Курс 1. Декабрь - Гарри Фокс

Я обернулся так резко, что чуть не свернул шею.

И замер.

Кого-кого, но её я точно не ожидал увидеть.

Передо мной стояла фея. Лунная фея. Та самая, которую я встретил в заброшенной часовне, когда только отправлялся в академию. Лёгкое платье из полупрозрачной ткани, сотканной, казалось, из лунного света, едва скрывало её перламутровую кожу. Волосы цвета ночного неба рассыпались по плечам, мерцая звёздной пылью. А сапфировые глаза смотрели на меня с любопытством и лёгкой насмешкой.

— Фея, — выдохнул я.

— Мы знакомы? — удивилась она, склонив голову набок.

— Ну… не прям… но… да! — я замахал руками. — Ты в сентябре помогла мне попасть в академию. Ты же страж. Часовня, портал, помнишь?

Фея задумалась. Её крошечные бровки сошлись на переносице, а губки сложились в трубочку. Потом лицо озарилось пониманием.

— А-а-а, — протянула она. — Тот идиот, который зажал фамильное кольцо?

Я поперхнулся.

— Ну… могла бы иначе описать меня, — пробурчал я. — Но в общем, это я.

Фея оглядела меня с ног до головы, потом осмотрелась по сторонам.

— Странное место ты выбрал для встречи, — заметила она, приподнимая бровь.

— Ха! — я развёл руками. — Это экзамен! Я тут ничего не выбирал.

— Выбрал, — возразила фея, и в её голосе послышались капризные нотки. — Испытание создаёт тебе событие, которое тебя беспокоит. То, что сидит в подсознании. Но… — она оглядела пустой зал, — почему спортзал? Тебя тут чмырили, что ли?

— Чего? — я уставился на неё.

И вдруг комната изменилась.

Прямо перед нами материализовались две фигуры. Греб. И я. Точнее, моя копия.

Греб стоял, нависая над съёжившимся мной, и орал:

— Смотрите — ничтожество! Даже магией толком управлять не может! Ничтожество! Барон без магии!

Моя копия вжала голову в плечи и прошептала:

— Обоссы, но бей…

Сцена была настолько абсурдной, что я даже не знал, смеяться или плакать.

Фея внимательно наблюдала за этим представлением. Её сапфировые глаза перебегали с Греба на меня и обратно. Потом фигуры исчезли так же внезапно, как появились.

Фея повернулась ко мне. В её взгляде читалось искреннее, глубокое недоумение.

— Эм… — протянула она. — Такого не было, — быстро сказал я. — Честно! Ничего подобного!

Фея помолчала. Потом покачала головой и выдала:

— Ну и фетиши у тебя.

— Да нет у меня никаких фетишей! — заорал я. — Это не я! Это экзамен!

— Конечно-конечно, — успокаивающим тоном сказала фея, но в глазах её плясали чертики. — У всех свои тараканы.

Я закрыл лицо руками.

— За что мне всё это?…

Фея улыбнулась. Эта улыбка была одновременно лукавой и немного капризной, как у кошки, которая только что нашла новую игрушку. Она сделала шаг ко мне, и её лёгкое платье колыхнулось, открывая на мгновение перламутровое бедро.

— Скажи-ка мне, смертный, — пропела она, и в её голосе зазвучали бархатные нотки. — Для чего ты меня призвал?

— Я? — я вытаращил глаза. — Ничего подобного я не делал! Я вообще не знаю, как ты тут оказалась!

Фея нахмурилась. Её бровки сошлись на переносице, а губки надулись.

— То есть ты хочешь сказать, что мы просто так тут оказались? Вдвоём? В пустом зале? Где никого нет и где нас никто не увидит и не услышит? — Она обвела рукой пространство. — И что же нам тогда делать?

— Даже не знаю, — честно ответил я, пожав плечами.

И в ту же секунду мир вокруг изменился.

Прямо в центре зала, откуда ни возьмись, появилась кровать. Огромная, с балдахином, застеленная шёлковыми простынями. А фея… фея оказалась прикованной к ней.

Тонкие светящиеся цепи опутывали её запястья и лодыжки, прижимая к мягким подушкам. Она дёрнулась, пытаясь вырваться, но цепи только туже стянулись.

— Ты что творишь⁈ — завопила фея, и её сапфировые глаза расширились от ужаса и возмущения. — Совсем обезумел, смертный⁈

— Я ничего не делал! — заорал я в ответ, пятясь назад. — Это не я! Это… — я замер. — Стоп. Я только подумал…

— Что? — фея перестала дёргаться и уставилась на меня с подозрением. — Подумал о том, чтобы меня приковать?

— Ну… не совсем… — я замялся, чувствуя, как краска заливает щёки. — Кхм… о другом…

Платье феи, и без того едва прикрывавшее её тело, вдруг задралось вверх само собой, открывая моему взору то, что скрывалось под ним. Маленький светлый треугольник внизу живота, прикрытый лишь полупрозрачной тканью, которая, кажется, вот-вот исчезнет.

Я сглотнул.

Мысли заметались в голове: Так. Спокойно. Это место… оно воплощает то, о чём я думаю! То есть часть моего экзамена — контролировать поток своих мыслей. Если я подумаю о чём-то, это сразу материализуется. Значит, мне нужно следить за каждым своим желанием, иначе…

Фея тем временем продолжала возмущённо вопить, дёргаясь в оковах. Её грудь вздымалась, платье сползало всё ниже, и зрелище было настолько захватывающим, что я с трудом заставлял себя думать о чём-то другом.

— Прекрати! — кричала она. — Немедленно отпусти меня, ничтожный!

— Я пытаюсь! — ответил я, зажмуриваясь. — Только вот мне интересно… — я открыл один глаз и посмотрел на неё. — Почему тут лунная фея? Почему именно ты?

— Потому что ты про меня забыл! — затараторила фея, дёргаясь в цепях так, что кровать жалобно скрипела. — А ты мне должен! Я тебя в академию доставила, между прочим! А ты даже не вспомнил! И тут такой шанс подвернулся — я узнала, что ты принц, думала, может, сокровище какое подаришь за помощь в этом испытании!

— Я тебе что, дракон? — опешил я. — Откуда у меня сокровища?

— Явно не дракон, — фыркнула она, отчаянно пытаясь скрестить ноги, чтобы прикрыть ту самую киску, которую я уже успел разглядеть. — Скорее гоблин озабоченный!

Я поспешно отвернулся, чувствуя, как уши горят.

— Это вышло случайно, — буркнул я. — Извини.

— Было бы случайно, не пялился бы! — взвизгнула она. — Ты потомок Драконхейма, что ли, раз мысли такие?

— Нет, нет, — замотал я головой.

— Да освободи ты меня уже!

Я подошёл к кровати. Цепи выглядели прочными, светящимися, явно магическими. Я попытался ухватиться за них пальцами, потянуть — бесполезно. Они даже не шелохнулись. Фея смотрела на меня с таким