Лорд, построим мир с нуля? Ну или перестроим! - ИллювиА

Захват территории. Кристаллы, которые он уже продаёт по медяку. Десять тысяч маны за гектар. Смешная цена, когда территория восполняет весь объём за сколько там час, меньше? Он сам вложил эту мысль в чужие руки — раздал навык, чтобы спрятаться среди других лордов. А теперь эта же мысль возвращается к нему: каждый гектар — это вопрос времени, а не возможности.

Хотя этот гектар не может выйти за пределы текущих лимитов территории. Но в будущем должны быть способы обойти эти ограничения. Ведь обычные дворяне не Лорды и используют эти кристаллы без этих самых ограничений, значит и я в будущем смогу их обойти или найти другой путь.

Благословение пространства. Территориальная особенность, которая уже работает. Он не до конца понимал, где её край. Но если пространство на его земле гнётся, то и граница — не линия на карте, а условие, которое можно двигать.

Уже сейчас, на сороковом уровне и пятом ранге особенности, территория внутри границ в трое больше чем кажется снаружи. А это уже не 30/100 предполагаемой занимаемой территории а все 90/300 после благословения пространства.

Он отложил карандаш и посмотрел на список. Выходило просто и неприятно своей простотой: ему не нужно искать новую землю. Ему нужно, чтобы территория росла быстрее, чем он успевает её застроить.

Раньше он боялся, что упрётся в ограду и на этом всё. Теперь видел: ограда — не край мира, а нулевая отметка. От неё — во все стороны. Рост уровней тянет вверх потолок навыков. Рост ранга рвёт сам потолок. Пространственный домен прячет под ногами складку, которую можно расправить. Стигмы открывают планы. Захват территории превращает ману в гектары, а маны у него — река.

Он усмехнулся. Сначала он строил город, чтобы было где жить. Теперь выходило наоборот: земли будет всё больше, и главным дефицитом станут не гектары, а люди, которые их займут.

Люди. Значит, узлы. Значит, сеньоры. Значит, Роберт и те двое, что сейчас слушают его во дворе.

Он закрыл тетрадь. За окном Роберт уже вёл новеньких обратно к ратуше, и ветер нёс обрывок его ровного голоса: «…начнём с восточного края, там суше».

Димитрий поднялся. Земля вырастет — с этим он справится, это у него получалось лучше всего. А вот чтобы на ней жили и держались друг друга, нужны не колодцы и не кристаллы. Нужны люди, которым он отдаст по куску и скажет: «Это твоё. Веди».

С этого и начнётся то, что он однажды назовёт городом.

Димитрий не стал дожидаться, пока Роберт доведёт новеньких до крыльца. Вышел на порог сам, придержал дверь и кивнул ему:

— Зайди. Обоих пока отпусти.

Роберт посмотрел на него без удивления, будто ждал именно этого. Отправил пару к длинному ряду домов, велел занять свободный и ждать, а сам поднялся по ступеням. В ратуше он встал напротив стола, не садясь, — как человек, который пришёл за задачей, а не за разговором.

Димитрий сел. Помолчал, подбирая слова, а потом решил, что тут нечего подбирать.

— Рекрутеров на поиски. Но не сразу. Сначала выделишь сорок человек. Пусть станут номинальными лидерами отделов — кто-то потянет управление территорией, кто-то будущую мастерскую. Ковка, алхимия, стройка, поля — неважно. Сорок узлов.

— Сорок, — повторил Роберт. Не спросил «зачем», только прикинул. — Из нынешних?

— Из нынешних. Кого знаешь, кто тянет за собой хотя бы двоих. Остальных доберём.

Роберт кивнул и достал из нагрудного кармана плоский блокнот, который всегда носил при себе. Раскрыл, чиркнул что-то — не для записи, а чтобы руки были заняты.

— Потом, — продолжил Димитрий, — узнаешь у этих сорока, кто им нужен и сколько. Не мне решать, сколько подмастерьев надо кузнецу и сколько рук — на северный лес. Пусть сами скажут. Соберёшь цифры.

— Соберу.

— И вот тогда рекрутеры идут нанимать. Не раньше. Сначала узлы, потом мясо.

Роберт захлопнул блокнот.

— Логично. Иначе наберём толпу и будем гадать, куда её воткнуть.

— Именно.

Они посмотрели друг на друга. За окном ветер гнул траву, и в тишине было слышно, как скрипит что-то в кровле — наверное, доска, которую давно пора было переложить.

— Сорок лидеров — это много, — сказал Роберт. — Не все потянут. Половина согласится и через месяц попросится обратно в работники.

— Пусть просятся. Узел, который не держит, — не узел, а так, нитка. Уберём и перевяжем.

— А если начнут спорить, кто главнее?

— Пусть спорят с тобой. На то ты и сеньор над ними. — Димитрий откинулся на спинку. — Моё дело — чтобы каждый знал свой кусок и людей под собой. Твоё — чтобы они не перегрызлись, пока куски делят.

Роберт хмыкнул — коротко, почти неслышно. Это было согласие.

— Пора набирать обороты, — сказал Димитрий. — Земли будет всё больше. Если люди не поспеют, будем стоять на пустом поле и греть его колодцами.

Он не стал объяснять, откуда возьмётся земля. Роберту это сейчас было не нужно. Ему нужно было, чтобы задача стала простой и понятной: сорок человек, потом спрос, потом найм.

— Сегодня пройдусь по списку, — сказал Роберт. — К утру дам сорок. Начну с тех, кто уже командует хоть кем-то.

— Хорошо. Степана, Марту, Романа не трогай — они и так не номинальные. Им лидерство считать не надо, оно уже есть. Просто спросишь, нужен ли им кто и сколько.

— Принято.

Роберт развернулся к двери, но на пороге задержался.

— Рекрутеров сколько оставить в резерве?

— Всех. Пока не соберёшь заявки — сидят. Потом разом в город.

— Добро.

Дверь закрылась. Димитрий остался один и снова уставился в потолок, но теперь в голове было не раскладывание по полкам, а простое, почти злое нетерпение. Сорок лидеров. Сорок ниток, за которые можно дёрнуть. А потом — сотни, вплетённые в них.

Город, который он назвал бы городом, начинался не со стен и не с колодцев. Он начинался с людей, которым отдали по куску и сказали: «Это твоё. Веди».

Теперь этих людей будет сорок.

Глава 59

Утро вышло серым, ровным, как свежая грунтовка после ночного дождя. Димитрий стоял у распахнутых ворот и смотрел, как шестеро уходят в город. Они шли не строем — кучей, как работяги на смену. Рюкзаки набиты объявлениями, бумагами, термосами. Степан замыкал, шагал размеренно, будто через час ему уже никуда не надо. Рядом с ним Лёха почти бежал, то и дело поправляя лямку.

Димитрий сплюнул на обочину, не от злости — так, чтобы рот не казался пустым. Запросы он раздал каждому ещё вчера: ботаники, каменщики,