Башня Богов IV. Эхо Ривеннора - Антон Александрович Карелин

— Что ж, каждый хранит свои тайны, — кивнула она, не поддавшись эмоциям. — Надеюсь, со временем уровень нашего доверия превысит каждую из них.

— Было бы здорово.

— В библиотеке мы закончили. Тебе нужны какие-нибудь ещё исторические данные?

— Вроде нет. В этой книге есть общая хронология событий и список потенциальных богов-врагов. Нам остаётся вычислить владыку мраконосцев.

— Я займусь установлением личности демона и поиском информации про храм Помнящих. Пока ты отправишься в Базарат, отыщешь Д. Лаурентиса и проведёшь ему допрос с пристрастием.

— Хороший план, — оценил я, потому что собирался предложить ровно то же самое. — Тогда отправляюсь.

— Погоди, дай приведу тебя в порядок, — улыбнулась красавица. — Ты весь в пыли, крови и порезах, Яр, не слишком блистательный облик для разговоров.

Она забыла, что за пределами этого мира меня накроет проклятое облачение и следы боя станут не видны. Но я не стал напоминать, потому что Ори шагнула ко мне, по привычке действуя решительно и непринуждённо, посмотрела в глаза, но тут же застеснялась и отвела взгляд. А я любовался княжной, которая не чуралась простой работы.

Её ладони летали, как легкокрылые птички, за считанные секунды я стал чистым, целым и с экипировкой без единой царапины. Она без малейшего напряга починила магический глазастый доспех, что в обычной ситуации требовало работы опытного чароманта. Хотя конкретно этот доспех умел медленно чиниться сам, и Ори просто в разы ускорила процесс.

— Спасибо, ваша светлость.

— Но почему насмешки? Я просто хотела помочь.

— Вообще не думал насмехаться. А удивился, какой простой и отзывчивой может быть высокая княжна.

— На этот комплимент я не напрашивалась.

— Завязываю с куртуазностью и лечу в Базарат.

— Если… ты не хочешь увидеть ещё одну достопримечательность нашего княжества, — сказала она, и её дыхание сбилось.

Не будь я женат и не люби другую женщину, сейчас бы взял Ориану за плечи и стал целовать, наслаждаясь цветочным дыханием и роскошным сочетанием алой парчи и гладкого бархата её кожи. Изучать главную достопримечательность Антара, пользуясь тем, что мы под защитой купола и снаружи никто не увидит. Эта мысль казалась самой естественной и правильной, ведь мы явно нравились друг другу и княжна не желала, чтобы я уходил; судя по всем реакциям и языку её тела, Ориану так же сильно тянуло ко мне.

И хоть на деле я и подумать не мог о таком поступке, но все чувства пели хором, какой он логичный и правильный. Такой странной ситуации у меня в жизни ещё не бывало.

— Достопримечательность?

— Планарный обелиск в центре лабиринта, внутри него висит копьё Гелиона.

— Разумно ли нам, заговорщикам, приближаться к реликту? — спросил я, на самом деле опасаясь, что копьё каким-то образом почувствует осколок Брана и может дать знать хозяину.

— Разящий не связан со своим бывшим копьём, иначе бы уже давно… проявился, — она опять подбирала слова. — Но есть причина, по которой я хочу показать тебе обелиск.

— Какая?

— Боюсь, что действия демонических ветвей связаны. Обычно они соперники, нередко даже враги друг меж другом, но тварь из тени герцога Лэнгвара, которая сегодня напала на моих телохранителей, была из демонов чёрной крови — как и мраконосцы. Точно ли это совпадение? Алые только недавно потерпели разгром, но они сотню лет пытались проникнуть к Обелиску и осквернить солнечное копьё. Что, если проигравшие обратились к своим соперникам и теперь они действуют вместе?

— Звучит слишком опасно, чтобы не проверить, — кивнул я.

— Вот я и хочу показать тебе Обелиск и Копьё, чтобы ты взглянул на них непредвзятым взглядом. Ты умный и опытный, это видно.

— Но я всего двадцать четвёртого уровня…

— Которого ты достиг с нуля за пять дней. Это поразительный результат.

— Откуда ты знаешь?

— Среди божественных сил есть и аспекты восприятия. Я хотела понять тебя, Яр, ведь наши судьбы связаны, поэтому осмотрела проникающим взором и поняла, что ты выдающийся… на языке вашего мира: «гейм-дизайнер», создатель и толкователь самых разных смысловых систем. Ещё я вижу метку Башни Богов о твоём эпическом потенциале — и, глядя на всё это, понимаю, что Фавн не случайно избрал тебя мне в напарники.

К счастью, её проницательность не дотянулась до главной причины этого выбора.

— Антару не помешает твоё мнение по важному вопросу.

— Ладно, тогда идём.

На обратном пути мы прошли мимо картины, которую я в прошлый раз не заметил, а теперь с удивлением показал на неё, ибо с портрета смотрела Ориана: моложе нынешней, в простом платье и почти без украшений, но с той же самой причёской, когда волосы не уложены аккуратной лаковой линией, а лежат свободно. И с теми удивительными звёздчато-ромбическими зрачками.

— Портрет по случаю совершеннолетия?

— Яр, это не я, а моя прабабушка Изольда Эшен. Я просто на неё похожа. Изольде было двадцать, когда Реджинальд привёз её в поселение на месте будущего замка Каро. Тогда местный художник и нарисовал её портрет.

— А почему у неё и у тебя такие необычные зрачки? — пользуясь случаем, наконец спросил я.

— Никто не знает! Прабабушка, по слухам, знала, но никому об этом не рассказывала, хотя многие спрашивали и пытались вызнать. Я тоже искала ответ на этот вопрос через Свиток — интересно же, почему родилась необычной! Но без результата, и Ори потом тоже пыталась, но во всех библиотечных фондах не нашлось объяснения этой странности.

— Я однажды видел этот символ: точно такой формы была плита смерти, висящая над бездной в одном необычном мирке.

— Смерти? На что ты намекаешь? — возмутилась княжна.

— Абсолютно ни на что, но вот такое любопытное совпадение, я подумал, тебе будет нелишне его узнать.

— Хм-м-м. Смею надеяться, это не зловещее свидетельство того, что на самом деле Изольда и следом за ней я — как-то отмечены силами тьмы? Например, ветви демонов чёрной крови?

Мы покинули библиотеку, и свежий воздух почти выветрил безумные желания у меня из головы. Я наконец смог отдышаться и успокоиться, а Ори просто улыбалась и вела меня вперёд. Она поняла, что посланник Силена не заберёт её силы и не оставит беззащитной перед атаками демонов, не важно, какой ветви и крови. Мы с ней успели