Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Один из големов рухнул, пораженный точным ударом в грудак. Второй потерял руку, третий зашатался, когда Настина печать нарушила его системы управления. Но их было слишком много.

— Госпожа, сзади! — отчаянно крикнула Сиренька.

Настя обернулась и увидела, как из темноты появляются новые противники. Эти были в другой форме — черные тактические костюмы с эмблемой Кривотолковых. Профессиональные боевые маги.

— Великолепно, — процедила девушка сквозь зубы, — Просто праздник жизни какой-то.

Она активировала еще одну печать невидимости, усилив её энергией сразу трех накопителей. Воздух вокруг загустел, искажая пространство. Теперь даже магическое зрение не могло её засечь.

Маги Кривотолковых открыли огонь боевыми заклинаниями. Андроиды Организации ответили — завязалась настоящая битва. Настя использовала этот момент, чтобы добраться до раненой Карамельки.

— Держись, подружка, — прошептала она, накладывая лечащую печать, — Сейчас подлатаю…

— Госпожа, уходите, — простонала мирмеция, — Мы их задержим.

— Мы лишь обуза… — добавила Сиренька, прикрывая их от шальных заклинаний.

— А ну цыц! — рыкнула на них Настя.

В этот момент Настя краем глаза заметила какое-то движение на крыше соседнего здания. Там что-то блеснуло в свете молнии…

— Ложись! — она рванула Карамельку за собой, уходя с линии огня.

В следующий миг воздух разорвал пронзительный свист. Ракета, выпущенная с крыши, врезалась прямо в фургон. Взрыв был такой силы, что Настю отбросило на несколько метров.

Мир взорвался огнем и грохотом. В ушах звенело, перед глазами плясали черные точки. Сквозь звон она слышала крики, топот ног, звуки боя… А потом все стихло.

Когда дым немного рассеялся, на месте фургона зияла дымящаяся воронка. От оборудования остались только оплавленные обломки. Ни андроидов, ни магов Кривотолковых, ни мирмеций нигде не было видно — словно они просто растворились в воздухе. Либо их просто разметало взрывом…

Тишину нарушал только шум дождя и потрескивание догорающих обломков. В воздухе пахло озоном и горелым пластиком.

На месте боя остались только следы борьбы — воронки от заклинаний, обломки оборудования, пятна странной серебристой жидкости, похожей на кровь андроидов. Но ни тел, ни раненых — будто все участники схватки просто исчезли.

А вместе с ними исчезла и Настя. Только её порванная сумка с остатками артефактов валялась у края воронки, да несколько недоактивированных печатей медленно растворялись в воздухе, мерцая прощальными искрами…

Сахаринка с группой мирмеций заняла позицию в заброшенном складе с северной стороны особняка Кривотолковых. Их задачей было обеспечить отвлекающий маневр, чтобы помочь отцу проникнуть в хранилище. Старое здание склада идеально подходило для этой цели — полуразрушенные стены, заросшие плющом, создавали множество укрытий, а балки позволяли мирмециям при желании легко перемещаться хоть под потолком.

Дождь усиливался, барабаня по ржавой крыше. Капли стекали по хитиновой броне мирмеций, делая их еще более похожими на гигантских насекомых. Сахаринка чувствовала, как влага проникает под панцирь, вызывая легкий зуд на коже — неприятное, но терпимое ощущение.

Мирмеции имитировали беспорядки, швыряя камни и выкрикивая лозунги против Кривотолковых, создавая видимость стихийного народного протеста. Настя перед операцией научила их правильным кричалкам — достаточно обидным, чтобы разозлить охрану, но не настолько, чтобы вызвать действительно жесткую реакцию.

— За Светлану! Долой тиранов! — кричала одна из младших сестер, швыряя булыжник в витражное окно. Стекло красиво разлетелось, вызвав переполох среди охраны.

— Кривотолковы, вон из города! — поддержала другая, метко запустив камень в декоративную статую. Мраморная голова откололась и покатилась по мокрой брусчатке.

Старшая дочь Кости внимательно следила за ситуацией через свои антенны. Эти чувствительные отростки позволяли улавливать малейшие колебания в окружающем пространстве — от движения воздуха до магических возмущений. И сейчас они передавали крайне тревожные сигналы.

Ей категорически не нравилось то, как развиваются события — слишком легко они проникли на территорию, словно кто-то намеренно расчистил им путь. Где обещанные тройные патрули? Где хваленые боевые маги клана Кривотолковых? Только обычная охрана, неорганизованно мечущаяся по двору.

Кроме того, воздух становился все тяжелее — Дар князя Кривотолкова высасывал удачу из окружающего пространства, делая каждое движение более трудным и неуклюжим. Сахаринка чувствовала, как ее обычно безупречная координация начинает давать сбои. Даже простой прыжок с балки на балку теперь требовал предельной концентрации.

— Держим строй, сестренки, — скомандовала Сахаринка, поправляя свой прочный хитиновый панцирь, — Помните — наша задача отвлечь внимание охраны от южного крыла. Работаем тихо и аккуратно, без лишнего риска.

Мирмеции синхронно кивнули. Их было пятнадцать — лучшие бойцы, отобранные лично Сахаринкой для этой операции. Каждая прошла специальную подготовку и была усилена печатями невидимости от Насти. Эти печати — настоящее произведение искусства — делали мирмеций практически неразличимыми для обычного зрения и большинства магических сканеров.

В группе были как опытные воины вроде Клубнички и Смородинки, закаленные в десятках стычек с бандитами и монстрами, так и молодые разведчицы, недавно прошедшие эволюцию. Но всех их объединяла абсолютная преданность семье Безумовых и особенно — своему отцу Константину.

Внезапно одна из сестер — юная разведчица по имени Малинка — дернула антеннами.

— Старшая сестра! Странные колебания с востока… Похоже на работу каких-то приборов. Частота вибрации не похожа ни на что знакомое!

Малинка была самой чувствительной из всех мирмеций — ее антенны улавливали даже малейшие изменения в окружающем пространстве. Если уж она что-то почуяла — значит, дело серьезное.

Сахаринка тоже это почувствовала — необычные вибрации, не похожие ни на что знакомое. Словно кто-то включил мощное оборудование, искажающее само пространство вокруг них. От этих колебаний начинал зудеть хитин и подрагивали антенны.

— Всем рассредоточиться! — скомандовала она, принимая боевую стойку, — Первое звено — верхний ярус, второе — нижний. Третье — готовит пути отхода. Не нравится мне это…