Возвращение Тени - Джон Рональд Руэл Толкин

В версии A Топотун, чтобы помочь Бинго решиться, отдаёт ему письмо, когда господин Баттербур уходит; в B он напоминает Бинго о письме (как в FR, с. 181). И в B Баттербур лишь теперь входит в гостиную, так что осознание того, что Мерри не вернулся, откладывается.

Характерное сочетание этих расходящихся рассказов — или выбор из них — обнаруживается в соотношении между окончательной историей в FR и двумя первоначальными вариантами, ибо A соблюдается в том, что господин Баттербур входит посреди разговора хоббитов с Топотуном/Бродяжником, — а B в том, что именно у Баттербура письмо Гэндальфа. Весьма характерно и то, что «подслушивание» Топотуном Гэндальфа и его спутников за изгородью на Дороге к западу от Бри уцелело в FR (с. 176), но обратилось в подслушивание Бродяжником самих хоббитов — ибо в FR Гэндальф, конечно, побывал в Бри и оставил письмо задолго до того, в конце июня, а ко времени Угощения был уже далеко. Но хотя относительная хронология — между передвижениями Гэндальфа и хоббитов — была бы полностью перестроена, хронология самих хоббитов не менялась никогда.

Чт. 22 сент. — Угощение. Гэндальф и Мерри с гномами и эльфами покинули Хоббитон (после фейерверка).

Пт. 23 сент. — Бинго, Фродо и Одо покинули Хоббитон и заночевали под открытым небом.

Сб. 24 сент. — Хоббиты провели ночь с Гилдором и эльфами.

Вс. 25 сент. — Хоббиты к ночи достигли Бакленда. Гэндальф со спутниками поутру прибыл в Бри.

Пн. 26 сент. — Хоббиты в Старом Лесу; первая ночь у Тома Бомбадила. Гэндальф со спутниками покинул Бри, оставив письмо для Бинго. Чёрный Всадник является в трактир (или встречает Топотуна на Дороге).

Вт. 27 сент. — Вторая ночь у Тома Бомбадила. Четыре Всадника являются в трактир (или Топотун встречает их на Дороге).

Ср. 28 сент. — Хоббиты схвачены умертвием.

Чт. 29 сент. — Хоббиты прибывают в Бри.

Те же даты движения хоббитов появляются в «Повести Лет» в ВК, Приложение B (с. 372). То, что 22 сентября, день Угощения, было четвергом, впервые появляется в четвёртой версии «Долгожданного угощения» (FR, с. 34); изначально это была суббота (см. с. 21, 38).

О значении карандашных добавлений на с. 153–154, которыми Топотуну приписано, что он видел Всадников «к западу от Бри» уже в субботу, до прихода туда Гэндальфа, и говорил с Гэндальфом о них при встрече, см. с. 217, примеч. 11.

С того места, где две версии сходятся, текст (чернилами поверх карандаша) идёт так. Привожу его полностью, ибо, хотя многое сохранилось в FR, различий в подробностях очень много.

— Нельзя, — сказал Топотун, — а значит, хочешь не хочешь, эту ночь вам придётся остаться здесь. Что сделано, того не воротишь, и нам остаётся надеяться, что всё будет хорошо. Не думаю, что что-нибудь проберётся внутрь этого трактира, раз он заперт. Но, разумеется, выйти нам надо как можно раньше поутру. Я буду на ногах прежде Солнца и пригляжу, чтоб всё было готово. Вы отстали дня на два-три — как-то так. Может, по пути расскажете мне, что с вами было. Если не выйдете рано и не пойдёте быстро, сомневаюсь, что застанете хоть какой-нибудь лагерь на Заверти.

— В таком случае давайте-ка спать! — сказал Одо, зевая. — А где этот глупый Мерри? Только не хватало, чтоб нам сейчас пришлось выходить его искать.

В этот самый миг они услышали, как хлопнула дверь и в проходе застучали ноги. Мерри влетел вихрем, поспешно затворил дверь и привалился к ней. Он запыхался. С мгновение они в тревоге глядели на него; потом он выдохнул:

— Я видел одного, Бинго. Я видел одного!

— Что? — вскричали они разом.

— Чёрного Всадника!

— Где? — сказал Бинго.

— Здесь. В деревне, — ответил он. — Я вернулся с прогулки и стоял как раз за полосой света из двери, глядя на звёзды: ночь погожая, но тёмная. Я почувствовал, как что-то приближается, если понимаешь, о чём я: была этакая тёмная тень, и тут я увидел его на миг,[14] как раз когда он прошёл сквозь луч света из двери. Он вёл коня вдоль травяной обочины по ту сторону Дороги и почти не издавал ни звука.

— Куда он пошёл? — спросил Топотун.

Мерри вздрогнул, впервые заметив незнакомца.

— Продолжай, — сказал Бинго. — Это посланец от Гэндальфа. Он нам поможет.

— Я пошёл за ним, — сказал Мерри. — Он прошёл через деревню до самого восточного края, где Дорога огибает подножие холма. Вдруг он остановился под тёмной изгородью, и мне почудилось, что он говорит или шепчется с кем-то по ту сторону. Я не был уверен, хоть и подкрался как мог близко. Но, боюсь, на меня вдруг напала дрожь и всё сделалось чудно́, и я кинулся назад.

— Что же делать? — сказал Бинго, оборачиваясь к Топотуну.

— Не ходите по своим комнатам! — тотчас сказал Топотун. — Это, верно, был Билл Ферни — ведь его нора на восточном краю Бри, и более чем вероятно, что он выведал, какие комнаты вам отвели. У них маленькие окна, глядящие назад, на запад, а наружные стены не очень-то толсты. Мы все останемся здесь, запрём дверь и окно и будем сторожить по очереди.[15] Но сперва лучше принести вашу поклажу — и устроить постели!

В этом месте мой отец прервал первоначальный карандашный черновик, чтобы набросать план дальнейшей истории, и, поскольку эту часть рукописи он чернилами не надписал, её можно прочесть — или можно было бы, не будь она нацарапана на самом пределе разборчивости и за ним.

Так и сделано. Подушки в постели. Ночью ничего не случается — но поутру окна открыты, подушки на полу. Пони все пропали. Тимоти [т. е. трактирщик Тимоти Тайтус] в великом смятении. Они [?счёт]. Он платит за пони[?, но больше] не достать. Нехватка в деревне. Они идут дальше с Топотуном пешком. Топотун ведёт их к норе дикого хоббита и [?уговаривает друга] бежать вперёд и послать на Заверть весть с пони? Топотун [?ведёт их тихими тропами в стороне от …] дороги, через леса. Однажды далеко-далеко на холме, что глядел вниз на отрезок дороги, им померещился Чёрный Всадник, сидящий на коне [?и