Пустой II - 5 часть - Артемий Скабер

остальных. Всегда улыбалась и старалась помочь. Пришла к нам в комнату меня проверить… и тут одно за другим всплыли воспоминания, как она останавливала руку над моим источником, будто что-то искала.

Тогда в лечебной комнате, когда мой источник среагировал на артефакт и метка проснулась, она что-то сделала рукой. Тогда я был так занят попыткой всё скрыть, что не подумал над этим как следует. Что она на самом деле сделала и для чего?

Скрыла мою метку… чтобы в школе не узнали и я отправился сюда на экзамен? А остальным её просто поставила? Внутри словно огонь загорелся. Мышцы напряглись, и я заставлял себя расслабиться.

Ребята шутили, что я ей понравился… Теперь я знаю почему именно. Выходит, тот сектант, который был в школе всё время и ждал своего часа, — это… Мейна? Кровь стучала в ушах, пока я продолжал за ней следить.

Перед глазами — то, как она помогала Сорре спасать учеников, её руки в крови. Я, Тавр, Сарн, Варис, Бренна и Одр… она ведь помогала его спасти. Зачем? Ответ нашёлся сам и быстро. Ей нужен был неиспорченный материал тут. Сосуды, из которых она потом получит пилюлю Возвышения или Прорыва.

И тут внутри вспыхнула… пустота. Она тут же поглотила все мои эмоции. Потянула что-то из источника, и я даже напрягся, потому что решил, что сейчас оно заберёт у меня силу. Перестал смотреть на Мейну, потому что от этого было только одно желание — убить… убить тварь, что притворялась целительницей в нашей школе. Ту, которая пометила всех наших, чтобы их поймали и превратили в сектантскую пилюлю.

Я считал Тарима с Эиром чудовищами, но, похоже, у тварей может быть вполне симпатичное лицо и красивая улыбка. Важный урок, который я заставил себя запомнить на всю жизнь: не верить никому просто так! Проверять перед тем, как дать человеку прикоснуться к себе или оказаться рядом.

Тронул Сарна за плечо и повёл подбородком назад. Уходили мы раньше, чем тронулся обоз. Обоз двинется по колее, значит, наш путь должен лежать в стороне от неё, и лучше выше, там, где камень голый.

Первые триста шагов молчали.

За вторым поворотом, где кладка сомкнулась над головой и от площадки нас отделяли два квартала, Сарн наконец выдохнул через зубы:

— Тварь. Семя шалха. Да она хуже распутной девки… — причитал он.

— Помолчи, — ответил я, не поворачиваясь.

Пустота всё никак не унималась во мне. Стоило только эмоции появиться, как она тут же её пожирала, а вместе с ней и часть моей энергии. Я хотел чувствовать ярость и ненависть к ней, но у меня не выходило, и от этого я только больше злился.

Он помолчал ровно столько, сколько выдержал.

— Это точно она?

— Точно.

— Я думал, мне мерещится.

Прошли ещё сотню, и я задал вопрос, который вертелся у меня с той пульсации, когда я разложил проверку по порядку.

— Перед экзаменом, в лечебной. Кто клал тебе артефакт на грудь?

Сарн нахмурился.

— Сорра.

Остановился я так резко, что он в меня чуть не влетел.

— Точно Сорра?

— Точно. — Он даже плечом повёл. — Я ещё удивился, что старшая сама возится. Мейна тогда отошла, Сорра попросила что-то принести.

Кровь у меня стукнула в ушах.

— Ты уверен, что Мейна тебя не касалась?

— Абсолютно. — Сарн поглядел на меня и сузил глаза. — Ты думаешь, что я настолько глуп, что не запомню, кто клал мне артефакт на грудь? Рейланд, к чему это?

Ответил я не сразу, потому что в этот момент у меня в голове всё вошло в пазы, и вошло с таким сухим щелчком, что я даже услышал его.

— К тому, — выдохнул я, — что ты должен благодарить Сорру за то, что тебя проверила она.

Сарн стоял и глядел на меня.

— Ты хочешь сказать…

— Что сектантом в школе, которого искал Ровэн, была та, кто держала артефакт, который должен был найти сектантов.

Он открыл рот. Закрыл. Отвернулся и упёрся ладонью в кладку.

— Синару мне в жёны, — выговорил он тихо. — А Тавра в братья. Как?

— Меня мучает тот же вопрос… — криво улыбнулся я. — Как в школе не заметили сектанта и позволили ему пометить учеников класса Стебля? Стоит ли за ней кто-то или она сама по себе…

Сарн ударил кулаком по стене. Я схватил его за плечи и дёрнул.

— Тихо.

— Я думал, что сильнее Вельт не смогу никого ненавидеть… ошибся.

Двинулись дальше. Оставалось ещё одно, о чём я молчал. Выходило, что Мейна знала про мой источник, про метку, которая на нём жила. Её проверки были не просто так, вот только чего она добивалась… я пока понять не мог.

Последние двести шагов я вёл нас по камню, потому что от привычки не остаётся ничего, если её нарушить один раз. У лаза остановился и стукнул камнем о камень, переждал и стукнул ещё раз.

Изнутри отозвалось шорохом.

— Свои, — сказал я в темноту.

Тавр вылез навстречу с копьём, разглядел нас за одну пульсацию и всё понял неправильно.

— Кто? — выдохнул он и опустил взгляд. — Варис? Одр?

— Нет, — мотнул я головой.

— Они… мертвы? — сын дружины схватил за плечо Сарна и сжал.

— Да тихо ты, дурак, — огрызнулся парень.

— Внутрь, — кивнул я, и мы залезли обратно.

Когда устроились, я начал рассказывать всё, что мы увидели. Про то, что семь мёртвых сектантов, считая Мелта. Стоило Тавру это услышать, как на лице тут же вспыхнула улыбка. Поведал про то, что шестнадцать учеников сбежало, — вот тут сына дружины понесло. Он быстро объявил это нашей с ним заслугой. Упомянул про Бренну — и тут Тавр выдохнул. А когда мы дошли до Мейны, он долго не верил.

— Чушь, — отрезал Тавр.

— Сарн видел то же, что и я.

— Сектант в школе? Она нас пометила? — сын дружины сыпал вопросами и спорил.

Я молчал, пока Сарн ему всё раскладывал. Выходит, она из Пепельного Сева и кто-то очень важный в этой секте. И если её убить, то это нанесёт им урон. Как? Может быть, она тоже Узел или даже Сердцевина, и поэтому я не смог прощупать её источник?

И тут поймал себя на одной ошибке, которую больше не должен совершать. Всё это время я не проверял её источник и Сорры тоже, потому что даже не подумал об этом. Они же целительницы… они не враги, не нападали и не угрожали мне.

— Значит, всё-таки она, — выдохнул Тавр наконец. — Шалх. Шалх, шалх, шалх.

Он ударил затылком о камень, когда запрокинул голову.

— А я ей спасибо