьян сжимал меч в сажень длиной.

Флавий развернулся к новой угрозе. Ноги его подрагивали. Бок и нога болели, из ран густыми ручейками сочилась кровь. Несмотря на мощь змеевика, напряжение боя давало о себе знать.

– Я предупреждал! – послышалось знакомое Касьяново шипение. – Еще не поздно отступить и получить заслуженную награду. Отдай медальон!

Рядом с Флавием появился серебристый короб, похожий на тот, в котором хранилось золотое яйцо. Крышка на нем сама по себе откинулась. Внутри лежала бархатная подушка с круглой выемкой посредине – как раз под размер медальона.

– А тебе еще не поздно сдаться, – пробурчал Флавий. Зачерпнул из змеевика, сколько мог, серебра и распрямил спину, чувствуя, как тело накрывает новая волна силы. – Сломал я твои игрушки и тебя поломаю! – сказал он твердо.

– Попробуй!

Короб исчез. Касьян извлек из ножен второй меч и наклонил набок голову, будто присматривался к Флавию. Бока монстра раздулись. Из них появилась еще одна пара рук. Он потянулся ими за спину и каждой вытащил по клинку.

Не раздумывая, Флавий дернул бичом. Черная фигура не шелохнулась, только клинки в ее руках замелькали, кромсая светящуюся нить. Отрубленные куски вспыхнули и исчезли, не долетев до земли. Касьян снова склонил набок голову, как бы приглашая попробовать снова.

Флавий тоже остановился, размышляя, что предпринять. Бурлящее серебро потекло во все его четыре руки. В каждой ладони вырос обоюдоострый меч, налился светом и затвердел. «Что ж, пригодится дедова наука, да и в кадетах не зря фехтовать учили», – мелькнуло в мыслях Флавия. Он прыжком сократил дистанцию и обрушил на противника град ударов. Засвистел рассекаемый воздух, звякнула сталь. Касьян, видно, предвидевший атаку, откатился назад, парировал выпады и сам пошел вперед. Настала очередь защищаться Флавию. Он отбил пару мечей, остальные блокировал и снова атаковал, целясь противнику в грудь и ноги.

Флавий и Касьян закружились друг напротив друга в бешеном танце, нанося и отбивая удары, ускоряя и замедляя темп. Воздух гудел и вибрировал. Флавий перестал дышать, только ритмично, словно помпой, качал силу из змеевика, наполняя ей тело. Касьян предугадывал движения Флавия, но и он понимал противника. Силы и умения оказались равны. Оставалось ждать, кто первым даст слабину. Чаша весов склонялась не в пользу Флавия: давали о себе знать усталость, боль в боку и ноге.

Он начал отступать, когда заметил движение позади Касьяна. Перевернутый паук качнулся, брюхо его вздулось горбатым нарывом. Стальная чешуя с треском лопнула. Из разрыва появилась перепачканная в зеленом соке голова Егора, потом его руки и плечи. Голем вылез из нутра паука и, скользнув по неподвижной туше, спрыгнул на гранит.

Флавий собрал остатки сил, черпанул колючего жара из змеевика и ринулся в атаку. Он двигался вдвое быстрее, чем раньше, мечи в его руках превратились в сияющее марево. Маневр удался. Не ожидая такого напора, Касьян начал отступать. Егор незамеченным приближался к месту боя. Двигался он длинными прыжками, при каждом касании гранита тело голема увеличивалось в размерах, и, когда он подскочил сзади к Касьяну, оказался выше того на целую голову.

Касьян отбил атаку и перешел в наступление. На Флавия обрушился каскад ударов в грудь, живот, ноги. Не выдержав напора, он оступился и полетел спиной на гранитные плиты. Мечи выпали из ослабевших рук. Касьян нацелил клинки для финальной атаки, шагнул было вперед и повис в объятиях Егора. Голем обвил монстра длинными, как змеи, руками, не давая ему сдвинуться с места.

Касьян задергался, силясь вырваться, но не смог. Затрясся, как в лихорадке. Очертания его тела размылись, латы раскалились до пунцового цвета. Егор задымился и вспыхнул, словно зажженная спичка. Языки пламени окутали голема с головы до ног. Флавий вскочил, забыв о боли. Сорвав с шеи медальон, он размахнулся и со всей силы впечатал кругляш в грудь Касьяна. Тот остолбенел, зеркало на его шлеме помутнело и покрылось паутиной трещин, на глянце выступил белый пепельный налет.

Флавий потянулся к Егору, но тут же отдернул руку и скрючился от боли. Кости его затрещали, сжимаясь, плоть начала усыхать и скукоживаться. Он упал на пол, трясясь от холода. Гранитные плиты вокруг побелели от изморози. Флавий мысленно потянулся к змеевику на груди, но не нашел его. Сквозь слезную дымку он видел, как пламя схлынуло с Егора. Обгоревшие чурбаны с глухим стуком посыпались на пол.

Из-под лат замершего монстра пошел дым. Длинные смоляные языки, закручиваясь спиралью, тянулись в темноту за спину Касьяна. Тот натужно закряхтел, попятился следом за дымом, споткнулся о лежащие под ногами чурбаны и полетел на спину. Воздух за ним заколыхался, пошел рябью. Монстр упал в него, словно в воду. Черные волны накатили со всех сторон и скрыли закованную в латы фигуру.

Глава 6. Исток

Колени и ладони заледенели. Каждое движение отдавалось болью в раненых ноге и боку. Тянуло гарью. Казалось, дым разъел пересохшее горло, горечь наполнила легкие. Флавий полз на четвереньках по ледяной изморози. Похожие на соль кристаллики льда искрились на призрачном свету, собираясь в белый узор. Впереди валялись обгоревшие чурбаны – все, что осталось от Егора, будто великан поиграл в исполинские городки.

Ближе всего лежала голова голема. Огонь сжег нарисованное лицо, чурбан покрывала черная потрескавшаяся корка.

– Егор! Ну что же ты… – Флавий подобрал коромысло, служившее деревянной кукле плечами, и, пачкаясь в саже, пристыковал к нему голову.

Чуда не случилось, деревяшки не соединились, как прежде. Флавий привычным движением коснулся груди, но с досадой отдернул руку, вспомнив, что медальона у него нет.

Шипя от боли, Флавий поднялся и заковылял к месту, где исчез Касьян. Через пару саженей уперся в невидимую стену. Под ладонями преграда пружинила и прогибалась, будто сложенная из прозрачного желе.

Флавий отошел на десяток шагов, разбежался и прыгнул, выставив вперед плечо. Раздался звонкий хлопок, Флавия перевернуло вверх ногами и обволокло водой. Едва успев сделать вдох, он зашарил вокруг руками, но не нашел опоры. Ни верха, ни низа – повсюду серая муть. Быстрое течение подхватило его, закружило и понесло. Воздух быстро закончился, горло свело спазмом, легкие раздирала боль. Флавий снова зашарил по груди и, не найдя медальона, задергался. Он зажал ладонями рот и нос, но тело свело судорогой, и челюсти разжались в безмолвном крике. Флавия швырнуло на что-то