Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды - Яра Вереск

— Утром сходим в галерею. Там есть портрет Адара Кета, — сказал Шандор.

— А мама все правильно поняла, — сделала я вывод. — И поэтому мы уехали. Она хотела меня спрятать. Отец еще какое-то время жил в столице. А я помню зиму. И мне дядя Ридал сделал домик на дереве. Я в этот домик практически переселилась. У меня был игрушечный лук три стрелы к нему. Знаешь, с мягким острием, такие. Чтоб никого случайно не убить. И горе тому, кто проходил мимо! Мне там, дома, было хорошо и спокойно. Наверное, правильно, что я все забыла. Но если Адар Кет и вправду мой отец. Я про него ничего не знаю. Говорят, у дайваров была какая-то особенная магия.

— Считается, что они были похитителями тел, — кивнул Шандор. — Эта магия до сих пор во многих странах под запретом. Сильный маг-дайвар мог за жизнь сменить несколько тел и существовать ну, столетия. Да у нас в старых законах тоже прописано, что за похищение чужого тела грозит тюрьма и полное отсечение от источника живой воды. А вот у дайваров все было наоборот. Их правители были такими. Забирали тела подданных и так жили из века в век. А может, легенда.

— Вар Тарбо сказал, что я проклятая кровь, когда увидел ящерку. И он совсем тогда не удивился, а смог заставить меня вернуться опять в свое тело. Шандор… я… получается. Может оказаться, что я — похитительница тел? Понятно, почему их ненавидели. Это страшно.

— Ящерка, это скорей всего, только часть правды. Я на самом деле про дайваров тоже не слишком много знаю. Все казалось — это что-то из древних времен. Хочешь, завтра вместе сходим в королевскую библиотеку и почитаем про них?

— Давай сходим. Только. Я не хочу, чтобы кто-то узнал. Не хочу, чтобы меня боялись.

— Еще чего не хватало. Я-щер-ка! Ты конечно иногда бываешь просто страшно… очень страшно красивой и крышесносной… но это вовсе не значит, что тебя надо бояться. Иди-ка сюда.

В объятиях любимого человека я как в домике. Меня нельзя оттуда достать…

* * *

На портрете Адар Кет выглядел совсем молодым человеком, может быть, моего возраста или немного старше. Но это был он. Грустные глаза, легкая улыбка, темные волосы до плеч. Тот самый молчаливый дяденька с конфетами. И может из-за того, что я все время об этом думала, мне показалось, что мы с ним похожи.

— Похож… — шепнула я. — Шандор, значит, правда…

— Да. Я тоже вижу сходство. Ты расстроена?

— Я предпочла бы найти его живым, взять вот так за ворот и тихонько встряхнуть. И спросить, какого беса он нас бросил?! Ведь не сбеги он тогда, и может, мама бы не вышла за графа ди Стева. Может, они бы уехали вместе куда-нибудь. И сейчас оба были бы живы.

— Или оба бы погибли. А знаешь, чего еще точно бы не случилось? Ящерка, мы бы с тобой не встретились. А еще, я хочу тебе сказать, что придумал, кого расспросить о тех временах. Катрина была женщиной общительной, приятельствовала с многими знатными дамами. А примерно в те времена здесь во дворце устраивала свою личную жизнь одна моя родственница. Ее зовут графиня Эльвира ди Морна, она мне приходится тетушкой. И я практически уверен, что эта великолепная сплетница сможет многое припомнить. Нам нужен шоколадный торт!

Эльвира ди Морна действительно оказалась великолепной. А еще оказалось, что если ты герцог то, например, добыть прекрасный и свежайший шоколадный торт — это дело примерно двух часов. Его изготовят прямо во дворце, по твоему описанию и с учетом всех предложений и замечаний.

Эльвире было, наверное, за семьдесят, у нее было круглое улыбчивое лицо, цепкий взгляд и волна тщательно уложенных волос естественной седины. Эльвира, по всему видно, любила небрежную роскошь и котиков. Котики украшали подушки на ее кровати — наверное специально с собой привезла. Даже ее домашние тапочки напоминали котячьи мордочки с ушками. При виде тортика она расцвела и пожурила племянника:

— Шандор, ты же знаешь, мне нельзя сладкое, это невероятно вредно! Но при этом — невероятно вкусно! Пожалуй, искушение слишком велико! Пожалуй, я это съем! Входите, молодежь! Рада, что вы решили скрасить мое уединение. Кстати. Могу предложить вам продегустировать этот прекрасный шедевр кулинарного искусства. У меня есть очень неплохой Горпский чай. М? Свежий, этого года! Ну же!

Конечно, мы не стали отказываться.

Среди котиков и сиреневых драпировок оказалось удивительно уютно. Впрочем, причиной тому была сама хозяйка, которая, как и предупреждал Дакар, очень любила поговорить, обладала цепким умом и очень хорошей памятью.

— Адар Кет… Я его, безусловно помню, но кому надо сейчас ворошить столь давнее прошлое? — удивилась она. — Он прожил здесь, во дворце, не буду врать, лет десять. Я больше скажу, он сделал предложение первой красавице империи, прекрасной Катрине Даворра, и у нас все были уверены, что никуда он не денется уже, а обязательно женится. Хотя во всем, что касается прошлого он был очень скрытный молодой человек. Удивительно, что вы о нем вспомнили. Игнас на него страшно тогда обиделся. Когда он сбежал, все бросив, в одночасье. Тайная служба императора, как шептались у нас тут, прошла по его следу, но смогли только выяснить, что он спешно покинул столицу. Да и то, свидетелей было мало и их трудно считать надежными.

Шандор кивнул. Расстраивать старушку правдой мы не торопились.

— А Катрина? — решилась спросить я.

— Кати… тут ведь какая история. Сбегал Адар два раза. И в первый раз это случилось, когда уже начали говорить, что их свадьба — дело решенное. Такие они счастливые были тогда. Как вы сейчас… за руки держались. Кет был постарше. Такой… роковой красавчик. Волосы черные, брови густые, как взглянет — как обожжет. Вот Кати и обожглась. Адар уехал… далеко куда-то уехал. Никому не сказал, куда. Может, Игнас только знал, они тогда дружили. Но в те времена между молодым нашим императором и его советником не было секретов, во всяком случае, со стороны казалось именно так. Но Адар сбежал, а Катрине оставил письмо. Дескать, прости, ничего у нас не сложится, ты хорошая, но сердцу не прикажешь, найди себе кого-то другого. Все в таком духе. И не было его… долго не было. А Кати не зря считалась первой красавицей. Слезы утерла, надела самое красивое платье… и в бой. Уже через месяц заговорили об ее свадьбе с графом ди Стева. Граф был, может, не так хорош собой, но у