Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Провалы ее «глаз» сфокусировались на Айсштиль.

«И да… я — часть тебя, дитя льда. Та самая частица, что ты потеряла так давно. Она страдала в одиночестве, затерянная среди обломков этого мира. Она искала покоя… и нашла его во мне. Она стала мной, чтобы обрести форму, чтобы перестать быть просто криком боли в пустоте».

Внутри меня все похолодело. Так вот оно что. Бездна не просто осквернила осколок, она… слилась с ним? Использовала его как ядро, как якорь, чтобы обрести подобие разума и формы? И теперь эта… Тьма-Сущность считала часть Айси своей?

Я почувствовал, как рядом напряглись мои спутники. Даже Карнакс, казалось, на мгновение перестал думать о тактике и просто ощутил первобытный ужас перед этим предложением небытия. А Никталия… я краем глаза видел, как она побледнела. Обычно она черпает силу из желаний, но здесь… здесь был океан чужих, страдающих, угасших желаний, слившихся в одно монотонное стремление к концу. Это было слишком. Ее сила была бесполезна, даже вредна — она чувствовала этот океан боли и не могла ничего с ним сделать.

Фигура из тьмы медленно простерла к нам гладкий черный отросток, некое подобие руки без пальцев.

«Присоединяйтесь», — голос звучал почти ласково, с какими-то странными, извращенными материнскими нотками, — «Станьте частью истинного покоя. Здесь нет боли, нет страха, нет страданий, нет одиночества. Только блаженное небытие в теплых, бесконечных объятиях волн. Растворитесь. Успокойтесь. Станьте мной».

Она обращалась ко всем, но ее «взгляд» был прикован к Айсштиль.

«Вернись ко мне, дитя. Твое место здесь. Твоя суть уже здесь. Почувствуй… Почувствуй, как хорошо быть ничем».

Соблазн. Коварный, удушающий соблазн. Я чувствовал его сам — усталость от вечной борьбы, от ответственности, от боли потерь. Желание просто отпустить все, раствориться, исчезнуть… Оно шептало на краю сознания. Я видел, как дрогнула Никталия, как на лице Карнакса мелькнуло что-то похожее на сомнение.

Айсштиль стояла неподвижно, бледная как полотно, ее губы были сжаты в тонкую линию. Она боролась. Боролась с резонансом, с притяжением своей потерянной части, с этим чудовищным предложением покоя через уничтожение.

Первым очнулся я. Глубокий вдох, выдох, концентрация. Бездна внутри меня послушно свернулась, создавая щит против ментального давления.

— Спасибо за предложение, милочка, — мой голос прозвучал хрипло, но твердо. Я постарался вложить в него всю свою иронию, — Очень заманчиво, конечно. Прямо спа-салон «Вечный Покой».

— Я согласня-я-я… слиться… — протянула Никталия, глядя пустыми глазами в пространство перед собой. Из уголка ее рта потянулась ниточка слюны. Она шагнула к черной женщине, вытянув руки перед собой для обнимашек, — Мамочка-а-а… забери меня домо-о-ой…

Я молча придержал ее за шиворот. Никталия продолжала шевелить мослами, не замечая, что стоит на месте.

— Но у нас, знаешь ли, другие планы на вечность, — продолжал я, — В них входят хорошая пицца, интересные книги, спасение парочки миров и, возможно, постройка дачи где-нибудь в тихом измерении. Растворяться в черной жиже — как-то не наш стиль. Неэстетично.

— Вот именно! — тут же подхватила пришедшая в себя Никталия. Она потрясла головой, отгоняя наваждение, и на ее лице снова появилась вызывающая ухмылка, хотя в глазах еще плескался страх, — Единство? Покой? Да это же скукота смертная! Я предпочитаю хаос, блестки, скандалы и хорошую вечеринку! А твои объятия, дорогуша, выглядят не слишком-то уютно. Скорее, как… как очень липкая черная дыра. Бр-р!..

— Война — вот истинный путь для воина, — пророкотал Карнакс, поднимая свои мечи. Рассвет и Закат вспыхнули белым и черным огнем, — А ты — просто очередное препятствие на пути к славе. Препятствие, которое должно быть уничтожено.

Айсштиль наконец оторвала взгляд от Тьмы-Сущности и посмотрела на меня. В ее глазах пылала ярость. Ледяная, чистая, всепоглощающая ярость.

— Ты осквернила часть меня! Ты извратила ее! Ты — не покой, ты — болезнь! Гниль! Я верну то, что ты украла!

Тьма-Сущность, казалось, вздохнула. Телепатический вздох, полный вселенской скорби и… разочарования?

«Жаль. Вы не понимаете своего счастья. Глупые, трепыхающиеся искорки жизни… Вечно стремитесь к боли, к борьбе… Что ж… Значит, я поговорю с вами на более понятном языке… языке силы».

И мир взорвался.

Черная жижа озера вздыбилась, превращаясь в десятки гигантских щупалец, шипов, волн чистой, концентрированной энергии Бездны. Они обрушились на нас со всех сторон.

— Бой! — рявкнул Карнакс, встречая удар черного щупальца своими клинками. Раздался скрежет, брызнули искры черного и белого огня. Щупальце отпрянуло, но тут же атаковало снова.

Айсштиль создала вокруг нас ледяной купол, но он трещал и плавился под натиском враждебной энергии. Она метала ледяные копья, но они либо разбивались о черную поверхность, либо просто тонули в ней, не причиняя видимого вреда.

— Оно… оно поглощает мой холод! — крикнула Айси, с трудом удерживая щит, — Впервые с таким сталкиваюсь…

Никталия попыталась вмешаться. Она метнула в Тьму-Сущность сгусток своей теневой магии, попыталась создать иллюзию-желание, чтобы сбить ее с толку. Но… ничего не произошло. Тьма-Сущность даже не дрогнула.

— Не работает! — выдохнула Никталия, отступая на шаг. Ее лицо исказилось от растерянности и бессилия, — Я… я чувствую их! Всех! Их желания… их страхи… их мечты… их так много! Миллиарды! Они все разные! Я… я не могу сфокусироваться! Я не знаю, за что цепляться! — Никталия схватилась за голову обеими руками, глядя перед собой широко распахнутыми глазами, — Это… это просто шум! Белый шум из желаний! А-а-а!..

Она была права. Для Никталии, чья сила строилась на манипуляции конкретными, индивидуальными желаниями, эта сущность, состоящая из хаотичной мешанины миллиардов угасших и извращенных стремлений, была неуязвима. Она была как стена, о которую разбивались ее тонкие ментальные атаки. Никталия оказалась почти бесполезна в этом бою.

— Никталия, прикрывай тылы! Отбивай мелочь, если полезет! — крикнул я, анализируя ситуацию. Мы были в ловушке. Прямая