Курс 1. Декабрь - Гарри Фокс

Я начал ласкать её киску. Медленно, нежно, проводя пальцами по влажным складочкам, находя самый чувствительный бугорок. Катя задышала чаще, её бёдра приподнялись навстречу моей руке.

Мой член был совсем рядом с её плечом — напряжённый, пульсирующий. Она покосилась на него, и в её глазах мелькнуло любопытство. Потом, словно решившись, потянулась и осторожно взяла головку в рот.

Я зашипел сквозь зубы.

Она закрыла глаза, робко начала посасывать, водить язычком по головке, изучая, пробуя. Её щёки втягивались, она явно старалась, но боялась сделать больно или глубоко. Одна её рука легла на мои яички, осторожно поглаживая, а вторая придерживала член у основания, контролируя, чтобы он не заходил слишком далеко.

Катя быстро стала мокрой. Я чувствовал это пальцами, которые продолжали ласкать её киску, скользя по влаге. Второй рукой я гладил её грудь — сжимал соски, мял аккуратные полушария.

Она посасывала ритмично, в такт моим движениям, и я чувствовал, как напряжение в ней растёт. Её дыхание сбивалось, стоны рвались наружу, заглушаемые членом во рту.

А потом она выпустила меня и выгнулась, громко застонав. Её киска сжалась вокруг моих пальцев, и я чувствовал, как волна оргазма прокатывается по её телу. Она кончала — дрожа, выгибаясь, сжимая простыни побелевшими пальцами.

Я замер, давая ей пережить этот момент, не переставая гладить её бедра, живот, грудь.

Когда судороги стихли, Катя открыла глаза. Они блестели, влажные, счастливые, удивлённые. Она смотрела на меня, тяжело дыша.

Я же, любуясь этой картиной, начал дрочить член. Медленно, глядя ей в глаза. Она следила за моей рукой, за тем, как движется головка, как набухают вены.

Потом она потянулась и высунула язычок. Легко, едва касаясь, провела им по уздечке, снизу вверх. У меня внутри всё подобралось, дыхание перехватило. Я был на грани.

Я хотел убрать член в сторону, кончить на простыню, но Катя вдруг взяла головку в рот. Полностью. И зажмурилась.

Я не сдержался.

Первая струя ударила ей в нёбо, вторая — на язык, третья, четвёртая… Я кончал долго, сильно, чувствуя, как пульсирует член в её тёплом рту. Она не отстранялась, только зажмурилась крепче и, кажется, даже чуть сглотнула.

Когда всё стихло, я вытащил член. Катя открыла глаза. Её щёки были раздуты, как у хомячка, полные моего семени. Она смотрела на меня с таким выражением — смесь шока, смущения и какого-то детского восторга.

А потом резко вскочила и, придерживая щёки руками, побежала в ванную.

Дверь захлопнулась, и оттуда тут же послышался звук льющейся воды.

Я тяжело дышал, глядя в потолок. Тело было расслабленным, но сердце колотилось где-то в горле.

Ох ты… — пронеслось в голове. — Вот это… нихера себе.

Я прикрыл глаза, но перед ними всё ещё стояло её лицо — раскрасневшееся, с прикрытыми веками, когда она взяла меня в рот. И тот момент, когда она надула щёки, полные…

Я усмехнулся, но тут же нахмурился. Что это было? Просто страсть? Или что-то большее? Катя, которая всегда была такой правильной, такой недоступной, вдруг…

Из ванной послышался шум воды. Она там отмывалась, наверное. А я лежал голый на её кровати и пытался понять, что теперь будет. У меня уже есть Лана и Мария. Две девушки, которые… которые, блин, вчера спали на неудобном матрасе, пока я обнимался с Катей. И они знают, что мы спали голыми. И ничего? Пока ничего.

Но теперь…

Я вздохнул и потянулся за одеялом, прикрываясь. Надо было что-то делать. Ждать, пока она выйдет. Говорить с ней. А потом… а потом разбираться со всем остальным.

В голове было пусто и шумно одновременно. Слишком много событий за последние дни. Слишком много девушек. Слишком много чувств.

Я закрыл глаза и просто слушал, как за стеной шумит вода, надеясь, что Катя скоро выйдет и мы сможем поговорить. Или не говорить. Я уже не знал, чего хочу больше.

От автора:

ДА! ДА! МЫ ЖДАЛИ ЭТОГО ЧЕТЫРЕ КНИГИ! Четыре! Четыре книги, Карл!

С того самого момента, как Катя Волкова впервые появилась на страницах — строгая, неприступная, с вечно поджатыми губами и этим её «я староста, я тут главная», — мы все знали, что это не просто так. Что этот лёд однажды треснет. Что под этой идеальной, выглаженной формой бьётся горячее сердце, которое просто ждёт своего часа.

И мы ждали. Терпеливо ждали.

Видели, как она краснела. Как строила глазки. Как пыталась быть ближе, но гордость и принципы не пускали. Как переживала, как ревновала, как мучилась. А этот её новый образ — с распущенными волосами, в короткой юбке, с этим синим лифчиком, который сводил с ума не только Роберта, но и всех читателей! Это был сигнал. Крик души: «Я готова! Ну где же ты, идиот⁈»

И вот оно свершилось!

Простите за этот вопль, просто… не каждый день автор дожидается момента, когда его героиня наконец-то перестаёт быть «правильной девочкой» и делает то, что давно хотела. С закрытыми глазами. Робко. Неумело. Но с таким доверием, что у самого сердце заходится.

Кхм. Беру себя в руки. Обещаю, дальше будет не менее интересно. Но эту маленькую победу мы отметим. Мысленно. С бокалом чего-нибудь покрепче.

Продолжение следует…

17 декабря. До обеда

Мы сидели с Катей за столом, уставившись на звездную карту. Молчали. Тишина была такой густой, что, казалось, её можно резать ножом. Я чувствовал, что нужно что-то сказать, разрядить обстановку, но слова застревали в горле.

— Кать… — начал я.

— Чаю? Сейчас, — резко перебила она, вскочила и метнулась к столику с чайником.

Я посмотрел ей вслед. Её движения были суетливыми, нервными. Она явно избегала разговора. Я выдохнул, поднялся и подошёл к ней сзади. Обнял, скрестив пальцы на её талии. Она замерла.

— Кать.

— А? — голос дрогнул.

— Всё хорошо?

— Да, да, — протараторила она, продолжая возиться с чайником, даже не оборачиваясь.

Я поцеловал её в шею. Нежно, едва касаясь губами. Она вздрогнула.

— Это всё… не правильно, — вдруг выдохнула Катя.

— Почему?

— Я себе это не так представляла.

Она тяжело вздохнула, а я в этот момент легонько прикусил её за ушко.

— Да, Роооберт… Прекрати.

— Не хочу.

— Дурак, — прошептала она, но не отстранилась.

Я продолжил целовать её шею, спускаясь ниже, к плечу. Катя краснела так, что, казалось, даже уши горели.

— Астрономия, Роб.