Запрещенные книги в Берлине - Дейзи Вуд

– Как вы познакомились с Виолеттой? – поинтересовалась она, уже собираясь на выход.

Вольфганг показался ей неподходящим другом для танцовщицы.

– Нас свел один мой приятель в британском посольстве, – ответил Бергер, перехватив взгляд официантки и заказав еще один напиток. – Виолетта коллекционирует мужчин, как трофеи. Я даже взять в толк не могу, что она собирается с ними делать. – Бергер осушил свой бокал. – Кто-то должен написать историю ее жизни. Вышло бы занимательное чтиво.

Но Фрея предпочла дистанцироваться от Виолетты. Она больше не видела ее вместе с Леоном с тех пор, как натолкнулась на них у кафе в минувшем сентябре. И не знала наверняка, продолжали ли они встречаться или нет. Но недели две назад герр Гольдштейн влетел в середине дня в артистическую уборную и сообщил, что обожатель Виолетты, герр Фишер, заявился неожиданно в клуб и потребовал встречи с ней.

– Судя по всему, Виолетта сказала ему, что ей сегодня предстоит примерка платья, – поведал хозяин клуба. – Я попытался убедить его, что Виолетты здесь нет, но он отказывается уходить. Не могли бы вы подняться наверх и поговорить с ним?

Фрея и фрау Бродски переглянулись.

– Я догадываюсь, где может быть Виолетта, – сказала Фрея.

– Тогда лучше привести ее сюда, да поживей, – добавила фрау Бродски. – Скажу пока Фишеру, что послала ее к башмачнику. Может, он этим удовлетворится.

Не факт, что Виолетта была с Леоном, но попытаться стоило. Выскользнув из клуба через задний вход, Фрея побежала по улицам. Наконец она увидела знакомую синюю дверь на углу парадной шеренги лавок. Подметавший улицу паренек приостановился, оперся на свою метлу и уставился на Фрею. Она поманила его к себе и вынула из кармана несколько пфеннигов.

– Видите вон ту дверь? – махнув рукой, спросила его девушка. – Я попрошу вас постучать в нее, пока кто-нибудь не откроет. Скажите, что у вас срочное сообщение для фрейлейн Виолетты, которое вы должны передать ей на словах лично, с глазу на глаз. И если вам удастся остаться с ней наедине, скажите ей, что герр Фишер разыскивает ее в клубе. Вы все поняли?

Фрея заставила паренька дважды повторить сообщение и только после этого послала его на дело. Мальчик стукнул по синей двери несколько раз, а затем окно на втором этаже распахнулось, и из него высунулась голова Леона. Вскоре открылась и синяя дверь, и паренек, приставив метлу к стене, нырнул внутрь. Фрея отпрянула назад и застыла в ожидании. Через несколько минут ее посыльный вышел из здания, а вскоре из него выскочила Виолетта, на ходу надевая пальто. Ее короткие волосы торчали слипшимися пучками в разные стороны.

Фрея молча пошла в ногу с ней. Виолетта задохнулась от удивления и приложила руку к груди.

– Так это ты! А я-то изломала голову, кто мой ангел-хранитель. Как ты узнала, где меня найти?

Девушка заулыбалась и, похоже, вовсе не испытывала смущения или вины из-за того, что ее застали с любовником.

– Я как-то видела вас с Леоном, – ответила Фрея, шагая вниз по улице. – Тебе следует быть более осторожной. Чтоб ты знала, фрау Бродски собиралась сказать, что послала тебя к мастеру по починке обуви. И твоя блузка застегнута не на те пуговицы.

– Спасибо тебе, – поблагодарила Виолетта, поправляя наряд. – За то, что сохранила это в секрете, и за то, что прибежала сегодня за мной.

– Я сделала это ради Леона, а не для тебя! – выпалила Фрея, нисколько не озаботившись тем, как нагрубила. – Он заслуживает лучшего.

– А я могу рассчитывать на твое молчание? – спросила Виолетта. – Ради него, если не ради меня?

– Конечно, – буркнула Фрея.

Не обменявшись больше ни словом, девушки быстро дошли до клуба. Отойдя в сторону, Фрея понаблюдала за тем, как Виолетта медленно, фланирующей походкой вошла в дверь (будто ей было наплевать на все на свете) и приготовилась изобразить удивление при виде Максима. Фрею обуяло желание раскрыть Леону глаза, рассказать парню о том, что любимая обманывала его. Но в ушах зазвучали слова матери: «Никогда не предавай доверие и не опускайся до сплетен. Ты не представляешь, что происходит в жизни других людей, поэтому не вмешивайся в их дела». Насколько Фрея знала, Виолетта уже рассказала Леону о своих отношениях с Фишером. Но что это были за отношения? Фрея только предполагала, что Виолетта и Фишер были любовниками. Но утверждать это точно она не могла. Похоже, ею двигала ревность. Скорее всего. Признав это, Фрея решила держать язык за зубами.

Зато теперь они с Виолеттой были квиты: Фрея отплатила танцовщице за знакомство с Вольфгангом Бергером, преобразившее ее до неузнаваемости. Бергер не только учил девушку сочинительству, но и ввел ее в круг писателей и художников, которые собирались в разных барах Шёнеберга и до поздней ночи, а то и до рассвета пили, сплетничали и дискутировали о чем-нибудь. Поначалу Фрея, не зная его истинных мотивов, держалась настороженно. Но оказалось, что Бергер не преследовал никаких задних умыслов. Он хотел от Фреи лишь одного – готовности учиться и преданности своему ремеслу. Бергер был чрезвычайно общителен и ничего так не любил, как стоять с бокалом вина в центре толпы и разглагольствовать или, откинувшись на спинку стула, наблюдать за тем, как завязывались отношения между людьми, которые никогда бы не узнали о существовании друг друга, если бы он их не познакомил. Особенно за молодыми, – признался он однажды Фрее. Энергия молодости вдохновляла его.

При всем при том Бергер был строгим, даже суровым учителем. В их вторую встречу сердце девушки замерло, когда он вернул ей страницы рассказа со множеством помет на полях и перечеркнутыми целиком абзацами.

– Не смотрите на меня так удрученно, – рассмеялся он над выражением ее лица. – Я не стал бы тратить свое время, не имей вы талант.

Читая его комментарии, Фрея осознала, что Бергер точно определил драматический фокус ее рассказа и подсказал, как усилить его воздействие. А также вычеркнул те несущественные подробности, которые лишь ослабляли напряженность повествования.

– Видите вот здесь? – указал он на абзац, который Фрея вымучивала часами. – Вы слишком усердствуете в объяснениях, что и как. Подсказываете читателям, что думать. Предоставьте им самим делать умозаключения. Неоднозначность, двусмысленность ситуаций и реплик героев только подогревают читательский интерес. Рисуйте картину так ярко, как можете, но не анализируйте ее так дотошно.

К тому моменту Фрея уже начала читать Ирмгард Койн и сразу поняла, что имел в виду Бергер. В ту ночь она не спала до рассвета, переписывая свой рассказ – пока не заснула с ручкой в