Фарфоровая луна - Джени Чан

к его прохладной поверхности, чтобы скрыть дрожь. Ей было невыносимо видеть, как Анри стоит там, печально комкая в руках шляпу. Но Полин в то же время не могла выбросить из головы то, как Тео удаляется от нее, спеша на вокзал.

Глава 7

Письма от Тео

1 июля 1917 года

Дорогая сестренка!

С чего бы начать? Оказалось, что именно в Нуаель-сюр-Мер я буду находиться большую часть времени. Именно здесь расположен штаб Британских экспедиционных сил для Китайского трудового корпуса. Сам Нуаель – маленький городок с населением около девятисот человек. Но сейчас благодаря рабочим и военным здесь проживает более тысячи. В одном из шато, расположенном неподалеку, сконцентрирован самый большой контингент британских офицеров, которые всем этим и руководят. К тому же многие солдаты, военная полиция и врачи снимают комнаты у местных. Честно говоря, не знаю, что они думают обо всем этом безобразии.

Еженедельно лагерь в Нуаеле регистрирует тысячи рабочих, вновь прибывших и попавшись туда по распределению. Регистрация длится пять дней и включает в себя проверку на профпригодность и инфекционные заболевания. Все происходит в довольно хорошем лагерном госпитале. Меня тщательно осмотрел английский врач, который прекрасно говорил по-китайски. Он пятнадцать лет проработал миссионером в Тяньцзине. Врачи, в основном из Британии или Канады, раньше работали в Китае. Приятно, что, когда нашим мужчинам требуется медицинская помощь, они могут поговорить с врачом на родном языке.

Во Франции сейчас существует более тридцати лагерей Китайского трудового корпуса. И после регистрации в Нуаеле людей отправляют в эти лагеря. Однако меня оставили здесь. Неподалеку в лесу Креси-ла-Шапель расположен Корпус британских королевских инженеров. Из Нуаеле в лес Креси-ла-Шапель ходит поезд, но в нем не всегда хватает места для рабочих. Поэтому время от времени приходится бодро маршировать девяносто минут туда и обратно. Моя рота состоит из 24 британских офицеров и унтер-офицеров, подчиняющихся британскому майору, 443 рабочих и 32 бригадиров (что-то типа старост или начальников). А теперь среди них есть один скромный переводчик.

Когда мы беседовали с доктором во время осмотра, он сказал, что благополучие работника во многом зависит от качества работы офицеров. И объяснил, что со мной будут обращаться хорошо, поскольку я достаточно свободно владею английским языком. Также переводчики занимают куда более высокие должности и имеют определенные привилегии.

Возможно, сейчас я нарушаю правила, сестренка. Письма проходят через цензуру, но поскольку я пишу тебе в Париж, то использую обычную почту, а не военную.

Т.

18 сентября 1917 года

Дорогая Полин!

Да, определенно хорошо, что Китай официально присоединился к войне. Некоторые правительственные фракции выражали желание сделать это с самого начала. Но есть и минусы: вышестоящие чины теперь здесь более охотно отправляют рабочих ближе к фронту. И поскольку Китай теперь отринул нейтралитет, они считают, что мы должны подвергать себя большему риску.

Ты спрашивала о людях, которые служат со мной. Я познакомился с настоящим героем, крестьянином из провинции Шаньдун по имени Чжао. Он похож на огромного быка. Чжао из тех, у кого за плечами уйма увлекательных историй и настоящий дар их рассказывать. Конечно, на подробности он довольно скуп и, мне кажется, во многом преувеличивает, но что не сделаешь ради хорошей истории.

Чжао был одним из первых новобранцев. Он два дня шел пешком из своей деревни, чтобы добраться до британского вербовочного лагеря в Вэйхае. Засуха и наводнение оставили его семью без гроша в кармане. И когда Чжао узнал, что англичане нанимают китайцев для работы за границей и при этом хорошо платят, он поспешил в Вэйхай, пока еще были места.

В Вэйхае он поднялся на борт корабля («Императрица Россия», канадское судно; эту деталь я узнал чуть позже от канадского офицера, который прибыл на нем же). По словам Чжао, некоторые рабочие (но, конечно же, не он!) приняли корабль за огромное здание, пристроенное к пристани. Они не могли поверить, что судно может быть настолько большим. Мужчины находились в спальном отсеке корабля, разместившись на койках. Некоторым спальных мест не хватило, были только матрасы на полу. Офицерам приходилось убеждать команду корабля ежедневно предоставлять рабочим горячую воду для мытья и питья.

Больше всего меня возмутило то, что многие мужчины никогда не видели туалеты и умывальники западного типа, и никто не объяснил им, как они устроены. Поэтому они выбрасывали мусор в туалеты и засоряли стоки. В результате уборные затопило, а полы превратились в одно сплошное грязное месиво. Только это в итоге заставило офицеров и врачей, владеющих китайским языком, объяснить им, как правильно пользоваться туалетами.

Именно из-за такого недопонимания западные люди смотрят на нас, китайцев, свысока, хотя достаточно было бы просто прояснить все заранее. Французский крестьянин, привыкший к горшкам и уличным туалетам, совершил бы ту же ошибку.

Ты спрашивала, как ко мне относятся британцы. Достаточно хорошо. По крайней мере, я хорошо владею английским языком, поэтому у меня никогда не было проблем с получением разрешения на выход в город.

Т.

30 ноября 1917 года

Дорогая Полин!

Поблагодари Дениз за свитера, которые она прислала. Мне еще никогда не было так холодно и сыро. Маленькие керосиновые и угольные печки для наших бараков бесполезны при таких температурах, но все же жить в хижинах лучше, чем в окопах. Говорят, в 1916 и 1917 годах выдались самые холодные и тяжелые зимы за всю историю севера Франции.

Некоторые из наших отрядов помогали в другом лагере (не могу сказать, где именно), поэтому каждый день приходилось садиться на поезд. Помимо французских железных дорог, британцы используют собственную железнодорожную систему для перевозки войск и грузов. Признаюсь, до приезда сюда я не осознавал и не ценил масштабность операций, которые необходимо проводить непосредственно за линией фронта. Предметы первой необходимости, оружие, топливо, продовольствие, одеяла – все это должно быть выгружено с кораблей, погружено на грузовики и поезда и так далее, пока, наконец, не попадет на фронт.

Я наведываюсь в госпиталь каждую неделю. В середине ноября во время воздушной атаки (не могу сказать, где именно) были ранены несколько наших людей, в том числе и Чжао. Больше всего его возмущает вынужденное пребывание в госпитале. Он утверждает, что раны совсем не серьезные. На самом деле причина в том, что, пока Чжао не работает, ему не платят. Он просил хирурга написать врачу, который осматривал его в Канаде, так как этот врач сказал, что Чжао такой же сильный и здоровый, как двадцатилетний парень. Он имел в виду врача в карантинном лагере в Канаде.

Это стало поводом вспомнить переход через Тихий океан и пребывание в карантинном лагере, который находился на Западном побережье Канады. Для того чтобы занять себя, мужчины занимались благоустройством территории, рыли водоотводы, прокладывали дорожки между зданиями, даже разбивали огороды и сажали цветы.

Я никогда раньше не видел Чжао таким подавленным и предложил написать за него письмо. Он продиктовал для жены длинный список инструкций, как на его зарплату пристроить к дому комнату для родителей, дал наставления детям и спросил, почему они долго ему не пишут. Пока я был в госпитале, еще несколько пациентов попросили меня помочь с письмами. В эти моменты я чувствовал себя по-настоящему полезным. Капеллан в больнице даже спросил, не хочу ли я стать добровольцем и писать письма.

Разумеется, я очень скучаю по Парижу. Скучаю по домашнему уюту. Как иначе? Но я все равно рад находиться здесь, потому что это важно для таких людей, как Чжао, ведь они жертвуют многим, иногда даже жизнью.

Не забудь поблагодарить Дениз за меня.

Т.

Глава 8

Нуаель, 1917 год

На протяжении восьми месяцев брака Камилль казалось, что она счастлива. Первые месяцы беременности прошли без проблем, и Жан-Поль не мог нарадоваться происходящему. Она чувствовала себя сильной и бодрой. Каждое утро, как обычно, отправлялась на велосипеде на работу в почтовое отделение, наслаждаясь теплым весенним воздухом. В такие дни Камилль почти забывала о войне и о том, что полгода назад она похоронила отца.

Мадам Дюмон прослезилась,