«Химия и жизнь». Беллетристика. 1995-2004 - Юрий Романович Охлопков

С. и Д. Робинсоны. Звездный танец

Что в стандартной позе не получится, это я понял. Можно, конечно, пристегнуться страховочным ремнем, благо он длинный. Но ремень-то меня швырнет с той же силой в другую сторону, в смысле на Наташу. Как дядя Вова говорил, сдуру кое-чего и сломать недолго. Еще варианты, господин магистр?

Стал я вспоминать, чему еще нас дядя Вова учил. Конкретно этому делу он нас, понятно, не учил, но хоть что-то полезное припомнить бы… Изменять положение тела в невесомости можно с помощью любого предмета, который не является частью тела, — это ясно, а вот как перемещаться? Если мы голые, но вдвоем?.. К примеру, я буду по ней руками перебирать, как по дереву, и вниз лезть… А потом она по мне… Нет, что-то тут не то. Может не получиться.

С отчаяния принялся вспоминать, что в книжках читал про секс в невесомости, кроме парения там и плаванья в облаках и всех прочих красивостей. В одной, например, мальчишка заходит к отцу, а отец гравитацию отключил и с подругой парит в воздухе… А дальше пацан убежал. И ничего не сказано, как те двое на пол спускались. И еще, между прочим, неясно: как само это, э-э… действие производить в свободном полете? Если я от одного толчка полетел через всю каюту… Ведь вертеться будем, как мельница. Вокруг поперечной оси. Ногами углы сшибать, и хорошо, если только ногами… Разве что она будет двигаться мне навстречу, и оба мы станем работать строго синхронно, инерцию гасить… Короче, бывалыми межпланетниками надо быть. Обоим. И лестницу веревочную иметь под боком.

Может быть, вы скажете: так это и есть решение задачи? Забыть о тяготении, о верхе и низе, забыть обо всем? Не думать о постели, о мебели, о поле и потолке, сцепиться руками и ногами и заниматься этим самым в воздухе? Можете говорить, что хотите… Мы все испробовали, сэр, уверяю вас. Но заниматься любовью в свободном пространстве, вращаясь вокруг собственного центра тяжести, — вы даже не представляете, что это такое!.. Если мы держались за руки, разлетались ноги. Если ноги не разлетались, бедра куда-то проваливались, словно в пуховую перину. И даже если все было вроде на месте, то вокруг мелькали стены, мебель, светильники, и у нас до тошноты кружилась голова… Мой приятель, главный механик, присоветовал мне лишь одно: чтобы я пользовался реактивным пистолетом. Все дело в координации, говорил он мне. Я и это испробовал, но ни разу не смог добиться нужной координации.

Пьер Буль. Любовь и невесомость

Я все это прикинул в темпе — долго-то думать, сам понимаешь, недосуг было, девушка могла неправильно понять. Значит, решил я плюнуть на экзотику Глубокого Космоса. Встаю с ней перед койкой, обнимаю сзади и нежно нагибаю… Думаешь, снова задницей об стену треснулся? Ошибаешься. Об пол. Я ведь Магнитки надел, не будь дурак, чтобы опять не улететь. Еще и подскочил пару раз, как резиновый. Наташа устояла, она за койку ухватилась. Но вижу, девушка начинает нервничать, надо срочно придумать что-то беспроигрышное.

Умная мысль приходит… знаешь когда. Теперь-то я сообразил, что надо было нам ложиться на койку на бок, носами к стенке, а для безопасности все-таки застегнуть ремень. Гордость меня подвела. Но ты сам подумай: в первый раз, и в этой дурацкой позе, медленно и печально. Решил это оставить на потом. Да, я кретин. Сам знаю.

Говорю ей: давай ты будешь сверху, а я буду тебя за ноги держать. Она ойкнула, но согласилась. И ведь все у нас получилось! Стас, бутылку, по справедливости, ты мне должен. Все было: мы с Наташей занялись любовью, получили удовольствие, только я… Ну, вообрази: она вверх-вниз, губку закусила, а груди не прыгают, а плавно так, упруго колеблются. И сами по себе они у нее круглые и большие, а в отсутствие силы тяжести… В общем, я думал одной рукой потрогать, да как-то, сам не знаю как, отпустил и вторую…

Сыграла у меня Натали от трех бортов в середину. Головой об стену, попкой об другую и головой об потолок. И зависла в центре комнаты, как я в первый раз, только вниз ногами. А меня на хохот пробило! Пытаюсь выговорить: айм со-со-сорри, и не могу — ржу как больной. Нервы не выдержали.

Наташа, конечно… Первые полминуты только ахала и взвизгивала, а потом… Таких слов я и от наших девчонок никогда не слыхал, не то что от американки. Хорошо ее русский дедушка учил. Надел Магнитки, дотянулся до нее кое-как, стащил на койку — тут же получил по морде. Что и заслужил, честно говоря. Она здорово ушиблась. А вот одежду она мне в физиономию зря швырнула. Трусы мои мы с ней вместе ловили, едва поймали. Но и это нас не сблизило. Пришлось одеваться и уходить. Вот сижу, пишу тебе — хоть немного душу отвел. Скоро к Джонсону идти, представляться, слова умные говорить, и Наташа там же будет… Эх, черт. Как это ты говорил: всякая тварь после соитья бывает печальна, а без соитья сердита… А когда и после, и без? Короче, полный порногеддон.

Правы мудрые люди: лучше традиционного секса ничего еще не придумали. А невесомость и прочее в таком духе — это все от лукавого. Нашему человеку оно не надо.

WBR

Александр

⠀⠀

Трудности и прелести секса в космосе сильно преувеличены.

Артур Кларк. Космическая одиссея

⠀⠀

From: Zoe N.Volodina

То: Alexander Axenov

Subject: *;-p

Привет, Алекс.

Ну и как тебе внеземное наслаждение? Я ведь знала, что ты не удержишься. Надеюсь, вы ничего себе не сломали.

Без уважения

ЗВ.

⠀⠀

From: Alexander Axenov

То: Stanislav Golubev

Subject: Johnson — devushka!

Пан Станислав! Скажи-ка мне: Зойка разве летала на Эндимион? И если да, то с кем?

Чтоб ты знал: Джоан Джонсон — не мужик, а девушка. Не переживай, я в твоей записке обращение исправил. Кстати, Джоан окончила Гарвард в один год со мной. Давай еще раз на бутылку замажем?

WBR

Александр.

Невесомости тут нет.

⠀⠀

⠀⠀

№ 5

⠀⠀

Владимир Гугнин