«Химия и жизнь». Беллетристика. 1995-2004 - Юрий Романович Охлопков

Эдди! — воскликнул радостно. — А я тебя ищу по всему городу. Послушай, где ты пропадал столько дней? Мне сообщили, что ты остановился в «Брэдшоус», я прихожу туда — и что же? Узнаю, что ты снял комнату только на одну ночь и тут же исчез куда-то, как провалился! Поверишь ли, мне пришлось выкупать твои вещи, иначе они грозились распродать их с аукциона, чтобы возместить убытки. Эти мошенники просили с меня пятнадцать долларов, но я-то знал, что у тебя нет ничего, кроме старого тряпья и рукописей. Мы сговорились на пяти и расстались добрыми друзьями. Так что, дружок, ты должен мне пять долларов. Впрочем, я пришел не за этим, Эдди. — Он плюхнулся на свободный стул и, пристально глядя в расширенные зрачки собеседника, проговорил раздельно и отчетливо: — Я — пришел — за моей — тростью.

При этих словах его рука в желтой перчатке легла на трость, которую мужчина продолжал держать на столе. Толстые пальцы плотно обхватили гладко отполированную палку. Мужчина дернул трость на себя, толстяк не отпускал, все так же пристально глядя тому в глаза.

— Кто вы такой? — раздраженно спросил мужчина. — Какого черта вам всем от меня нужно?

— Ты что же, не узнаешь меня, Эдди? — удивился толстяк. — Я твой друг, Джимми Картер, доктор Картер. Мы познакомились в «Старом лебеде». Я пользовал тебя, когда ты жил у Макензи, ты разве забыл? Помнится, тогда ты обещал мне, что больше капли в рот не возьмешь. Похоже, дружок, ты нарушил свое обещание. Неудивительно, что у тебя отшибло память.

— Вы не Джим Картер, — возразил мужчина. — Я хорошо знаю доктора Картера. Он остался в Ричмонде. И я никогда не поверю, чтобы он проделал двухдневный путь морем только ради того, чтобы украсть у меня мою трость.

— Твою трость?! — вскричал толстяк. — Это не твоя трость!

— Это моя трость! А вы… вы самозванец!

— Что?

— Да, вы не доктор Картер. Я знаю, кто вы: вы — Вильям Вильсон!

Произнеся это, мужчина схватил со стола трость и размахнулся ею, намереваясь ударить толстяка серебряным набалдашником. Однако в самый последний момент проворный толстяк успел нагнуться — трость просвистела у него над головой и со всего маху влепила в лоб старику, который как раз привстал со стула и предостерегающе вытянул руку.

Пару секунд старик стоял с выпученными глазами и раскрытым ртом, а затем замертво рухнул на пол. Ворон вспорхнул с его плеча и, прыгнув на стол, каркнул на всю таверну. Этот выкрик птицы послужил сигналом для всех, кто здесь находился. Повскакав со своих мест, одни бросились к распростертому на грязном полу старику, а другие схватили под руки мужчину, который, казалось, меньше всего ожидал такого исхода. Трость он по-прежнему сжимал в кулаке и пытался отыскать глазами толстяка, однако тот словно испарился. Вместо него в толпе появился неизвестный человеке бледным лицом и горящими глазами. Странное было на нем одеяние для дешевой таверны: испанский плащ голубого бархата, стянутый у талии алым поясом, а на боку рапира.

Едва завидев его, мужчина принялся вырываться из рук удерживавших его людей:

— Вот он! Держите его! Это Вильям Вильсон! Это он убил старика!

Однако на эти слова никто не обратил внимания — скрутили руки, а кто-то еще ткнул кулаком в бок…

⠀⠀

Очнувшись, мужчина обнаружил, что сидит на жестком стуле, бумажный воротничок сорван, а с волос стекает вода. В таверне — пусто, ни посетителей, ни даже бармена. Зато напротив, за другим концом стола, — незнакомый джентльмен со злополучной тростью на коленях.

Мужчина опасливо огляделся. Мертвого старика не было. Не было и ворона. Не было и толстяка. Только джентльмен, сидящий напротив.

— Где он? — проговорил мужчина, с трудом шевеля губами и все еще озираясь.

— Кто? — поинтересовался джентльмен.

— Да Вильям Вильсон же!

— А кто такой Вильям Вильсон? — Это прозвучало совершенно спокойно.

— Вы не знаете Вильяма Вильсона? Он похож на меня! — заявил мужчина и подозрительно посмотрел на собеседника: — А вы-то сами кто?

Джентльмен удивленно приподнял бровь:

— Мне казалось, что мы с вами знакомы. Но если хотите, то я — Дюпен, а Дюпен — это ваш покорный слуга.

— Дюпен? — обрадованно переспросил мужчина. — Вы-то мне и нужны, дружище Дюпен! Уж вы-то сможете разобраться в том, что произошло. Поверьте, я вовсе не крал у него эту проклятую трость. Все было совсем не так.

Дюпен доброжелательно похлопал его по руке:

— Расскажите все по порядку. Так нам будет легче разобраться в том, что произошло.

— Хорошо. Видите ли, — начал мужчина, пытаясь приладить оторванный воротничок и придать себе более пристойный вид, — я собираюсь жениться. Да, мой друг, я собираюсь жениться, — повторил он, словно предвидя возражения. — Невесту зовут миссис Шелтон, Эльмира Шелтон. Ее девичья фамилия Ройстер… В юности мы были тайно помолвлены, но отец обманом выдал ее замуж за этого дельца Шелтона. Теперь она состоятельная вдова и живет в Ричмонде, в собственном двухэтажном особняке. Венчание назначено на семнадцатое октября. Все уже готово. Сразу после свадьбы мы уедем куда-нибудь поближе к Уэстфорду, где я собираюсь снять небольшой коттедж. Впрочем, это не важно… Вы хотите знать, что произошло в тот день, когда я отбыл из Ричмонда? Что ж, извольте. Я расскажу вам все по порядку, ничего не утаивая.

В среду, а это было двадцать шестое сентября, я навестил нескольких своих ричмондских друзей, но затем, ближе к вечеру, зашел к миссис Шелтон попрощаться. Она отговаривала меня от поездки, говорила, что я болен… и это правда, в тот день у меня началась лихорадка, но что же делать — дела в Филадельфии и Балтиморе, и я не мог отказаться от этой поездки. Возвращаясь от миссис Шелтон по Брот-стрит, я заглянул к доктору Картеру… Да, я был у него в ту ночь! Но совсем недолго — столько времени, сколько необходимо для того, чтобы пролистать газету. Выйдя от него, я встретил на улице старых знакомых, и мы зашли в ресторан к Сэдлеру — так он и называется: «У Сэдлера». Мне не хотелось возвращаться домой, я был слишком возбужден, чтобы уснуть. Мы засиделись допоздна, а потом вся компания пошла провожать меня на пристань. Пароход из Ричмонда отходит в четыре часа утра. Дорожный сундук из черной кожи был со мной. Я сел на пароход — и через два дня был уже здесь. Вот, это все. Вы можете проверить.

— Я верю вам, — кивнул мсье Дюпен. — Тем более что доктор Картер утверждает то же самое. Не удивляйтесь, я