Тройная метка. Истинная диких Альф - Екатерина Антонова

Резкие удары в дверь заставляют меня подскочить.

— Ева! — раздается голос Лады.

Вылетаю из спальни и распахиваю дверь. Она стоит на пороге, тяжело дышит, волосы растрепаны, а лицо белое, как мел.

— Что случилось?

— Городские… едут!

Глава 63. Лицом к лицу

Ева

Едут…

Значит, началось! На миг душу опаляет страх. Но я беру себя в руки и выскакиваю на ночной воздух вместе с подругой.

Через несколько минут деревня оживает.

Оборотни высыпают из домов, в темноте вспыхивают фонари, по улицам разносится топот десятков ног.

Но паники нет.

Вчера мы до глубокой ночи обсуждали, кто и где должен находиться, поэтому сейчас каждый занимает свое место.

Демьяна нахожу возле главной дороги. Савва появляется почти одновременно со мной, а через минуту из темноты выныривает Влас.

— Двенадцать машин насчитали, — сообщает Демьян. Его лицо спокойно, но глаза уже отливают алым. — Возможно, есть еще. Часть могла уйти через лес, чтобы ударить сзади.

— Вторую дорогу перекрыли, — добавляет Савва. — Наблюдатели остаются на местах. Если попробуют обойти, мы узнаем.

К нам подбегают несколько деревенских волков. Среди них замечаю Деяна. После того случая на празднике видеть его рядом неприятно, но сейчас он выглядит собранным и сосредоточенным.

— Заграждение на въезде готово, — докладывает один из мужчин.

— Детей точно успели спрятать? — спрашивает Деян, переводя взгляд на меня.

— Еще днем. Все за рекой вместе со стариками.

Он коротко кивает и уходит вместе с остальными. Провожаю его взглядом и неожиданно ловлю себя на мысли, что, возможно, зря до сих пор злилась. Сейчас не время вспоминать старые обиды. Сегодня мы одна стая.

Из леса доносится низкий гул моторов.

Разговоры мгновенно стихают.

Фары мелькают между деревьями. Машины выезжают на дорогу одна за другой и останавливаются перед заграждением.

Их действительно много.

Двери распахиваются, на землю начинают спрыгивать волки. Мужчины, женщины, молодые, взрослые. Запах чужаков бьет в нос. Моя волчица отвечает агрессивным рычанием.

Собираюсь сделать шаг вперед, но Демьян касается моей руки.

Не останавливает. Просто дает почувствовать, что он рядом.

Мы выходим вчетвером. Впереди я, Демьян, Савва и Влас.

За нашими спинами собираются деревенские. Где-то там дедушка, Лада и десятки волков, которые еще вчера склонили передо мной головы.

Странно. Раньше я сразу спряталась бы за широкую спину одного из своих альф. Сейчас мне тоже страшно, но прятаться не хочется.

Из толпы городских выходит Краснов.

Рядом с ним я сразу замечаю знакомые лица. Костя стоит чуть поодаль, Влада скрещивает руки на груди и смотрит на меня с привычной кривой усмешкой. Возле нее мать.

Сердце болезненно сжимается.

Мама…

Она тоже здесь.

Краснов тем временем останавливается. Взглядом проходится по моим альфам и задерживается на мне. Смотрит долго, внимательно, с каким-то неприятным интересом, словно пытается понять, почему именно я стою впереди.

— А где Макар? — усмехается он. — Старейшина уже не в состоянии лично встретить гостей? Решил послать вместо себя сопливую девчонку и трех диких?

Волчица внутри мгновенно ощетинивается, но я не успеваю ответить.

Краснов обращается к Демьяну, словно меня здесь вообще нет.

— Дикарь, отдай девчонку. Заберем ее и закончим на этом. Мне ваша деревня не нужна. Будете жить нормально…

Демьян молчит. Краснов хмурится, ожидая ответа, а мой черный альфа медленно переводит взгляд на меня.

Я знаю, что это значит. В груди разливается тепло.

— Ты приехал за мной, — произношу спокойно. — Со мной и разговаривай.

Краснов снова смотрит на меня и усмехается.

— Какая грозная сучка. Три мужика за спиной — и уже почувствовала себя взрослой? А, Ева?

— Они не за моей спиной. Они рядом со мной.

Усмешка на его лице становится жестче.

— Тогда посмотри, сколько здесь волков. Готова позволить им умереть ради тебя? Выйди ко мне сейчас, и все разъедутся по домам.

Вот оно. Старая, знакомая ловушка.

Из-за тебя.

Раньше эти два слова заставили бы меня сомневаться.

Сейчас я смотрю на волков, которых Краснов сам привел сюда среди ночи, и впервые отчетливо понимаю разницу.

— Если сегодня кто-нибудь погибнет, это случится не из-за меня, — отвечаю, глядя ему прямо в глаза. — А потому, что ты привел сюда своих и приказал им напасть на чужую стаю.

За моей спиной прокатывается одобрительный рык. Краснов прищуривается.

— Ты всегда была дурой, Ева. Слабой глупышкой. Просто теперь рядом нашлись трое, которые убедили тебя, что ты чего-то стоишь.

Он пытается задеть меня, сыграть на старых травмах. Но я даже не расстраиваюсь…

— Закончил, папуля? — издевательски выгибаю бровь.

Улыбка исчезает с его лица.

— Пока нет.

— Теперь моя очередь. Один из твоих волков жив. Тот самый, которого вы оставили после поджога дома старейшины. Мы не убьем его и вернем в стаю, если вы уедете…

В рядах городских начинается движение. Кто-то переглядывается, до меня долетает приглушенный голос.

— Ты серьезно? — Краснов и бровью не ведет.

— Вполне, — пожимаю плечами. — А вот твоим волкам будет интересно послушать, зачем ты на самом деле привел их сюда. И увидеть, что я предлагаю мир на вполне хороших условиях.

Несколько секунд Краснов смотрит на меня молча. А потом его тонкие губы растекаются в хищной ухмылке.

От его улыбки по позвоночнику ползет холод. Оборачиваюсь к деревенским.

— Приведите пленника.

Двое деревенских уходят в сторону дома Лады.

Ожидание становится почти невыносимым.

Две стаи стоят друг напротив друга, разделенные всего несколькими десятками метров. Волки чувствуют близость драки, воздух тяжелеет от запаха агрессии.

Я снова смотрю на городских и встречаюсь взглядом с Владой.

Сестра оглядывает меня с головы до ног и криво улыбается. Я слишком хорошо знаю эту улыбку. Именно так она смотрела на меня всю жизнь — сверху вниз, с презрением и превосходством.

Она что-то шепчет Косте. Тот переводит взгляд на Власа, и мой младший альфа отвечает ему такой веселой улыбкой, что мне становится не