Дорога Одинокого Пса - Кент Нерберн

– Это Ри для меня сделала?

Дэнтон кивнул.

– Она хотела, чтобы эта фотография была у вас. И сказала, что у вас есть другое фото, которое можно вставить рядом. И что вы поймете, что она имеет в виду.

У Лилли задрожали губы. Она положила подаренный портрет на пианино, сунула руку в карман и достала старую пожелтелую фотографию размером с почтовую открытку. Она бережно вставила ее в угол под рамку, так чтобы не заслонялись лица мальчиков.

Я придвинулся поближе, чтобы получше разглядеть. Там была фотография Джозефа с окружной ярмарки – той самой, где я купил ему ремень. На лице изображение слегка размылось, но остальное фото оставалось четким. Он позировал, уткнув большие пальцы под ремень – ни дать ни взять ковбой с родео, – выставляя напоказ новую пряжку. Я ни разу еще не видел этого снимка.

Мое удивление не осталось незамеченным для Дэнтона.

– Я лучше подожду на улице, – сказал он и вышел.

Беззвучно плача, Лилли приклонила голову к моему плечу. Некоторое время мы стояли в молчании, разглядывая обе фотографии. Наконец я, подняв руку, утер слезы на ее щеке.

Хотя, сказать по правде, слезы в этой комнате сейчас были не только у нее.

* * *

Лилли сделала все возможное, пытаясь уговорить Дэнтона остаться.

– Я могу постелить вам на диване, – предложила она после ужина. – А утром мы как следует позавтракаем и поедем вместе к Иде. Ей тоже очень хочется вас повидать.

Но у Дэнтона имелись свои соображения.

– Передайте Иде, что я навещу ее, когда приеду забрать мальчиков.

Лилли потрясенно уставилась на него.

– Уже уезжаете? Но почему? Разве вы не собирались побыть у нас вместе с ребятами?

Дэнтон улыбаясь мотнул головой.

– Мне надо быстренько смотаться в Мичиган.

– В Мичиган? – переспросил я. – И что ты там такое забыл?

– О-о, много, много неподвязанных концов. К тому же иной раз просто возникает потребность ступить на землю, где родился.

Мистер Боунс уперся носом в сетчатую дверь и заскулил.

– Или где похоронена твоя прежняя собака, – добавил я.

– И это тоже. – Он помолчал немного, словно раздумывая, стоит ли говорить дальше. – У меня там еще осталось кое-что незаконченным. – Выражение его лица сделалось странным.

– И что же?

– Ну, скажем, не тебе одному я в эту зиму писал письма. – Дэнтон сделал выразительную паузу. Потом на губах у него проступила едва заметная улыбка. – Моя подруга-румынка всегда мечтала побывать на Западе.

Я рассмеялся.

– Ай да Дэнтон! Ах ты хитрая лиса!

– Для лисы не слишком шустрый. Доходит все как-то слишком туго.

– Что ж, как говорится, все мы крепки задним умом.

– Ну, по крайней мере, я крепок им сейчас, – усмехнулся Дэнтон. – В общем, пришло время собирать камни.

Он провел рукой по аккуратно причесанным волосам, пригладил брови.

– И как я выгляжу?

– Разве кто устоит? – улыбнулась Лилли.

Мистер Боунс по-прежнему жалобно поскуливал за дверью.

– А как Боунс? – спросил я. – Ты ведь его у нас оставишь, пока ездишь?

– Ни за что. Это наша с ним первая совместная дальняя поездка.

– Свозить невесту в старую усадьбу?

– Что-то вроде того.

Дэнтон поднялся.

– Ну, я лучше уже поеду. А то скоро темнеть начнет. «И много миль еще до сна»[140].

– Ох, и неподатливый же ты орешек, Адриан Дэнтон, – покачал я головой. – Ладно, давай хотя бы провожу тебя до пикапа.

Лилли отрезала половину пирога и, проложив между двумя тарелками, упаковала в тот самый коричневый бумажный пакет, в котором прибыла фотография.

– Пирог для вас, а не для Мистера Боунса, – предупредила Лилли.

– Ну, это уж как получится, – ухмыльнулся Дэнтон.

Поднявшись на цыпочки, она чмокнула гостя в щеку. Еще ни разу я не видел, чтобы она целовала кого-то, кроме меня да мальчишек.

Вдвоем мы направились к «форду». Золотистый свет над полями между тем сменился лавандовыми переливами, цикады завели свои вечерние песни.

– Я вот о чем все время хотел тебя спросить, – заговорил я, понимая, что это единственный мой шанс. – Тогда столько всего странного происходило, и все разом. И дождь, и пожар, и вся эта история с черепахами, и палочки с ленточками… Думаешь, старик Одинокий Пес и впрямь тут ни при чем? Я серьезно.

– Это уж точно вне моей компетенции, Карл-Мартин, – покачал головой Дэнтон. – Нет смысла пытаться искать смысл в вещах, что не имеют смысла.

– Видимо, да. Наверное, я просто иначе устроен.

– Воспринимай все проще.

– И все же… Совпадения совпадениям рознь. Иногда некоторые вещи скорее похожи на послания свыше.

Дэнтон пожал плечами.

– Знаешь, каждому свое. Лично я просто смотрю вперед и стараюсь не угодить в кювет. – Он почесал собаку за ушами. – Правильно, Боунс?

Пес с готовностью помахал своим облезлым хвостом. Он успел найти еще одну косточку и теперь крепко держал ее в пасти. Она подозрительно похожа была на ту, что Рубен уносил в кармане.

– Ну что, пора нам расстаться на многие мили. До Мичигана отсюда далеко.

– Не хочешь попрощаться с ребятами?

– Не тревожь, пусть развлекаются. Увижу их, когда вернусь.

Он приподнял Боунса под зад, помогая забраться в салон пикапа. Оказавшись на пассажирском сиденье, старый пес тут же принял позу штурмана, гордо восседая с косточкой в зубах.

– Ну что, Карл-Мартин, береги себя, – сказал Дэнтон, пожимая мне напоследок руку.

Он скользнул за руль, завел машину, включил заднюю передачу и медленно попятился к выезду на гравийку. Выкатившись на дорогу, он высунул руку в окно и помахал ею в воздухе, в точности как ковбой на строптивом мустанге. Довольно скоро от него остались только две красные точки от задних фонарей, постепенно тающие в сумерках.

Лилли подошла ко мне, остановилась рядом, легонько взяв пальцами за предплечье.

– Странный он человек, этот мистер Дэнтон, – заметила она.

– Да, – кивнул я, – но очень достойный. Это и разглядел в нем Одинокий Пес. Не сразу разбирается умом, что к чему, но чувствует все верно.

– Похоже, на сей раз он в себе разобрался.

– Нам остается лишь надеяться.

Лилли прижалась ко мне плотней.

– Поверить не могу, что Ри специально для нас сделала эту фотографию.

– Она хорошая женщина, – сказал я. – Ершистая снаружи, но добрая в душе.

– И по-своему хорошая мать, – добавила Лилли и, взяв меня за руку, потянула в сторону заднего двора: – Пошли. Надо поискать ребят. А то скоро совсем стемнеет.

Обогнув дом, мы прошли к амбару. Леви и Рубен стояли за ним, у края поля. Услышав наше приближение, Леви вскинул ладонь, призывая нас к тишине.

Мы медленно, по шажочку подошли к ребятам. Рубен стоял, точно памятник, вытянув в сторону руку. И что-то находилось