«Химия и жизнь». Беллетристика. 1995-2004 - Юрий Романович Охлопков

⠀⠀

Генри Лайон Олди

Кино до гроба

Выройте мне могилу, длинную и узкую,

Гроб мне крепкий сделайте, чистый и уютный…

Из спиричуэлс

⠀⠀

От редакции

Семь-восемь лет назад, когда начали публиковаться произведения Генри Лайона Олди, личность писателя вызывала самые разнообразные толки — от подробных биографических сведений типа: англичанин, сын миссионера, с детства вместе с отцом кочевал по экзотическим странам — до авторитетного утверждения, что никакого Олди на самом деле нет, а эта фамилия — юношеский псевдоним знаменитого Роберта Желязны. Это, повторим, было прежде, а сегодня уже никто не сомневается в том, что писатель-фантаст, автор нескольких известных романов и повестей, лауреат литературных премий Генри Лайон Олди действительно существует. И не в каком-нибудь английском городе, а в российском — Харькове, и не в одном лице, а сразу в двух. Потому что на самом деле Генри Лайон Олди — это Дмитрий Громов и Олег Ладыженский.

Между прочим. Дмитрий Громов — «наш человек»: с отличием окончил факультет технологии неорганических веществ Харьковского политеха и, покуда не ушел в литературу, работал инженером-химиком. А вот Олег Ладыженский — режиссер харьковского театра-студии «Пеликан».

Чего только не случается на свете, правда? Повстречались химик и режиссер, и получился писатель-фантаст. Фантастика да и только!

⠀⠀

Младший инспектор 4-го отделения полиции Джаффар Харири вышел из кабинета шефа изрядно побледневшим, а волосы его стояли дыбом. Этот факт, принимая во внимание природную смуглость лица Джаффара и жесткую курчавость его волос, настолько изумил секретаршу Пэгги, что она на двадцать две секунды прекратила макияж левого глаза и вопросительно взглянула на инспектора уже накрашенным правым. В ответ Джаффар выразительно потряс кулаком, в котором была зажата тонкая папка, и не менее выразительно изобразил бы процедуру употребления данной папки, если бы…

Если бы суть дела не заключалась в следующем.

В павильоне киностудии «Триллер филм инкорпорейтед» был убит ассистент оператора Джейк Грейв. Его обнаружил заявившийся на студию налоговый инспектор. В задний проход Грейва был вбит деревянный колышек примерно пятнадцати дюймов длиной, дерево мягкое, волокнистое, предположительно липа или осина. Поскольку убийство произошло во время съемок сериала «Любовницы графа Дракулы», убийце нельзя было отказать в чувстве юмора. Правда, несколько своеобразном… Впрочем, и труп тоже проявил чувство юмора: после того как провели осмотр места происшествия, замеры и фотографирование, он исчез. Шефу 4-го отделения юмор был чужд, и именно поэтому он передал дело младшему инспектору Джаффару Харири.

Свернув за вторым городским кладбищем, Джаффар подъехал к воротам киностудии. Левее чугунных створок торчала покосившаяся будка. Предположив в ней наличие сторожа, вахтера или кого-то еще из крупных представителей мелкой власти, инспектор вылез из машины и направился к этому чуду архитектуры.

— Инспектор Харири, — представился Джаффар черному окошечку. Мне необходимо видеть директора студии.

В недрах будки нечленораздельно булькнуло.

— Мне нужен директор, — настойчивее повторил Джаффар.

— Этот упырь? Этот кровосос? Мистер, наверное, большой шутник? — Из дырки показалась всклокоченная борода и половина заплывшего глаза.

Джаффар отскочил от будки метра на два, но сразу же взял себя в руки.

— А кого, э-э-э… кого, собственно, вы имеете в виду? — как можно деликатнее спросил он, пытаясь незаметно застегнуть наплечную кобуру.

— Как кого? — Недра будки родили вторую половину глаза и часть щеки цвета бордо. — Директора я имею в виду, вы же его спрашивали! Где ж это, мистер, видано, чтобы старый Том — и не мог хлебнуть глоточек на этом чертовом посту? Какими такими инструкциями, во имя Люцифера и иже с ним…

Ржавые ворота заскрипели и стали раздвигаться. Джаффар поправил пиджак и зашагал к проходу. Дальнейшая беседа с пьяницей-сторожем не имела смысла. Но тут из будки донеслось:

— Эй, мистер! Пистолет-то, пистолет подберите! Чего ему перед входом валяться?

«Вымерли они там, что ли?» — раздраженно думал инспектор, топчась перед матовыми дверьми холла и в тринадцатый раз вдавливая до упора кнопку звонка.

— И кому это не спится в такую рань? — наконец послышался изнутри сонный женский голос.

Джаффар с удивлением посмотрел на часы. Они показывали 17.28. Дверь распахнулась, и в ней соблазнительно вырисовалась блондинка с почти голливудскими формами. Она мило и непосредственно терла заспанные глаза.

— Младший инспектор Джаффар Харири. Мне нужен директор.

— Так он, наверное, еще спит!

— Спит? А когда же он, простите, работает? Ночью?

— Естественно. Специфика жанра. Вы что, не в курсе, какие мы снимаем фильмы?

— В курсе. Вурдалаки всякие, упыри, колдуны.

— Колдуны не у нас. Это на «Двадцатый век Фокс»… Ладно, идемте, я вас провожу.

Они долго шли по полутемным анфиладам. Инспектор быстро привык к завываниям и леденящим душу стонам (раза два между ними вклинивался звонкий мальчишеский голос, повторявший одну и ту же идиотскую фразу: «Дядя Роберт, укуси воробышка!») и теперь с любопытством глядел на плакаты, украшавшие стены. С них скалились клыкастые парни в смокингах и истекали кармином томные брюнетки. Нередко плакаты сопровождались двусмысленными надписями вроде: «Полнокровная жизнь — жизнь вдвойне», «Упырь упыря не укусит зря», «От доски и до доски» и тому подобное.

Размышления Джаффара о своеобразии здешних традиций и юмора прервала его очаровательная спутница: «Вы пока в баре посидите, ладно, а я на минуточку. Мне очень надо. Очень!» Последнее «очень» она протянула крайне соблазнительно, обнажив при этом пару блестящих белых клычков. Видимо, инспектор не сумел скрыть своих чувств, потому что девушка звонко рассмеялась и, сунув пальчики в рот, одним движением сдернула накладную челюсть.

Проклиная разыгравшиеся нервы и свою работу, Джаффар вошел в бар. В углу крохотного помещения, погруженного в красноватый полумрак, трое сотрудников пили томатный сок из высоких бокалов. За стойкой дремал толстый опухший бармен с лицом постинфарктного цвета. Дальний столик оккупировала активно целовавшаяся парочка.

Ожидая, Джаффар заказал себе «Кровавую Мери» (сказалось влияние обстановки) и подсел к компании сотрудников киностудии.

— Привет, ребята! — Инспектор решил сразу наладить с ними контакт. — Ну и обстановочка у вас тут!

— Нормальная обстановка, рабочая, — мрачно ответил один из выпивавших.

— Ну да, рабочая. Я и говорю. Настолько рабочая, что какой-то шутник берет осиновый кол и…

Сидевших за столом будто передернуло.

— Не трави душу, парень, и так тошно! — откликнулся тот, кто сидел ближе к Джаффару. —