Повести и рассказы югославских писателей - Иво Андрич

— Зачем ему это надо? — спросил парень.

— Надо. Папа ревнует маму. Я не знаю точно, есть ли для этого причина или нет, но теперь он твердит моему брату, что тот не должен допустить, чтобы его сестра таскалась бог знает с кем.

Девушка поднялась, взяла сковородку и вилки и пошла их мыть. Почувствовав под пальцами жир, зачерпнула немного песку и стала тереть им по металлу. Парень все еще сидел, и могло показаться, что между ними нет никакой связи, словно каждый пришел на берег реки сам по себе. Девушка долго оттирала сковородку, наслаждаясь водой, ей хотелось погрузиться в нее, ощутить ее всем телом.

— Так хочется искупаться, а у меня нет купальника, — сказала она.

— Что ты, холодно еще! Надо немного подождать. Сейчас можно только загорать.

— Да нет, я не захватила купальника. Совершенно забыла о нем, — сказала девушка и положила сковородку и вилки сушиться на солнце. Костер дымил, и она засыпала пламя золой. Потом сняла джемпер и осталась только в блузке: теперь она казалась еще моложе и тоньше. «Недоставало только косичек, чтобы всякому было ясно, что она только-только со школьной скамьи», — подумал парень.

— Ты красивая девушка, и это мне нравится, — сказал парень. Девушка сбросила босоножки и села рядом с ним. Босые ступни она подогнула под себя.

— Мне хотелось бы быть инженером или врачом, чтоб нам с тобой не надо было играть в мужа и жену в нарисованном доме.

— Почему же? — спросила она. — Разве это обязательно?

— Знаешь, я долго верил, что профессию надо выбирать по душе. А вот мне теперь хочется пригласить тебя к себе домой, а стыдно. Я не завистлив, но жалею, что не стал кем-то другим. Порой мне кажется, что правильнее было бы в свое время выбрать другое дело.

— Не надо так говорить, если даже и думаешь так. Иначе ты никогда ничего не добьешься, — сказала девушка. Она протянула руку, положила ее на его колено, и его пальцы прижали ее руку.

— Мила, я не знаю, что и думать. — Он был по-настоящему взволнован оттого, что должен был говорить ей обо всем этом. Они замолчали, сидя рядом, держа друг друга за руки. Река переливалась в солнечных лучах, незаметно потеплело. На них уже легла тень от прибрежного леса, солнце стояло высоко, и тогда девушка сказала:

— Давай пойдем к тому кусту! — Парень поднялся, и они вместе перетащили одеяло и расстелили его в тени куста — у самой реки, от воды их отделяла только узкая полоска мелкого песка.

— Как хочется искупаться, а я забыла купальник, — сказала девушка.

— У меня плавки всегда с собой, — ответил парень. — Можно искупаться и без купальника, если тебя это не очень смущает.

— Я знаю, — сказала девушка. — Но все же неловко купаться так, как ты думаешь. Неловко.

Парень сгреб к себе поближе камешки и, лежа, бросал их в реку, но течение в этом месте было таким быстрым, что до слуха не доходило привычного бульканья, наверно стремнина тотчас утаскивала камешки дальше.

— Сейчас я тебе покажу одну штуку, — сказал парень. Он поднялся, пробежал шагов десять вдоль берега, иногда заходил в воду и искал что-то в галечнике.

— Сейчас ты увидишь, — сказал парень. — Смотри! — крикнул он. — Смотри! — И плоский голыш, брошенный им, заскользил по водной поверхности и, несколько раз подпрыгнув, затонул.

— Во время разлива камешек, бывает, и по шесть раз подпрыгнет над водой, а потом уж тонет, — сказал парень. — Лето кончается, река обмелела. Видела бы ты, какая она маленькая у истока: ручеек, ничего не стоит перепрыгнуть, удивительно, как ему удается так быстро набраться силы и вырасти вот в такую реку, — сказал он.

— А вброд на ту сторону перейти можно? — спросила девушка.

— Конечно! Здесь, по-моему, по пояс, воды мало, река обмелела.

— Я теперь совсем не жалею, что ушла из дома. Хотя ты теперь что угодно можешь обо мне подумать.

— Я ничего не думаю, и ты забудь.

— Тебе может показаться это глупым, но мне в самом деле неохота возвращаться домой ни вечером, ни завтра утром, — сказала девушка.

У парня пересохло во рту, и он с трудом проглотил слюну, чувствуя, как заходил в горле кадык. Он швырнул последний камешек, который, как и прежние, легко прыгал над водой, прежде чем пойти на дно. Потом он обтер ладони о штаны, хотя в этом и не было необходимости.

— Слушай, Мила, такое желание ты часто будешь испытывать, но надо владеть собой. У всех у нас только один дом, и все должны возвращаться туда, — сказал парень. Ему хотелось, чтобы его слова звучали как можно убедительнее.

— Я хочу выйти замуж, — сказала девушка. — Знаю, что иначе из дома не вырвешься. Иногда так бывает тяжело, хоть я и сама не знаю отчего.

— Но тебе еще мало лет, и школу ты еще не окончила, правда ведь? — спросил он. Он стоял перед ней и чувствовал себя неловко в этой своей менторской роли, к тому же боялся ненароком ее обидеть.

Девушка странно и горько усмехнулась, покачивая головой. Чувство неловкости стало еще больше, и парень сказал:

— Я, пожалуй, искупаюсь. Теперь уже тепло.

Девушка молчала. Опираясь на локоть, она лежала у его ног и словно разглядывала песок.

— Иди, купайся, — сказала она. — Купайся, а я буду смотреть на тебя. Ты, наверно, здорово плаваешь, раз ты рыболов.

Парень расстегивал ремень, словно о чем-то размышляя, а потом зашел в кусты и через несколько минут внезапно выскочил оттуда, пробежал немного, громко шлепая по воде, и с шумом бросился в реку. Он плыл на спине на тот берег, ударами ног вспенивая воду. Девушка видела, как он взмахивал руками, ей открывались только его руки, поднимавшиеся над водой перед тем, как погрузиться в реку, его волосы, а иногда и часть лица, когда он поворачивался в ее сторону. Она думала о том, что не надо было ей говорить с ним об этом, ведь он, конечно, понял все не так, как ей бы хотелось. «Надо будет сказать ему об этом», — подумала она.

Парень вылез на другой берег. Издали он казался еще выше и стройнее. Она встала и вошла в воду, быстрое течение било ее по ногам. Она могла простоять так весь день.

Парень окликнул ее с того берега, и она в ответ подняла руку, и тогда он внезапно бросился в реку и поплыл к