Эльфийский сыр - Екатерина Насута

и водители отошли за черту. Седой и еще один хмурый тип, взявший на себя роль секунданта Глыбы, о чем-то тихо переговаривались. Глыба же, скинув пиджачок, хлопнул руками.

– Короче… приходи к нам… как оклемаешься. Я за тебя слово замолвлю. Все ж ты не ссыкло, как иные…

И ударил.

Без предупреждения. До объявления начала драки. Пользуясь моментом… Двигался Глыба, несмотря на размеры, быстро. И пожалуй, кто другой, пропустив этот удар, не поднялся бы.

Александр ушел.

И перехватив руку, извернулся, подныривая под тушу. Подсечка. И Глыба полетел по земле, поднимая пыль, чтобы остановиться. Подняться. И броситься вперед со звериным рыком. Лицо его исказила гримаса ярости. Глаза затянуло кровавой пеленой.

Да что с ним такое-то?

Александр с легкостью ушел в сторону и ударил вдогонку. Впрочем, ощущение было таким, что Глыба просто-напросто не чувствовал ударов.

Он крутанулся.

И всхрапнув, распрямился. И пошел на Александра. Медленно. Неспешно. Не пытаясь прикрыться… Его голова опустилась, будто шея вовсе исчезла. Руки повисли, что придало Глыбе сходство с гориллой.

Александр ударил, целя в шею, но Глыба с легкостью отмахнулся от удара.

И ударил сам.

Раз.

И другой.

Он бил как-то по-звериному, широко, с размахом, не заботясь, что противник может сам добраться до туши. Александр и пытался. Он подныривал под огромные, шарящие в воздухе руки, ускользая из-под захватов, уклоняясь от ударов, и бил сам. Раз за разом. В какой-то момент даже услышал, как внутри Глыбы хрустнула кость. Но тот снова не почуял.

Что за…

Нормальный человек не может вот так.

Нормальный…

Огонь рванулся, желая помочь, но Александр одернул силу. Не по правилам… Он поймал обеспокоенный взгляд Седого. И того, второго, который наблюдал за боем, все больше хмурясь. Его рука то и дело тянулась к телефону…

Нет уж.

Александр в очередной раз уклонился от удара, зашел сзади и, подпрыгнув, обхватил шею Глыбы, повис на спине его, сжимая захват. Если перекрыть воздух, то транс не поможет.

Глыба заревел.

И дернулся, пытаясь скинуть противника. Согнулся. И Александру пришлось обхватить его и ногами, а еще он подтянулся повыше, норовя сунуть руку поглубже под каменный подбородок Глыбы. Когда не вышло, ударил второй по затылку, отчего Глыба дернулся и голову поднял.

Вот так.

А теперь сжимать.

Держать.

И просто держать. Прижиматься к спине. И давить, собирая всю силу, какая есть. Захрипев, Глыба еще раз попытался стряхнуть Александра. А потом, резко остановившись, будто в голову его все-таки пришла какая-то донельзя занятная мысль, он резко запрокинул голову. Бритый затылок его впечатался в переносицу Александра, и что-то внутри нее хрустнуло, а в голове – зазвенело.

Вот только рук Александр не разжал.

Боль заставила лишь усилить захват.

Глыба же рухнул на всю спину.

Александр только выдохнул.

И руки не разжал.

Кости, кажется, затрещали… и подумалось, что если его сейчас раздавят, то это будет на редкость глупая смерть. Пожалуй, глупее, чем у отца… Главное, даже на пьяное состояние не спишешь, потому что Александр трезв.

Глыба, перевернувшись на живот, попытался подняться.

И завыл.

Глухо, совершенно по-звериному. А потом руки его подломились, и он-таки упал. Животом. Лицом. На землю… и затих.

– Твою ж… – раздался чей-то голос. – Охренеть…

– Эй, парень… отпусти…

Голоса доносились издалека. В ушах звенело… и руки надо бы разжать, но страшно, что эта туша притворяется, что…

– Отпусти. – Александра потрясли за плечо. – Слышишь? Как там тебя… ты отпусти. Сергеич, помоги, видишь, не в себе парень…

– В… – Александр выдохнул и успокоился. – В себе я. Он… точно?

– Точно, – хохотнул кто-то, подавая руку. – Ну ты даешь… дохлый-дохлый, а этого урода укатал… в жизни б на тебя не поставил…

Подняться получилось не сразу.

Руки дрожали.

И ноги тоже.

И главное, из носа лилось… лилось.

– Возьми. – Седой протянул платок. – Ты как себя чувствуешь? Голова болит? Кружится? Может, врача позвать?

Беспокойство его было вполне искренним.

– Спасибо. Я… живучий. – Александр платок все же взял. И прижал к носу. Оно-то, конечно, кровью не изойдет, уже останавливается, но зачем обижать хорошего человека.

– Все равно. Это было неразумно. Идем. Тебе надо посидеть. Могу отправить кого из своих ребят за руль.

– Да нет…

– С сотрясениями не шутят. – Седой нахмурился. – Вопрос безопасности.

– У меня и руля-то нет… а конь умный, дорогу знает, – пошутил Александр, но под укоризненным взглядом сник. – Фингал, наверное, будет.

– Даже два, – успокоили его. – Слева и справа. Симметрично получится. Но можно чего холодного приложить.

Слева.

И справа.

А Аленка добавит, когда узнает… почему-то стало невероятно стыдно, будто это он, Александр, драку затеял. И рубашку опять же испортил.

Ценную.

Исторически реконструированную. Спереди вон в бурых пятнах крови. Сзади – в мусоре, траве и прочем…

Александр посмотрел на Глыбу, который все еще лежал, уткнувшись носом в землю. Надо ли проверить, живой ли… а то вдруг да… Нехорошо получится. Глыба хоть и сволочь, но не настолько же, чтобы вот так убивать.

Впрочем, над телом уже склонился секундант Глыбы.

– Дышит…

– Водичкой, может…

– Не надо, пусть полежит. Ему оно полезно. А то еще дурковать начнет. Парень… – Мужик разогнулся. – Дело, конечно, твое, но вот…

– Что здесь происходит? – Нервный, слегка визгливый голос перебил секунданта. И появление Тополева, ныне в темном костюме, нисколько Александра не удивило. А вот сам Тополев, кажется, удивился. Он посмотрел на Глыбу. Перевел взгляд на того мужика, который над Глыбой возвышался, потом на Александра. – Еще раз спрашиваю. Что здесь происходит?!

Стало тихо.

И как-то даже сразу безлюдно. Вот вроде бы только что хватало народу вокруг, а теперь никого, кроме Седого и двоих его подчиненных, которые появлением Тополева не впечатлились.

– Дуэль. – Александр шмыгнул носом и переносицу потрогал. Не сломана вроде… или сломана? Жизненный опыт молчал. А переносица ныла.

– Какая, на хрен, дуэль?! – Тополев перешел на визг. – Ты, мальчишка, что себе позволяешь…

– Ваш подчиненный, – заговорил Седой, выступив вперед, – сам инициировал эту дуэль. Он и вызвал… Александра. Верно?

– Да.

– И настоял, чтобы дуэль произошла здесь и немедля. Со своей стороны, я согласился выступить гарантом того, что поединок пройдет согласно правилам.

Тополев покраснел.

И побелел.

И рот открыл. А потом закрыл, но почему-то ничего не сказал.

Он боится седого? Или… нет, скорее не желает с ним связываться… Кто-то из сопровождения важного гостя? Надо будет имя спросить.

– И смею заверить, правила нарушены не были, – продолжил Седой, позволив себе легкую улыбку. – Вместе с тем надеюсь, что вы со своей стороны проследите, чтобы молодому человеку выплатили его награду.

– Н-награду?

– Ставкой был мотоцикл. Я правильно понял?

Александр