Bloodborne: Песочный человек - Лемор

Сияющий лунным светом меч вспыхнул.

Людвиг резко открыл глаза, приходя в себя. Культистов поблизости больше не было, его же товарищи…

— Мастер Людвиг…

Мужчина обернулся на Гарри. Тот, казалось, пришёл в себя быстрее остальных, удивлённо смотря на корчащихся охотников.

— Ты молодец, Гарри, — вздохнул Людвиг. — Как ты так быстро пришёл в себя?

— Я зарубил пытавшуюся обмануть меня тварь топором!

Этот ответ понравился Людвигу.

— Хорошо. Будь готов, на этом ночь не заканчивается.

Гарри кивнул. Людвиг не заметил сомнений в его взгляде, обернувшись на остальных охотников. Один из них был близок к обращению, утробно зарычав.

Перед походом первый охотник Церкви должен был исполнить свой долг и оборвать жизнь бывшего товарища. Это была не его работа, но, к сожалению, дожидаться охотников на охотников у него не было времени.

— Мастер Людвиг… Мастер Людвиг, я…

— Спи спокойно, — ледяным голосом произнёс мужчина.

Священный клинок блеснул потусторонним светом. Голова обращающегося охотника была отрезана быстрее, чем он успел хоть что-то сделать. Кровь начала растекаться по холодной земле. В голове вновь раздалось ржание лошади, но довольно быстро затихло. Ненадолго.

К сожалению, ночь и впрямь только начиналась. Они провалились, а потому придётся перейти к более радикальным действиям: перед походом они подготовились, узнав имена некоторых культистов, где они жили, их семьи. Всё же, Ярнам был не настолько большим городом. Местные всё ещё могли узнавать друг друга, лишь мазнув друг по другу взглядом.

И они воспользуются этим, устроив в городе показательный погром. Намного более жестокий и кровавый, чем, возможно, того хотела викарий.

Только Людвиг не собирался этим ограничиваться. Сама Амелия хотела, чтобы он навестил не только культистов, но и место обитания того, кому они поклоняются. Что же, мужчина не видел ни единой причины противиться её воле.

За некоторыми отличиями от её изначального видения визита.

Гарри едва не вздрогнул. Мастер вновь обернулся к нему и, бывший помощник мясника готов был поклясться, его глаза засияли потусторонним, голубым светом.

— Гарри, я хочу, чтобы ты кое-что сделал.

* * *

Лили было некомфортно спать одной. Она привыкла к тому, что днём и ночью рядом с ней был Артур. Чувство безопасности и заботы, что он дарил ей, стабилизировало состояние девушки, а его кровь словно пробуждала её после долгого сна.

Каждый раз, когда он давал ей испить её, новые цветы внутри сна раскрывались, чувства обострялись, сознание прояснялось, становясь всё чётче, и даже её влияние на явь со сном становились сильнее, что в том числе отражалось и на её облике.

Только вот правда была и в том, что она оставалась такой же нестабильной. Жертва далеко не самого удачного эксперимента, мутант, которому необходимо было пройти ещё через долгий процесс реабилитации.

Пусть у неё и не возникло проблем с тем, чтобы подать зашедшим клиентам эль и даже донести мысль, что хозяин временно отсутствует, спокойнее девушке от этого не становилось. Она то и дело металась по пабу, и особенно тяжело ей было ночью.

Хозяин паба был далеко и, пусть он всё ещё мог посещать её и даже приводить в свой сон, девушка не испытывала того же тепла, которое испытывала, когда Артур был рядом.

Стоит ли говорить, что с подобными вводными на ночное происшествие Лили отреагировала очень болезненно?

— Кто-то пришёл…

Она открыла глаза в полной темноте. Рядом стоял подрагивающий цветок, транслирующий вполне осознанную мысль: к ним пришли гости.

И они точно не желали добра.

Иллюзия Лили поплыла, открывая вид на склизкое, уродливое существо с огромной, раздутой головой. Глаза существа сияли как два прожектора.

Она уже была сильнее многих сородичей. Во всех смыслах больше, умнее, развитее. И всё же, это не спасало её от страха.

Лили медленно встала с кровати, то оказываясь в облике ещё совсем молодой девушки, что вот-вот должна была расцвести, то обращаясь страшным чудовищем, которое, впрочем, напугано было не меньше тех, кто собирался пойти на ужасную глупость.

Схватив горшочек с прекрасным, сияющим потусторонним светом цветком, она направилась ко входу в паб, в дверь которого уже стучали.

Тук.

Тук…

Тук…

Треск!

Дверь выломали. В паб со звоном колокольчика вломились охотники, встретив вышедшую к ним Лили.

На мучительно долгую секунду паб погрузился в тишину.

— Паб закрыт… дорогие клиенты… — побулькала негромко Лили. — Прошу… приходите зав…

Её голос заглушил выстрел. Под ногами Лили образовалась дыра от пули. Кажется, это стало удивлением не только для Лили с Таламусом, но и для самих охотников.

Мужчина, что рефлекторно выстрелил в тварь, уставился на до ужаса перепуганного Гарри. Охотник, что собирался попасть в цель, только и успел, что произнести:

— Это же малый Посла…

Но договорить ему было не суждено. Выломанная дверь захлопнулась. Раздался потусторонний вопль Лили; ловцы снов, развешанные по пабу, неконтролируемо затряслись.

Цветок засиял.

* * *

Амфибии были главной опасностью деревни. Для меня они, стоило обозначить слегка необычный «статус», опасностью быть перестали, наоборот приняв за объект поклонения, а потому мои похождения по деревне стали напоминать туристическую поездку по специфической достопримечательности.

Единственное сколь либо ощутимое неудобство доставляли фантомы. Слизни облепили меня с головы до ног и, в общем и целом, я не противился им.

Во-первых, они неожиданно хорошо ложились на тот образ, что я создал вокруг себя.

Во-вторых, их уникальная форма существования заинтересовала меня.

Сопоставить уникальную форму существования охотника из Сна Охотника и форму жизни маленьких слизней получилось не сразу, и это при том, что я сам сперва назвал проекцию охотника «фантомом»: слишком уж разными были эти существа, слишком большая разница между ними была, и всё же…

Мне захотелось рассмотреть этих «спутников Великих» поближе. Вероятно, взять часть из них в паб.

— Проклятое место… — пробормотал я на берегу моря.

Вода у берега была мутной, чёрной, удивительно мерзкой. Само море словно состояло из тьмы, своими волнами отравляя землю. Где-то вдалеке виднелись когда-то давно разбитые о скалы корабли. На улице была глубокая ночь, но луна светила достаточно ярко, чтобы я мог прекрасно всё рассмотреть.

Самый, казалось бы, обычный берег угнетал меня. В нём было что-то не так, и я чувствовал это. В этом месте и впрямь умерло существо, что по праву называлось Великим, и ещё долгие годы берег будет проклят.

Даже амфибии не осмеливались выйти на него, начав поклоняться словно самому берегу, не желая подпускать к нему никого. За исключением меня.

— Ты можешь очистить его от