Битва за Дальний Восток. От противостояния к Антанте - Владимир Виленович Шигин

– Уверен, что надо! – мотнул головой уже убежденный министром финансов Николай. – Именно Дальний Восток вскоре станет нашей Индией, а Россия существенно увеличит свою промышленную и военную мощь.

Грандиозный план Витте предполагал не только строительство самой большой в мире железной дороги, которая должна была протянуться на 4500 миль через всю Россию, от Москвы на западе до Владивостока, но и ее продолжение до незамерзающих китайских портов на юго-востоке Евразии. Связав всю эту территорию воедино, Витте мечтал фактически построить вокруг этой дороги новую Россию с городами, заводами и портами. Закончить строительство Витте рассчитывал за какие-то двенадцать лет, ну, а затем приступить к освоению близлежащих к магистрали огромных территорий.

При этом Витте высчитал, что по окончании строительства магистраль будет способна перевозить товары и сырье из Европы до Тихого океана вдвое быстрее, чем морским путем.

– Таким образом, это привлечет не только российских, но и зарубежных бизнесменов, – рассуждал министр финансов решительно, – составив самую серьезную конкуренцию морским маршрутам – этим главным кровеносным артериям британской экономики.

– Да, это смело, очень смело! – соглашались оппоненты. – Но выдержим ли мы эту конкуренцию экономически и политически?

На эти опасения Витте лишь смеялся:

– Что вы, господа! Все обстоит как раз наоборот! Железная дорога даст возможность России эксплуатировать огромные, еще неиспользованные ранее ресурсы пустынных районов Сибири, через которые она пройдет. Мы перевезем жителей перенаселенной Европейской России по железной дороге на новое место жительства, заселим новые города, которые возникнут вдоль Сибирско-Дальневосточной магистрали, построим множество новых заводов, шахт и фабрик. Роль новой железной дороги будет решающей. Во время войны без малейшего риска вмешательства английского флота мы сможем со скоростью 15 миль в час беспрепятственно доставлять в восточном направлении войска и боеприпасы!

После этого смолкали голоса даже самых упертых оппонентов, так как весомых аргументов, чтобы возразить красноречивому министру финансов, не оставалось…

* * *

Транссибирскую магистраль еще только начали строить, а в Лондоне уже всполошились.

– К сожалению, ситуация складывается не в нашу пользу, – констатировал в ноябре 1899 года лорд Гамильтон в разговоре с лордом Керзоном. – Резкое расширение русскими сети железных дорог меняет баланс военного потенциала между нами и Россией. С постройкой Транссибирской магистрали мы не сможем успешно бороться против России на суше, кроме как поблизости от границ Индии.

– Это так, мой друг, но не все столь пессимистично, – раскурил Керзон свою знаменитую трубку. – Если Россия увязнет в Маньчжурии, то непременно умерит свой пыл в Афганистане и Персии, а это уже не так и плохо.

– Возможно, вы и правы, сэр! Но все же нам пора озаботиться поиском надежного союзника на Дальнем Востоке, такого как турки на Ближнем Востоке. Россия никогда не должна себя чувствовать в безопасности на всем протяжении своих границ.

– Думаю, лучшим союзником нам будет Япония. Но я бы не сбрасывал со счетов и Цинскую империю, – выдержав паузу, ответил Керзон, пуская изо рта кольца душистого табачного дыма. – У китайцев есть территориальные претензии к русским. Если убедить Пекин дать нам солдат, то в случае войны с Россией при поддержке нашего флота они смогут атаковать Владивосток с Николаевском, Посьет с Хабаровском и даже Петропавловск-Камчатский. Потеряв хотя бы часть опорных пунктов на Тихом океане, Россия войну проиграет. По результатам китайцы бы вернули себе оккупированную русскими провинцию Или, а мы обеспечили свои торговые интересы в северной части Тихого океана и одновременно взяли под контроль внешнюю политику Китая.

– Что ж, дорогой Джордж, вы на самом деле по праву занимаете должность заместителя министра иностранных дел. Уверен, что в скором времен вас ждет еще более блестящее политическое будущее! – развел руками лорд Гамильтон.

Уже через несколько дней в интервью «Таймс» Керзон заявил:

– Наша задача на Дальнем Востоке двойственная! Во-первых, мы должны подмять под себя Китай. А, во-вторых, создать тройственный альянс с ним и с Японией, чтобы противостоять агрессии коварных московитов!

– Значит ли это, что Дальний Восток станет главным театром Большой Игры? – задал вопрос дотошный журналист.

– Именно это я только что и сказал! – усмехнулся Керзон и, водрузив на голову цилиндр, дал понять, что беседа окончена.

Надо ли говорить, что едва интервью Керзона было опубликовано, оно сразу попало на стол начальнику российского Генерального штаба Сахарову.

– Заявление Керзона доказывает серьезность английской угрозы для наших владений на Дальнем Востоке в случае возникновения такого союза! – сделал вывод, докладывая императору, генерал-лейтенант Сахаров. – Даже объединив свой флот с французским, мы все равно не имеем шансов нанести англичанам поражения в океане. Кроме этого, согнав все морские силы в Порт-Артур, мы оставили уязвимым от атаки с моря Владивосток, а ведь пока не будет построен Транссиб, город и крепость снабжаются только пароходами из Одессы.

– Насколько быстро мы сможем перебросить к Владивостоку дивизии из Иркутского и Омского военных округов? – мрачно поинтересовался Николай II.

– В район Амура и Уссури, где, скорее всего, и развернутся боевые действия, войска прибудут только через пять месяцев. За это время англичане с китайцами уже оккупируют Приамурскую и Уссурийскую области, – четко доложил начальник Генштаба.

– Неужели все так безнадежно? – вздохнул император.

– Выходом из данного стратегического тупика может быть только ослабление английских морских сил на Тихом океане. Наш шанс – крейсерская война и мы над этим уже работаем! – подал голос морской министр адмирал Тыртов.

Через месяц группа флотских офицеров во главе с капитаном 1 ранга Степаном Макаровым действительно представила детальный план крейсерской войны на английских океанских коммуникациях между Канадой и Австралией. Разумеется, «макаровский план» был рискованным и даже авантюрным, но ничего лучшего придумать было пока просто нельзя. Все теперь зависело от скорости строительства Транссиба.

* * *

Большинство работ по строительству грандиозной железнодорожной магистрали производились вручную, орудия труда тоже были самые примитивные – топор, пила, лопата, кайло и тачка. Несмотря на это, ежегодно прокладывалось по 500–600 километров железнодорожного пути. Из-за нехватки рабочей силы к строительству привлекли солдат и арестантов. Особенно не хватало квалифицированных работников. Всего же в разгар стройки на Транссибе работало до 90 тысяч человек.

В 1901 году все участки Транссиба были, наконец-то, соединены. Но регулярное движение был открыто лишь в июле 1903 года, так как дорога требовала тщательной проверки и обкатки подвижным составом.

В октябре 1904 года была введена в строй Кругобайкальская дорога и отпала надобность в железнодорожном пароме через озеро. И сегодня Кругобайкальский участок – это шедевр железнодорожного строительства – на протяжении 89 километров было построено 38 сложнейших тоннелей, 15 каменных галерей, 248 мостов и виадуков, а также 268 подпорных каменных стенок.

В результате титанической работы самая протяженная в мире железная дорога (более 9280 километров!) соединила Москву и Санкт-Петербург с крупнейшими восточносибирскими и дальневосточными промышленными городами России. Общая стоимость всех работ к 1905 году превысила 936 миллионов рублей,