Западня для эгоиста - Юрий Николаевич Москаленко

Я проводил взглядом своеобразную врачебную комиссию и повернулся лицом к Ричарду. Сосед оказался укрыт с головой, а при достаточном удалении звука шагов он появился из-под одеяла с невозмутимым выражением. Наверняка рассчитывая, что я не обращу внимание на эту крохотную странность его поведения. Я ему подыграю, конечно же, но заметочку в памяти сделаю.

— Ну надо же, — заговорил он в манере ироничного удивления, — сам Фернандо Лоран проявляет интерес к твоим злоключениям, что подтверждает мои примечания про закабалённое оружие и раны, ранее высказанные, — Ричард не преминул подчеркнуть свою правоту. — И старый ритуал к тебе применили, и своей светлой кровью кто-то с тобой поделился…

— Вы как-то неискренне восхищаетесь, Сэр, — я тоже высказал очевидность. — И кто такой этот Лоран? — спросил я и с зубовным скрежетом повернулся к соседу, лёжа на кушетке, естественно.

— Ты и этого не знаешь? — тут сосед искренне удивился. — Ну точно, будто вылез на свет из Долины Теней, простирающейся под Небесным Архипелагом! А может ты Тёмный и рождён в вечной черноте лабиринтов под городом? — он смерил меня подозрительным взглядом, а я постарался не выдать свою Тёмную Суть, подозревая в собеседнике фанатичного представителя Светлой Касты, причём с уклоном в сторону каких-нибудь злобных силовиков-радикалов. — Ну-у, ладно, — Ричард тоже повернулся ко мне, изменив положение на более удобное, и подпёр рукой голову.

Мои же мысли, на данный момент, собрались в кружащую стайку вокруг вопроса — каким таким чудным образом меня, на минуточку Тёмного, угораздило попасть в обитель Светлых, да ещё и поучаствовать в воскрешении ритуала лечения с привлечением в помощь донорской крови. Э-ээ, опять же, взятой от какого-то Светлого? Вопрос на миллион местных дракх!

— Фернандо Лоран, х-мм, если не шутишь с неведением, то слушай далее, — сосед всё-таки не отмёл подозрений насчёт моей неосведомлённости.

— Поверьте, вот реал — не знаю я этого господина! — пришлось надавить на него с ноткой обиды за недоверчивость.

— Это уважаемый в Королевстве Магистр, преподаватель лечебных и прикладных знаний Стихии Жизни в известном Лицее Магического Равновесия, — зазвучали слова объяснения. — Редкий раз Фернандо снисходит до личного посещения храмовных лечебниц городских окраин, ведь звонких монет в заведениях милосердия не подают, — Ричард коротко прояснил ситуацию. — Вот я и удивился его появлению.

— Да-а уж, если такой уважаемый муж меня навестил, то, получается, крепко меня приложили, — я сделал логический вывод. — Тогда, есть смысл вернуться к истокам нашего разговора?

— Ты про подробности, о которых я дознаться пытался? — сосед сразу смекнул. — Было бы здорово, но ты же продолжишь опять упираться, хе-х, — он вздёрнул брови и одарил меня лёгкой ухмылкой.

— Постараюсь не разочаровывать — спрашивайте! — подтвердил я готовность к продуктивному диалогу.

— Хорошо, расскажи, как всё случилось, — Ричард приготовился слушать.

— Рассказывать-то особо и нечего, — я перешёл на деловой тон. — Ну посидел я за кружечкой-другой эля в баре у Мистера Руперта, это который в Тихом Проулке…

— Где-где посидел? — нахмурился собеседник.

— А-аа, в местном трактире! Бар — это я так коротко его обозвал, — пришлось развеять непонимание. — Посидели с уважаемыми господами из того же проулка, пообщались по делу и я засобирался с Братцем Туком до его дома…

— Я слышал о нём, — Ричард опять перебил меня с примечанием. — Брата Тука разжаловали из Храмовых Адептов за избыточную любовь к горячительным, — он подтвердил осведомлённость раскрытием факта. — Кстати, я узнавал — это он и принёс тебя сюда, ты продолжай.

— Посидели душевненько, я вышел первым и до меня тут же доколебались трое отморозков в масках, — я продолжил. — Причину выбрали банальную — отъём монет, уплаченных мне за рецепт, которым я поделился с молодой аристократией, отмечающей поступление в Лицей, — я взял паузу.

— А четвёртый, стало быть, тебя и пришпорил? — правильно подметил Ричард. — Что ж, всё предельно ясно — скорее всего, сам наниматель и нанёс удар в спину, а заимел ты врага на том званом ужине!

— Почему там? — тут я напрягся, ибо очень уж верно мыслит мой оппонент.

— Предчувствие, — он попытался отмахнуться, но я насупился, намекая на желание знаний подробностей. — Не дави на меня — только там ты столкнулся сразу с множеством влиятельных особ, кои могут иметь отношение к закабалённому оружию, или к его обладателям, — ответил Ричард размазано, но очень похоже на правоту. — Тебе невероятно везёт, но это продолжится ровно до той поры, пока о чудесном спасении не станет известно вражинам!

— Спасибо за суровую прямоту — очень бодрит, знаете ли, — пробубнил я, не маскируя расстройства. — Кстати, а вы не в курсе состояния дел с моими документами и остальными вещами? — задал я насущный вопрос, предвидя нерадостные результаты.

— Ты ещё про дракхи спросил бы, — иронично подметил Ричард. — Ничего при тебе не было, а иначе, обращения к тебе звучали бы с положенным титулом, ведь одежда твоя не из дешёвой лавчонки, и безродные люди такую не нашивают, хе-х, — он опять усмехнулся. — А так, что бы ты знал наперёд, известно лишь имя, которое Братец Тук упомянул, что даёт одно весомое преимущество и открывает какой-никакой, а шанс к долгой жизни, — таким заявлением он всерьёз удивил меня.

— Это каким-таким макаром? — я в офигении округлил глаза и даже на локтях привстать попытался, но желание провалилось в канаву боли.

— Ты можешь придумать себе новую историю, фамилию взять иную и исчезнуть, даже город покинуть можешь и вернуться в южные провинции, где тебя точно искать не будут, — простенько преподнёс он рецептик решения проблем в духе радикализма.

— Я подумаю над отъездом, — я ответил честно, хотя и со скепсисом. — А идею обновлённого имени, с учётом известного, я непременно возьму в разработку и возможно обзаведусь псевдонимом, хоть и не вижу смысла, ведь хорошие парне не прячутся, — так же честно ответил я. — М-да, а вы так и не рассказали о причине личной заинтересованности в моём деле, — напомнил я об упущенном пунктике нашей доверительной беседы.

— Я конечно же объясню, а вот покидать-то Роккенхендж ты не планируешь, не